Операция «Преториус»

Выджинский Анджей

«Он раздумал, теперь отберет деньги и пристукнет меня», — подумал Куллен.

— Как тебя звать?

— Джон… Джон Куллен, сэр.

— Хорошо, Джон Куллен. А теперь, — в этот момент он схватил его за руку и направил луч фонаря Куллена на свое лицо, — а теперь смотри сюда, Куллен. Хорошенько присмотрись. Узнаешь ли меня, если приведется встретиться в Нью-Йорке?

Куллен не знал, что ответить. Почему он должен его узнать? Ведь этот тип заинтересован, чтобы его никто не узнал. Ведь для этого же он давал доллары, просил его забыть о том, что

он видел и слышал.

Сдавленным голосом он прошептал:

— Нет, никогда, клянусь вам! Я никогда вас не видел и никогда не узнаю!

— Ты должен узнать и запомнить, Куллен.

— Да, сэр.

— Ты молодец, Куллен.

Человек в плавках повернулся, а моряк Джон Куллен понесся без оглядки, спотыкаясь и падая в кромешной тьме.

Человек в плавках прошел несколько метров, прежде чем наткнулся на темные фигуры. Одна из них спросила:

— Ты пристукнул его, Георг? Кто это был?

— Да, — ответил Георг Иоганнес Даш, — все в порядке. Нужно немедленно кончать, иначе нас могут накрыть! Все!

IX

Куллен вбежал в комнату дежурного сержанта, командира патруля на восточной оконечности Лонг-Айленда и, бледный, трясущийся, тяжело оперся о стену.

— Ты поторопился, Джон, — буркнул младший лейтенант Карл Рис Дженнет, прочищая перочинным ножичком трубку. — Что тебя пригнало? У тебя понос, Джон?

— Карл, послушай… я накрыл группу диверсантов, черт знает кто это был… Послушай, Карл…

И он начал хаотично рассказывать. Карл Рис Дженнет отложил трубку, закрыл перочинный ножик и спрятал его в пластмассовый футляр. Скрестил руки на животе и, всматриваясь в озабоченное и испуганное лицо Куллена, издевательски усмехнулся.

Когда Куллен окончил, младший лейтенант спросил:

— Ты кончил?

— Да.

— Ну теперь спусти воду. Я сразу понял, что тебе приспичило. Наверное, это дрянные консервы из молотой ветчины.

— Но, клянусь тебе, я не соврал ни слова! Чтоб мне провалиться на этом месте! — взывал Куллен. И вновь повторил свой рассказ от начала до конца, но уже не так сумбурно.

Младший сержант продолжал усмехаться.

— Джон, позови сюда ребят из караульной.

Через некоторое время пришло шесть моряков, все жевали резинку.

— А теперь, Джон, — обратился младший сержант, — расскажи еще раз то же самое. Вы увидите, ребята, каков шутник этот Куллен, умереть со смеху.

Куллен еще раз повторил все по порядку, описывая события все более складно.

— Врет, — заявили моряки. — От переутомления у него были какие-то галлюцинации. Или он хочет, чтобы о нем написали в газетах.

— Иди проспись, Джон, — сказал младший сержант, — тебе станет лучше. Завтра ты лопнешь от смеха, увидишь. Не поверишь, когда мы расскажем тебе, что ты здесь наговорил.

Куллен выгреб из кармана горсть банкнотов, бросил их на стол.

— А это что? Рузвельт мне прислал, да? Вы считаете, что двадцатидолларовые бумажки растут прямо на дюнах, как грибы в лесу? Да? Карл,— обратился он к

начальнику патруля, — ты сам знаешь, что я вчера занял у тебя два доллара. А тут самое меньшее несколько сот долларов, верно? Незнакомец в плавках дал мне эти бумажки, чтобы я никому ничего не говорил. И я мог спрятать их и помалкивать в тряпочку. А когда я прихожу сюда и докладываю, ты делаешь из меня сумасшедшего. Теперь веришь? Ну скажи, веришь? Ведь не скажешь же, что в этом моем видении появился архангел Гавриил и всунул мне зеленые бумажки?

Моряки, продолжавшие жевать резинку, молча брали доллары, разглядывали их со всех сторон и клали на стол перед младшим сержантом. Тот укладывал их в стопку и не спеша считал, не глядя на Куллена.

— Вы пятеро, — он показал на моряков, — пойдете со мной на дюны. Джон проведет нас туда, где глухонемым дают двадцатидолларовые бумажки. Мигом, ребята, собираться.

Полчаса прошло, прежде чем Куллен, расставшись с человеком в плавках, добрался до заставы. Еще полчаса прошло, пока Карл Рис Дженнет поверил Куллену, в чем решающую роль сыграли доллары. Полчаса шел патруль, прежде чем добрался до места, указанного Кулленом.

Туман несколько рассеялся, и моряки заметили на фоне прояснившегося горизонта едва заметные очертания подводной лодки, услышали глухой гул судовых машин. Башенка постепенно исчезала из их поля зрения, а они все еще продолжали, лежа на мокром песке, всматриваться в горизонт перед собой. Так прошло еще полчаса.

— Видишь, — сказал младшему сержанту Джон Куллен, — нужно было сразу звонить старшему лейтенанту, как только я пришел. И тогда мы не выпустили бы эту подлодку. Младший лейтенант объявил бы тревогу.

— Возвращаемся на заставу, — сказал младший сержант.

Через полчаса они были на заставе. Карл бросился к телефону:

— Немедленно соедините меня со старшим лейтенантом Оденом.

Оден был их непосредственным начальником, без его разрешения они ни с кем не имели права вступать в контакты по служебным делам.

До младшего сержанта донесся его заспанный голос:

— Что там еще, черт возьми?

Младший сержант доложил о таинственном разговоре Куллена и о подводной лодке, которую видел патруль.

— Господин старший лейтенант, докладываю, что все это правда. Я тоже не верил, но позднее сам увидел подводную лодку, слышал мотор, наблюдал, как она погружалась. Да подавиться мне собственным галстуком, если я что-то выдумываю.

— А ты не помнишь, как все вы жрали виски? Шлялся вместе со своим патрулем и теперь несешь бредни. Черт бы вас всех побрал.

И бросил трубку.

Младший сержант еще раз соединился со старшим лейтенантом Оденом.

— Господин старший лейтенант, если вы не верите, я буду вынужден позвонить в другое место. Я предупреждаю вас, поскольку это серьезное дело. Куллену дали несколько сот долларов. Они находятся здесь, у меня. Никто из нас не пьян. Предпримите какие-то меры, иначе из-за этого могут быть большие неприятности.