Операция «Наследник»
Шрифт:
– Что будем делать?
– еле слышно спросил Валентин.
Дмитрий непроизвольно посмотрел на камин, расположенный напротив стола. Расстояние от камина до заговорщиков было ничтожным, и в голове майора созрел план.
– Слушай, ты случайно не знаешь: тут стоят глушилки?
– Стоят, но только от внешнего «луча» и «клопов». Во всяком случае, еще совсем недавно внутренней защиты от обычной записи не было. Хочешь магнитофон подбросить?
– Хочу. Мне кажется, твоя капроновая леска может пригодиться, - быстро прошептал
– Мы привяжем к ней магнитофон и опустим через трубу вон в тот камин. К счастью, сегодня ночь душная, так что огня можно не бояться.
– Гениально! Радары наш магнитофон тоже не засекут, так как у них под носом стоит такой же. Но вот если наш зацепится за решетку или выступ?
– Попытка - не пытка.
– Не всегда. Но ты прав - это наш единственный шанс. Эх, жалко я не взял микрофон на длинном шнуре. Короче, ты оставайся здесь, а я полез на крышу.
– Отмотай заранее леску, чтобы знать, на каком примерно уровне будет висеть магнитофон. От камина до трубы метров десять.
– Да, пожалуй, - согласился Валентин, на глаз прикинув расстояние.
Он быстро исчез, а Дмитрий остался наблюдать.
Выбравшись на крышу, Валентин нашел нужную трубу, отмотал леску, привязал к одному концу портативный магнитофон и стал осторожно опускать его вниз. Через несколько минут леска ослабла. До контрольного узелка оставалось полметра. Это означало, что магнитофон благополучно лег либо на решетку, либо на выступ камина.
«Только бы пленки хватило»,- подумал Корнеев, привязывая второй конец лески к металлическому пруту козырька. Кассета была рассчитана на 90 минут записи, и ее не нужно было переставлять. Валентин Засек время.
Тем временем Зотов во все глаза смотрел на заговорщиков. Они все время о чем-то говорили, постоянно обращаясь к черной цапке. Совещание закончилось примерно через час. Мужчины как по команде резко встали, и Дмитрию пришлось срочно покинуть импровизированный наблюдательный пост. На чердаке тоже не было смысла задерживаться, и он вылез на крышу дома.
Валентин увидел друга, вытащил магнитофон и, выдернув кассету, передал ее Дмитрию, заменив пустой.
– Слушай, - сказал Зотов.
– У Быкова есть черная папка, и гадом буду, если это не их «программа».
– Надо ее раздобыть. Если начнется заваруха, Быков может ее ликвидировать или так запрятать, что сам черт не найдет.
– Я спущусь в кабинет и попрошу ее.
– Пилюли не забыл?
– Не-ет. Он у меня все выложит, а затем проспит до второго пришествия.
– Точнее, пока за ним не придут наши.
Друзья улыбнулись.
– Ну, бывай.
– Дмитрий поднял руку.
– Ни пуха…
Зотов вернул магнитофонную кассету Корнееву, влез на чердак, открыл дверь в коридор и осторожно спустился. Все было тихо. Он подошел к кабинету генерала и заглянул в замочную скважину. Быков сидел один за рабочим столом и что-то писал.
Дмитрий спокойно вошел
– Руки за голову, ноги на стол!
Тучный генерал закряхтел, но просьбу выполнил: пистолет в умелых руках - достаточно веский аргумент.
– Что дальше?
– спросил Быков, сохраняя внешнее спокойствие.
– А дальше мне бы хотелось получить ту черненькую папочку, что лежала на вашем столе в холле, когда вы мило беседовали с Подвольным.
Генерал пожал плечами:
– Может, вы мне разрешите хотя бы руки опустить. Все-таки не так молод, как вы.
– Разрешу, если договоримся. И думайте побыстрее, у меня мало времени.
Зотов не слышал, как сзади открылась дверь. Шесть раз подряд раздалось чмоканье, словно за спиной кто-то целовался. От сильных ударов майора сначала бросило на генеральский стол, а затем он медленно съехал на пол с шестью дырками в спине. В комнату вошла Куданова. Генерал облегченно вздохнул и убрал ноги со стола.
– Ты вовремя.
Вера Александровна улыбнулась, откинула безжизненную руку Зотова и взяла его пистолет.
– Я всегда вовремя. Извини, но ты уже засвечен.
– Она вскинула зотовский «вальтер», и генерал обмяк в кресле.
На пистолете Зотова также был глушитель, поэтому выстрел не привлек внимания охраны. Вера Александровна вложила «вальтер» в руку хозяина, предварительно стерев отпечатки своих пальчиков, и направилась к выходу.
– Стоять! Лицом ко мне, руки за голову!
Она вздрогнула и обернулась. Собственная пушка была уже пуста и бесполезна. Куданова отбросила пистолет и подняла руки. Майор с перекошенным от боли лицом сидел на полу и наводил на нее «вальтер», который она сама вернула ему. Но ведь он мертв! Или это дьявол?
– Надо всегда стрелять в голову, как ты это ловко проделала с Быковым.
Зотов встал, и по его лицу было видно, с каким трудом ему это удалось. Куданова стреляла почти в упор, и несмотря на то что на нем был надет специальный бронежилет, Дмитрий на несколько мгновений потерял сознание от болевого шока и пришел в себя, только когда она вкладывала ему в руку пистолет. Спина болела так, как будто Зотова шесть раз огрели дубиной по хребту.
– В последнюю нашу встречу мы так и не договорили, - произнес он, показывая жестом, чтобы Вера Александровна отошла от двери.
– Что ты собираешься делать? Тебе не удастся отсюда уйти.
– Ты в этом была уверена и в Ялте.
Куданова нервно улыбнулась, но промолчала. Дмитрий же размышлял, как поступить: пристрелить ее, как собаку, или на некоторое время обезвредить. Да и папку, за которой он пришел, добыть не удалось. На столе ее не было, а Куданова вряд ли знала шифр быковского сейфа.
– Ты убьешь меня?
– спросила она, с ненавистью глядя на Зотова.
– Учти, я пока единственная, кто удерживает быковских головорезов. Они бы еще вчера увезли твою ненаглядную.