Опаленный 2
Шрифт:
Звероподобные создания же, несмотря на всё своё разнообразие, поддавались классификации намного легче. Чем более разветвлённые у них росли рога — тем более сильным оказывался демон.
Позади Кати раздались выстрелы из миномётов. Воздух наполнился свистом, за которым последовали гулкие разрывы у самого подножия холма. Девушка на всякий случай пригнула голову — пусть она и в каске, но если прилетит осколок — мало ей всё равно не покажется. Округлив спину, на полусогнутых ногах Булычева побежала к старшему офицеру на этом участке линии обороны.
— Доложите обстановку!
Молодой
— Ваше Сиятельство! Демоны словно обезумели. Валят со всех сторон! Среди наших потерь нет! — отчитавшись, он предложил Екатерине Николаевне самой посмотреть в бинокль и оценить обстановку. Девушка воспользовалась этим предложением и окинула вооружённым взглядом округу.
Демоны и правда наседали со всех сторон. Толпы их пытались взобраться на вершину холма. Часть — забрасывала светящийся купол огненными снарядами, сотканными магией Преисподней. Стоило им попасть в прозрачную, слегка переливающуюся поверхность святой защиты — и та сразу же покрывалась рябью, местами и вовсе распадаясь. Багровое пламя силилось проскользнуть в образовавшиеся прорехи, однако купол с пульсацией восстанавливался, затягивая дыры в последний момент.
Екатерина закашлялась, её задавило изнутри и начало выворачивать наизнанку. Капитана, как и его подчинённых — всех разом начало мутить. Они едва оставались в сознании. С головокружением, тяжестью в груди — но всё-таки держались.
По городу, со стороны огненного вихря в парке, раскатился устрашающий рёв. Он пробирал до самой глубины души любого, кто мог его услышать. И резко оборвался.
Смоленск озарила яркая вспышка, затмившая бледный свет утреннего солнца. В воздухе повисла тишина — всё внимание и людей, и демонов оказалось приковано к этому свету, что сиял ярче тысячи солнц.
— Это конец… — Екатерина Николаевна перекрестилась и вжалась в землю, ожидая прихода ударной волны. Такое страшное зрелище могло означать только одно — очаги вторжения демонов уничтожали ядерным огнём.
Но воздух оставался недвижим. Только по земле прошла мелкая дрожь. Катя подняла голову и увидела, как огненный смерч, круживший в Лопатинском саду, осыпается горящими частичками и пеплом. И над всем городом расходятся светящиеся волны — словно полярное сияние, но сотканное из золотого света.
Девушка поднялась, оставляя укрытие. У неё было чувство, что ей ничто более не угрожает. Следом за ней встали и военные.
— Что происходит?.. — шёпотом спросил капитан у Булычевой.
— Это Тот-кто-помнит. Он сражается за нас.
Екатерина и секунды не сомневалась. Это не мог быть кто-то другой. Только её возлюбленный. Девушка сцепила руки на груди и смотрела в небо, молясь за то, чтобы Иван Ронин победил.
По глазам ударила одна вспышка, вторая, третья. Фудзивара и сёстры Шибата закрыли свои лица руками. В следующую секунду раздались протяжные крики трёх японок — разошедшиеся от ударов Ронина волны магии обжигали кожу. Все открытые участки тел девушек моментально покраснели. Крики оборвались, вся троица лишилась чувств от оглушающей боли.
Вася, успевший скатиться
Держа остатки последнего вдоха в лёгких, Хохотун вылез из своего укрытия — пересохшего пруда. Уверенным шагом он направился к полю последней битвы. Зрелище, открывшееся взору юноши, немало удивило даже его, видавшего виды и воевавшего в Аду некоторое время.
От другой стороны крепостного вала мало что осталось. Вся земля и камни, составлявшие высокую насыпь, разметало по округе. В самом центре образовавшейся воронки лежал князь Ада. Едва дышащий, с обожжённой до костей мордой. Крылья переломаны и вывернуты, словно рёбра попавшего под неудачный порыв зонтика.
В десятке метров от поверженного демона лежал Иван. Тело этого рослого блондина всё ещё окутывало свечение. Сейчас оно было мягким и тёплым, почти что ласковым.
Подняв взгляд на небо, Хохотун поначалу не поверил своим глазам. Три золотых волны, испускавшие неровный свет и переливавшиеся лёгкими красноватыми оттенками, заполнили весь небосвод. И гнали, гнали от города прочь тяжёлые серные тучи.
С неба посыпался кружащийся пепел с вкраплениями догорающих искр. Василий невольно вздохнул от удивления, и в то же мгновение согнулся от боли в груди.
— …Ау? Вася, ответь… Меня слышно? — голос Смита забивался шипением, как из плохо настроенного радио. Но его было слышно, этого было достаточно.
— Да… — выдавил из себя Хохотун со скрипом: — Дыхание…
— Сейчас-сейчас, потерпи немного.
Юноша упал на спину, и удар от приземления выбил все остатки воздуха из лёгких. Чувствуя, как горят его лёгкие, Вася с трудом воздерживался от столь необходимого вдоха, пока Джон не сказал спустя целых полминуты:
— И-и-и… вдыхай, бобёр!
— Ых!.. — уже начавший скрести горло школьник засипел и закашлялся, пока поднимался на ноги: — Сволочь, не мог быстрее?
— Не мог, увы. Тут параллельно кое-что отслеживаю, и без внимания оставлять это дело больше, чем на секунду, никак нельзя.
Вася бы с удовольствием ещё поругался со своим координатором, но ему послышались беспокойные нотки в голосе титана. Не притворные, какими он обычно развлекался и манипулировал людьми, а самые настоящие.
— Насколько всё плохо?
Столько боёв Хохотун провёл, столько заданий выполнил — но ожидание тревожных новостей всё ещё высасывало все силы из его ног. Усевшись обратно на серый пепел, парень поднял взгляд в небо. Сияние уже практически прекратилось и пропустило наконец свет солнца.
— Всё очень плохо. Ронин в нокауте, Астарот тоже. А что самое хреновое — одержимые товарищи из Штатов запустили ракеты.
— Твою-то мать… — зло плюнул Хохотун перед собой.
— И не только по России — вообще все боеголовки при деле. И по Ближнему Востоку, по Латинской Америке, и по Азии. Даже в Европу полетела сотня подарков, — Джон протяжно вздохнул. Ситуация вышла из-под контроля, и не в последнюю очередь из-за промедлений со стороны самого титана.