Опасные страсти
Шрифт:
Нина знала, что Элисса тоже видит это и мучительно переживает боль, которую полковник носит в душе.
— Лошадям еще не скоро доведется отдохнуть! — крикнул полковник, оборачиваясь через широкое плечо. — При такой скорости мы будем в Вене не раньше заката. Вы с детьми проведете ночь в моем особняке, выспитесь, соберетесь с силами. А утром я доставлю вас к вашему новому дому.
— А как же я? — спросила Элисса.
Адриан повернулся к ней, встретившись с внимательным взглядом ее прищуренных глаз.
— Учитывая позднее время нашего приезда, вам тоже придется остановиться у меня, — ворчливо ответил он. — Прежде
В том, как он это произнес, в легкой хрипотце его голоса сквозила тщательно скрываемая печаль по поводу грядущей разлуки. Больше он ничего не сказал, Элисса тоже промолчала, и Нина подумала, что подруга понимает его чувства.
Из-под колес поднималась пыль, оставляя за повозкой туманный шлейф. Нина прислонилась к борту, мучительно переживая за Адриана и Элиссу, гадая, может ли она чем-нибудь им помочь. Ей хотелось узнать, каково это — так сильно любить. Ей казалось, любовь должна приносить радость, а не горе, наслаждение, а не боль.
Может быть, когда-нибудь она встретит мужчину, который полюбит ее так же, как полковник Элиссу.
Нина надеялась, что, если ее мечтам суждено осуществиться, она никогда не расстанется со своим избранником.
Огни столицы сверкали, словно бриллианты императорской короны, шпили и башни тянулись к небу в звездной черноте теплой майской ночи. Протискиваясь по запруженным улицам центральной части города, повозка неторопливо катила по булыжной мостовой к дому Адриана на Наглерштрассе, К тому времени, когда скрипучий экипаж остановился у подъезда, Элисса окончательно выбилась из сил и радовалась предусмотрительности Адриана, предложившего ей переночевать у него, прежде чем возвращаться к герцогине. Нина с детьми должна была побыть в роли дуэньи, избавляя Элиссу от возможных сплетен; впрочем, это означало и то, что ей предстояло провести ночь в одиночестве.
Адриан помог им спуститься на землю и повел усталую компанию к дому, неся на руках уснувшего Тибора. Вада шагала с полузакрытыми глазами, а рядом с ней семенил голодный щенок, которого она подобрала во время последней остановки в пути.
Вспомнив, как маленькая девочка прижимала к груди щенка, Элисса улыбнулась.
— Пожалуйста, господин полковник, — умоляла Вада, — пожалуйста, разрешите взять его с собой. Он хочет есть, о нем никто не позаботится. Мы не можем оставить его здесь. — Крохотный лохматый зверек бежал за повозкой до самого пруда, у которого путешественники остановились напоить лошадей, и выпрашивал воды и кусочек пищи. Из-под тусклой свалявшейся черно-белой шерсти дворняжки трогательно выпирали тоненькие косточки. — Он голоден, — повторила Вада, поднимая щенка своими короткими пухлыми ручками. — Наверное, его бросили. — Она погладила пыльную шерстку щенка, и тот завозился в ее объятиях, вытягивая розовый язычок, чтобы лизнуть девочку в щеку. Вада еще крепче прижала его к себе и заплакала, подняв грустные глаза на Адриана, словно тот был единственным человеком на свете, способным ей помочь. — Он умрет, если мы не возьмем его с собой. Он умрет, как Сали… как мой папа.
Адриан посмотрел в полные мольбы темные глаза девочки и растерялся. Он пробормотал что-то о детях и собаках, потом смиренно вздохнул:
— Я проверю, нет ли у этой маленькой псины хозяина. Если нет и если
Он бросил взгляд на Нину, та улыбнулась и кивнула. Вада же улыбалась Адриану так, словно он только что достал ей с неба луну.
— Спасибо, господин полковник. Большое вам спасибо. — Продолжая прижимать к груди щенка, она потянулась к Адриану, тот наклонился и заключил ее в объятия.
Наблюдая за ними, Элисса почувствовала, как к горлу подступил комок. Она заморгала и отвернулась, стараясь не думать о том, как славно было бы видеть Адриана с их собственным ребенком на руках.
— Адриан! — Изумленный вскрик майора Сент-Джайлза, выбежавшего из двери дома, вернул мысли Элиссы к настоящему. — Черт возьми, приятель! Как я счастлив тебя видеть!
Мужчины обменялись рукопожатиями, радостно похлопывая друг друга по спине.
— Я тоже, дружище, — сказал Адриан.
Майор коротко кивнул Элиссе:
— Леди фон Ланген…
Его приветствие прозвучало несколько неожиданно для Элиссы, которая не называла себя графским титулом с тех пор, как покинула Вену. Стоявшая рядом Нина бросила на нее удивленный взгляд.
— Это долгая история, — негромко сказала ей Элисса, прежде чем с улыбкой повернуться к Сент-Джайлзу. — Рада встретиться с вами, Джеймисон.
— А эту очаровательную даму зовут Нина Петрало, — сообщил Адриан. — Она и ее семья — близкие друзья генерала Кламмера.
— Очень приятно, мисс Петрало. — Майор церемонно склонился к руке девушки. На полных губах Нины появилась обворожительная улыбка.
— Я счастлива познакомиться с другом полковника, но хотела бы, чтобы вы звали меня Ниной. Я уже давно отвыкла от формальностей.
— Хорошо… Нина. В таком случае зовите меня Джеймисоном.
— Джей-ми-сон… — повторила она с сильным венгерским акцентом. — Я впервые слышу это имя. Джей-ми-сон… Я правильно говорю?
Элисса еще не видела на губах майора такой теплой, дружелюбной улыбки. В его глазах мелькнул возрастающий интерес.
— Не совсем, — сказал он. — Лучше называйте меня Джейми, как полковник.
Нина улыбнулась, и на ее оливковом лице блеснули белые зубы.
— Джейми. Да, так мне больше нравится. — Она повернулась к детям. — Это моя сестра Вада и мой брат Тибор.
Интерес в глазах майора стал еще более острым. Она не мать этим детям, а сестра, говорил его взгляд. Судя по всему, она не замужем. Джеймисон посмотрел Нине в лицо, разглядывая ее высокие скулы и темные глаза в обрамлении густых ресниц, потом его взор скользнул по округлой груди девушки. Они замечательная пара, вдруг поняла Элисса. Оба стройные, черноволосые, макушка Нины точно достает до подбородка майора.
— Мисс Петрало потеряла отца в битве при Ратисбонне, — объяснил Адриан, жестом веля экономке отвести детей и щенка в комнату, где они должны были расположиться со старшей сестрой. — Она приехала, чтобы найти семейство по фамилии Красное, своих родственников, живущих в Вене.
Экономка подошла поближе, Нина наклонилась, шепнула что-то Ваде, и та взяла брата за руку. Вслед за пожилой женщиной они отправились вверх по лестнице.
Майор озабоченно посмотрел на Нину.
— Искренне сочувствую вашему горю, — сказал он. — Битвы с французами уже принесли немало жертв. К несчастью, может оказаться так, что вы приехали сюда не в самое лучшее время.