Опасный денди

Картленд Барбара

Наступила пауза.

— Непривлекательная? — переспросил лорд Доррингтон.

— Взгляните на меня! — воскликнула Алина.

Он повернулся к ней. Трудно было различить ее черты под замысловатой прической, на которую у парикмахера наверняка ушло несколько часов. Локоны скрывали ее лоб и щеки. Видны были только глаза, в которых все еще сохранялось испуганное выражение. Однако теперь в ее глазах читался вызов.

— Вы действительно считаете, что я способна блистать среди модных красавиц высшего света? — спросила Алина. — Мама была права, когда утверждала, что единственным

моим достоинством является юность. А ведь принцу особенно нравятся молодые светловолосые девушки с голубыми глазами. — Голосом, в котором слышалась горечь, она добавила: — Жаль, что я ничего не могу сделать со своими глазами. Иногда они бывают зелеными, иногда — серыми, но ничто не способно изменить их цвет на небесно-голубой.

— Вы очень необычная девушка, - заметил лорд Доррингтон.

— Потому, что смотрю правде в глаза?
– уточнила она.— Давным-давно папа сказал мне: "Никогда не лги себе, доченька, никогда не притворяйся перед самой собой".

— Мне кажется, что действительность видится вам в более темных тонах, чем на самом деле, — медленно проговорил лорд Доррингтон.

— Вы предлагаете мне поверить в то, что у меня есть шанс стать сенсацией Сент-Джеймса?

Она вызывающе вздернула подбородок. Казалось, его глаза внимательно изучают ее лицо.

— У каждого свое представление о красоте, — наконец произнес лорд Доррингтон.

Алина отвернулась от него.

— Вы спросили меня, почему я никогда не выйду замуж, — сказала она, - и я ответила на ваш вопрос. Но в настоящее время меня больше всего волнует то, как мне избежать... помолвки с принцем!

— Думаю, в этой битве вам придется сражаться в одиночестве, — заметил лорд Доррингтон. — Но мне хотелось бы, чтобы вы пообещали мне кое-что.

— И что же?
– спросила Алина.

— Я хочу, чтобы вы поклялись, что в память о своем отце, которого, как я понял, вы очень любили, вы никогда не предпримете попытки наложить на себя руки до тех пор, пока не получите у меня на это разрешения.

Наступила тишина. Алина опустила глаза.

— А если... я не дам вам... такого обещания? — еле слышно спросила она.

— Тоща я разверну лошадей, — заявил лорд Доррингтон, — и отвезу вас к вашей матери.

Алина вскрикнула.

— Вы не посмеете поступить так жестоко! Не посмеете предать меня!

— Очень даже посмею, если вы не дадите мне слово, — заверил ее лорд Доррингтон.

Твердость, звучавшая в его голосе, убедила Алину, что он на самом деле исполнит свою угрозу.

— Я думала... вы добрый, — проговорила она.

— Я действительно добрый, хотя вы не понимаете этого, - сказал он. — Так вы даете мне слово?

Он протянул руку, и она с явной неохотой положила свои пальчики на его ладонь.

— Поклянитесь, Алина, — настаивал лорд Доррингтон. — Повторите то, что я сказал, чтобы не было никакой ошибки.

Он почувствовал, как задрожали ее пальцы.

— Клянусь... памятью папы, - услышал он тихий прерывистый голос, — что не... наложу на себя руки... пока не получу от вас... разрешения на это.

— Спасибо, Алина, — промолвил лорд Доррингтон и отпустил ее руку.

—

Это нечестно! Вы не имеете права! — воскликнула девушка.

— Полагаю, что у меня есть на это право, — запротестовал он.— Известно, что, когда один человек спасает жизнь другому, он принимает на себя ответственность за обоих. Боюсь, единственное, что мне остается, — взять на себя особые обязательства по отношению к вам.

— Я не нуждаюсь ни в вашей, ни... в чьей-либо еще... помощи! — с горячностью произнесла девушка. — Я хочу умереть! — Лорд Доррингтон молчал, и через несколько секунд она с вызовом проговорила: — Я знаю, что вы считаете меня... трусливой, я знаю, что вы считаете меня глупой и непоследовательной... самой обыкновенной школьницей, но я ничего не могу поделать со... своим страхом.

Последние слова она произнесла дрогнувшим голосом. Лорд Доррингтон накрыл своей ладонью ее холодные как лед пальцы.

– Держитесь, Алина, — принялся он убеждать ее.
– Я чувствую, что ваше положение не так безнадежно, как вам кажется. Почему-то я уверен, что вы найдете выход.

Глава 2

Высадив Алину у ее дома, лорд Доррингтон отправился в Карлтон Хаус.

Когда лошади остановились возле дома 36 по Хертфорд-стрит и лакей отворил дверцу экипажа, Алина бросилась по лестнице к двери. Она дождалась, когда смолк цокот копыт, и только после этого позвонила.

Оставшись один, лорд Доррингтон откинулся на мягкие диванные подушки, разложенные на сиденье, и задумался. Лицо его было серьезно. Он не обратил внимание на ярко освещенные окна клуба, когда проезжал мимо Сент-Джеймса, не заметил снующих перед дверьми лакеев с факелами, которые вызывали экипажи гостей. Его светлость также не обратил внимания на разодетых щеголей, которые сновали между клубами Брукса и Уайта.

Когда кучер осадил лошадей перед входом в Карлтон Хаус, лорд Доррингтон вздрогнул. На подъездной аллее стояло несколько экипажей. Соскочив на землю, лорд Доррингтон миновал ярко освещенный портик, прошел через холл, украшенный ионическими колоннами из коричневого сиеннского мрамора, и взбежал по широкой лестнице в Китайскую комнату.

Принц Уэльский находился в обществе четырех джентльменов. На столе стояли стаканы с вином, а по комнате бесшумно скользили лакеи, которые прислуживали принцу и его гостям. Когда объявили о прибытии лорда Доррингтона, на красивом лице принца появилось радостное выражение.

— Доррингтон! Наконец-то! Почему ты опоздал?
– воскликнул принц. — Я уже начал думать, будто ты решил проигнорировать мое приглашение.

— Уверяю вас, сир, я никогда не позволил бы себе ничего подобного, — ответил лорд Доррингтон. — Нижайше прошу простить меня за опоздание. У меня возникло неотложное дело.

Принц собрался было продолжить свои расспросы, но тут его внимание привлек наряд лорда Доррингтона.

– Проклятье, Доррингтон, откуда у тебя этот фрак?
– вскричал он.
– Я его еще ни разу не видел! Он так отличается от тех, которые ты носил раньше! Неужели ты раздобыл нового портного и скрыл это от меня?