Операция «Дельфин»
Шрифт:
– Кошмар! – заорал Краун. – Каким образом?!
– Это надо будет выяснить, сэр.
– Ха, именно этим я и намерен заняться. Иметь такую аппаратуру на борту – и ничего не услышать! – Краун повернулся к Хелен. – Как убрать дельфинов из района расположения цели, Хелен? Сейчас посыпятся глубинные бомбы и будут выпущены противолодочные ракеты.
– Мы дадим команду возвращения. – Финли с силой нажал две кнопки, и в датчики на шеях дельфинов поступила нужная команда.
На табло на секундомерах запрыгали стрелки. Краун закусил нижнюю губу, ибо он совершенно ничего не понимал.
– Ну
– Роты отвернули в сторону от объекта, – сказал Финли. – Там остался только Гарри… сейчас он передает информацию… объект находится на глубине 78 метров… теперь Гарри тоже уплывает оттуда… Объект приближается к квадрату семь. – Финли поднял голову. – «Лорды моря» сделали свое дело, сэр. Теперь пора действовать военно-морскому флоту…
Торпедные катера на полном ходу устремились к району расположения цели. В наушниках гидроакустиков на советских сверхмалых подводных лодках шум их моторов отозвался страшным ревом. Молодые офицеры сразу поняли, что им грозит смертельная опасность, резко увеличили глубину погружения, развернулись и ринулись к границе запретной зоны.
И тут в ночи вдруг гулко загрохотали разрывы глубинных бомб. В квадратах 6, 7 и 8 в воздух взметнулись водяные столбы. Ракеты-торпеды с головкой самонаведения с громким писком разрезали водную толщу и конечно же затерялись в пучине. «Щуки» уже давно ушли из этого района и, описав, с целью замести след, огромный круг, поплыли к ждущей их чуть ли не на 300-метровой глубине «Дельте И».
Вся информация из гидроакустического отсека сразу же поступила к Яковлеву в его командирскую каюту. Разрывы глубинных бомб, разумеется, никак не могли ускользнуть от внимания гидроакустиков. Яковлев сидел с неподвижным лицом и, казалось, никак не реагировал на непрерывно поступавшие сообщения.
– Как же все-таки американцы обнаружили «щук», – наконец спросил он и откинулся на спинку стула. – Ни один из известных нам американских приборов не в состоянии их засечь! Видимо, они изобрели что-то новое? Но откуда они работают? С берега? Нет, здесь слишком большое расстояние. С кораблей охранения? Но это не они подали сигнал тревоги, следовательно, у них на борту нет настолько совершенных приборов. Но тогда где же они?
Приблизительно через три часа «щуки» бесшумно подплыли к «Дельте II», и весь процесс повторился в обратном порядке. «Дельта II» еще какое-то время лежала совершенно неподвижно, и рыскающие наверху корабли так ничего и не обнаружили. Где-то через некоторое время стихли непрерывно гремевшие разрывы, и лишь гидроакустики продолжали слушать глубину в надежде засечь какой-нибудь подозрительный шум.
Все дельфины целыми и невредимыми подплыли к своей плавучей базе и были незамедлительно подняты на борт. Через два часа туда же прибыли Краун, Ролингс, Хелен, Финли и Кларк. Дельфины в волнении издали множество звуков с очень богатой интонационной гаммой – от свиста до похрюкивания. Финли и Хелен записали все на сверхчувствительную магнитную пленку, намереваясь затем заложить их в память компьютера для дешифровки. Краун, наморщив лоб, сумрачно слушал их «беседу».
– Скажите, Стив, неужели Финли понимает их писк? – спросил он Ролингса.
– В значительной
– Мне этого не понять.
– Вы католик? – как бы между прочим спросил Ролингс. Краун недоуменно посмотрел на него:
– Да. Разве это так важно? С лютеранами дельфины не будут разговаривать?
– Сэр. – Ролингс чуть улыбнулся краешками губ. Краун иногда даже блистал остроумием. – Как католик вы, конечно, должны знать Франциска Ассизского, которого причислили к лику святых. Говорят, он обладал бесценным даром понимать язык животных.
– Я отказываюсь считать доктора Финли святым нашего времени, – с издевкой заявил Краун.
Тут к ним подошел Финли.
– Несомненно, в запретную зону проник как минимум один подводный корабль, – с озабоченным видом заявил он.
– Это означает, что Советы глаз не сводят с Уэйка. А может, это японцы? – Краун вспомнил о двух старых эсминцах, буксировавших подводные ангары в направлении Курильских островов, и, хотя ночью на палубе было довольно прохладно, ему вдруг стало жарко. – Чертовски неприятно зависеть от реакции какого-то животного, – не терпящим возражений тоном сказал он. – Человек в таких ситуациях вынужден полагаться только на нее. Нет, к этому очень трудно привыкнуть!
– А вы вспомните историю Древнего Рима. И гусей на Капитолии.
– Я солдат, а не сказочник, – буркнул Краун. – И меня интересует не Древний Рим или Франциск Ассизский, а проникли к нам советские подводные лодки или нет. Вот что мне хотелось бы знать!
– Они побывали здесь и, видимо, никуда не ушли, ждут подходящего момента в нейтральных водах.
– Это мы скоро выясним. Я сейчас пошлю туда мои корабли.
– Гораздо проще поручить это дельфинам, сэр, – сказал Ролингс. – Кто бы ни скрывался в водах вокруг Уэйка, дельфины непременно обнаружат его.
– А что же нам делать?
– Если честно, сэр, ваши корабли здесь только мешают.
– Более наглых речей мне еще не доводилось слышать! – в сердцах вскричал Краун. – Наш славный флот, оказывается, мешает… Где там моя новая форма? Я сейчас надену ее!
Вернувшись на «Дельту II», молодые русские офицеры собрались в кают-компании и во все глаза смотрели на сидевшего с очень мрачным видом Яковлева. Их донесения как две капли воды походили друг на друга. Они без труда пересекли созданную американцами полосу прослушивания и уже находились всего лишь в нескольких милях от Уэйка, когда неожиданно откуда-то подлетели торпедные катера и началось бог знает что. И понять, каким образом они обнаружили «щук», было совершенно невозможно.
– Речь может идти лишь о каких-то стационарных глубоководных станциях дальнего обнаружения, – задумчиво сказал Яковлев, подводя итоги совещания, – с приборами на микроэлементах, разработанных совсем недавно, и нам совершенно неизвестных. Так что перед товарищами из ГРУ стоит теперь новая задача. И пусть даже на начальном этапе нас постигла неудача, кое-чего мы все же добились. Теперь мы знаем, американцы на Уэйке проводят испытания новой электронной аппаратуры. – Яковлев скривил лицо в улыбке, но она получилась у него довольно кислой. – И, разумеется, мы пока не уйдем отсюда.