Опасные клятвы
Шрифт:
— Тео. — Она шепчет мое имя, подходя ближе, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки от меня, и я смотрю на нее, все еще не веря тому, что предстает перед моими глазами. Я опускаю взгляд на ее левую руку, замечая отсутствие кольца, и чувствую внезапную, глубокую уверенность в том, что это не сон. Это реальность, и она здесь не по какой-то веской причине.
— Ты пришла, чтобы лично передать документы о разводе? — Мой голос пересох, застрял в горле, и Марика бросает на меня грустный взгляд.
— Нет, — тихо говорит она. — Я еще не подписала их.
Я резко смотрю на нее, и меня охватывает смятение.
—
— Я получила. — Ее голос все еще мягкий, и я хочу слушать его вечно. — Твой адвокат предал их. Они в кабинете Николая... ну, в кабинете нашего отца, который раньше был..., — ее голос прерывается, и она тяжело сглатывает. — Тео...
— Марика...
— Позволь мне сказать то, ради чего я сюда пришла, — шепчет она, слова так и норовят сорваться с языка. — В конце концов, я проделала весь путь сюда. — На ее лице появляется грустная улыбка, и она медленно переводит дыхание, глядя на меня с выражением, которое я не могу полностью прочитать.
— Хорошо, — пробормотал я. Если она проделала весь этот путь, чтобы снять с себя ответственность, я более чем в долгу перед ней. Я не скажу ни слова, пока она не закончит то, что хочет мне сказать, независимо от того, что это будет и сколько времени это займет.
— Я понимаю, — тихо говорит она, ее горло дергается, когда она снова сглатывает, ее взгляд прикован к моему. — Я понимаю, почему ты все это сделал. Это... это трудно простить, и мне трудно не злиться, не грустить и не страдать по очереди из-за этого. Трудно не запутаться в том, что я чувствую из-за этого. Мне все еще есть над чем работать и в чем разбираться. Но я понимаю. И я не отрицаю, что сыграла во всем этом определенную роль, не то, чтобы это была моя вина, потому что это не так. Но были вещи, которые я сделала неправильно. И ты...
Она медленно вздохнула, сцепив руки перед собой.
— Ты хотел простить меня за все это. Я чувствовала это, когда ты держал меня в том подвале, ты не хотел меня отпускать. Ты бы отвез меня домой, если бы я попросила, и ты бы простил мне все или, по крайней мере, попытался бы. Я права, не так ли?
На ее лице снова появляется маленькая грустная улыбка, и я медленно киваю.
— Ты права.
— Я так и думала. — Она делает глубокий вдох. — Я не принимала это решение легкомысленно. Я говорила с Лилианой и Николаем, думала, плакала, пыталась представить свою жизнь без тебя. Это было нелегко. А потом я попыталась представить ту, о которой мы говорили, когда были здесь вместе, до...
Марика ненадолго закрывает глаза, впиваясь зубами в нижнюю губу.
— Я представила себе это, и это было легко, — шепчет она, снова открывая глаза. — Я узнала номер Финна, позвонила ему и спросила, где я могу тебя найти. Он сказал, что ты здесь. Поэтому я взяла самолет Николая и..., — она тихонько смеется, потянувшись в карман джинсов. — Мне потребуется время, чтобы простить все это, Тео, и я пойму, если тебе тоже потребуется время. Нам придется восстанавливать доверие друг к другу, и это не всегда будет легко. Но наш брак никогда не был таким, так или иначе, и я думаю... — она колеблется. Я не могу остановить внезапный взлет своего сердца, надежду, что она собирается закончить словами, которые я надеюсь услышать.
— Я думаю, мы можем попробовать вместе, — тихо говорит она и протягивает руку ладонью
Кольцо, которое я ей подарил, лежит на ней, изумруд сверкает в солнечном свете, и глаза Марики тоже сверкают, когда она смотрит на меня, выражение ее лица такое мягкое и открытое, что у меня сердце разрывается при виде этого.
— Спроси меня еще раз, — шепчет она.
Как будто тучи расступаются и выглядывает солнце, когда я слышу ее слова. Я смотрю на нее, на мгновение испугавшись, что мне действительно снится сон, но это реальность. Передо мной стоит Марика и предлагает мне второй шанс.
Я был бы глупцом, если бы отказался от него.
— Я не заслуживаю второго шанса, — тихо говорю я ей, потянувшись за кольцом. Я опускаюсь перед ней на одно колено, зажав кольцо в пальцах, и смотрю на женщину, которая однажды согласилась стать моей женой и которую я хочу снова попросить стать ею, больше, чем когда-либо хотел чего-либо на свете. — Если бы ты попросила меня о чем-нибудь, Марика, я бы сделал это. Я бы от всего отказался, отказался от всего, ради чего работал всю жизнь, изменил бы все, о чем бы ты меня ни попросила. Я бы сделал все, что угодно, ради твоего прощения. Я никогда не буду его заслуживать. Но если ты согласишься стать моей женой...
Я делаю глубокий вдох, сердце бешено колотится в груди, когда я смотрю на нее.
— Я люблю тебя, Марика. И всю свою жизнь я буду стараться быть достойным твоей ответной любви.
Она кивает, ее глаза наполняются слезами.
— Я буду всю жизнь стараться делать то же самое, — мягко говорит она, протягивая руку. — Мы разберемся в этом вместе, Тео.
Я тянусь к ее руке, моя кожа трепещет от ее прикосновения, я снова ощущаю мягкое тепло, когда во второй раз надеваю кольцо на ее руку. Оно сверкает на ее пальце, словно так и должно было быть, и она снова лезет в карман. Она протягивает мне обручальное кольцо, когда я встаю, и я тоже надеваю его ей на палец, золото переливается на солнце.
— Ты все еще носишь свое. — Она протягивает мне левую руку. — Я думала, ты его снял.
— Если бы ты подписала бумаги, я бы снял. Но я думаю, что какая-то часть меня все еще надеялась... — Я делаю шаг ближе к ней, мое сердце бьется о стенки моей груди, когда я смотрю вниз на женщину, которую я хочу и люблю больше, чем когда-либо мог себе представить, и я чувствую, как глубокая, ноющая потребность распространяется через меня.
Я протягиваю руку, пальцы касаются ее щеки, подхожу еще ближе и чувствую, как она дрожит, как закрываются ее глаза.
Другая рука ложится на ее талию, притягивая ее к себе, и я чувствую, как она извивается в такт моим прикосновениям.
— Можно я тебя поцелую? — Мягко спрашиваю я, и она вдыхает, ее глаза открываются, широко раскрываются и светятся, когда она смотрит в мои.
— Да, — просто говорит она, и я не теряю ни секунды.
Я никогда не думал, что у меня будет шанс поцеловать ее снова. Я прижимаюсь губами к ее губам, мягко и медленно, смакуя каждое ощущение, каждое прикосновение ее рта к моему, сладкий жар ее языка в моем рту, то, как мое тело возбуждается в ответ на ее, и то, как я чувствую, что она делает то же самое. Ее руки прижимаются к моей груди, пальцы впиваются в мою рубашку, притягивая меня ближе, и я знаю, что она чувствует биение моего сердца под своими пальцами.