Опекун
Шрифт:
С благоговейным страхом смотрел Джо на мощный торс мужчины, на его мускулы, перекатывающиеся под покрытой курчавыми волосами кожей.
— Потрогай их, — прошептал мужчина. — Не человеческие, Джо, какие-то другие, что-то ужасное, Джо.
Будто бы загипнотизированный словами, Джо протянул руку, пальцы его слегка коснулись густых спутанных волос, покрывавших кожу мужчины.
Шерсть.
На ощупь они напоминали шерсть. Если он закроет глаза, то представит себе, что гладит Сторма, такими густыми и мягкими были волосы.
— Это произойдет и с тобой, — услышал он слова мужчины
— Почему? — простонал Джо, голос дрогнул, рыдания перехватили горло.
Руки мужчины обвили мальчика, и он крепко прижал его к себе.
— Потому что я твой отец, Джо, — прошептал он. — Меня зовут Шейн Слэтер, и я твой отец.
Мысли его спутались, и он почувствовал, как внутри разгорается безумие! Было бы так легко покончить с этим кошмаром прямо сейчас, так легко сомкнуть пальцы на горле Джо. Сдавить, рвануть быстрым, резким движением, которое сломает кости мальчишеской шеи — и все будет кончено.
Так легко...
Он ощутил, как напряглись пальцы, представил, как застынет Джо, стоит лишь надавить сильнее.
Единственное, что надо сделать, это передвинуть руки, скользнуть выше, к шее Джо.
В долю секунды все будет кончено.
— Не-е-е-т! — Слово вырвалось из горла Шейна Слэтера наполненным мукой и болью воем. Он отбросил Джо в сторону, шатаясь, подошел к двери сеновала и распахнул ее.
Секунду спустя он ушел, исчез в снежной буре так быстро, будто его никогда здесь и не было.
Но его слова по-прежнему висели в воздухе, запечатлевшись в памяти Джо, эхом отдаваясь в его сознании.
"...твой отец, Джо. Меня зовут Шейн Слэтер, и я твой отец... "
В глубине души Джо знал, что это правда.
Глава XXIV
Логан смотрел на мать, лицо его было бледным, глаза расширились от страха.
— Что ты будешь делать, мама?
Марианна стояла, охваченная дрожью, у письменного стола в кабинете, по-прежнему сжимая в руке безжизненную телефонную трубку. Приступ истерии вновь зарождался где-то внутри, угрожая вырваться наружу. Она чувствовала, что теряет контроль над собой, ощущала, как подкатывается к горлу комок, грозящий перейти в крик отчаяния и страха. Она ничего не могла поделать, не могла больше выдержать всего этого! Куда мог уйти Джо? Зачем ему нужно было вылезать через окно, обнаженному, и убегать из дома в бурю? Если он где-то на улице, как долго он сможет выдержать там?
Мысли, одна за другой, вихрем проносились у нее в голове, смятение нарастало с каждой секундой. Единственное, о чем она могла думать, так только о непреодолимом желании разрыдаться, упасть на диван и отключиться от всего.
Глаза стали стремительно наполняться слезами, но она понимала, что должна превозмочь нервный срыв, должна продолжать двигаться, по крайней мере, делать вид, что владеет ситуацией, если не ради своего собственного благоразумия, то хотя бы ради Алисон и Логана. Они выжидательно смотрели на нее, Логан с надеждой десятилетнего ребенка, а Алисон — с ясным пониманием охватившей ее паники. Она глубоко вздохнула
Она обдумывала, какие слова ей произнести, какие шаги предпринять, чем занять свои мысли, как отвлечься от того, что Джо больше нет в доме. Она услышала всплеск: с потолка упала капля воды в стоявший на полу таз, принесенный Алисон.
— Ванная, — выдохнула она, разум ее судорожно ухватился за что-то — хоть что-то! — чем можно было заняться до тех пор, пока она вновь не обретет способность ясно мыслить. — Принеси какие-нибудь тряпки из кладовой, Логан. — Чувствуя, что еле переставляет ноги, она покинула кабинет и через гостиную прошла в холл. Перед ней простиралась вверх лестница, на секунду она задумалась, а сможет ли вообще подняться по ступенькам. Затем услышала за спиной голос Алисон, пытавшейся успокоить ее.
— Ты не виновата, мама! И мы найдем его! Я знаю, мы найдем!
Кивнув головой, но будучи не в состоянии вымолвить хоть слово, Марианна поднялась по лестнице вверх.
Когда мать и сестра отправились на второй этаж, Логан прошел через столовую на кухню и едва направился к кладовой, как ему показалось, что он услышал какой-то звук у двери.
Какой-то царапающий звук!
Сторм! А может быть, даже и Джо!
Даже не остановившись, чтобы позвать мать, он бросился к задней двери и открыл ее, уверенный, что собака — или Джо — проскользнет внутрь.
Никого.
Нахмурившись, Логан выглянул наружу, в снежную бурю. Сначала он увидел лишь кружившиеся в водовороте снежинки, но затем мельком заметил что-то еще — что-то едва различимое — двигавшееся сквозь снежную пургу.
— Джо? — выдохнул он, но, прежде чем слово слетело с губ, призрак исчез за снежной завесой.
Но он видел его!
Он знал, что видел!
Он был там! Не раздумывая, Логан шагнул на небольшое заднее крыльцо, поднес руки ко рту и сложил их рупором.
— Джо! — закричал он. — Эй, Джо! Это ты?
Слова его отнес ветер, и он колебался, раздумывая, то ли пройти немного вперед — лишь ярд или два — и крикнуть вновь, то ли вернуться назад в дом. Но за него принял решение ветер: он набросился на мальчика, стал кидать в глаза снег, ослепив на какое-то мгновение. Логан повернулся, готовый вернуться назад, на кухню, как вдруг ветер, изменив направление, подул с новой силой, и задняя дверь с шумом захлопнулась перед самым носом Логана.
Он протянул руку к шарообразной ручке и попытался повернуть ее.
Заперта!
Почему только он не проверил ее, прежде чем выйти на улицу?
— Мама! — закричал Логан и начал колотить в дверь. — Мама, дверь захлопнулась, а я на улице! Впустите меня!
И вновь слова его унес ветер, едва он произнес их Логан почувствовал, как его охватывает панический страх, поскольку понял, что ванная комната находится с другой стороны дома. Они ни за что не услышат его криков, пока не спустятся вниз.
Окно! Может быть, ему надо разбить окно в задней двери?