Операция «Призрак»
Шрифт:
Серия «Чистилище» издается с 2014 года
Идея проекта – Сергей Тармашев
Художник – Андрей Липаев
Серийное оформление – Николай Ковалев
Компьютерный дизайн – Константин Парсаданян
Издательство благодарит Сергея Тармашева за предоставленное разрешение использовать название серии, а также уникальные мир и сюжет, созданные им в романе «Чистилище».
Другие
Глава 1
Обитель зла
Если бы резинокольчуга и противогаз позволяли Яру различать запахи, то здесь, в стойбище заров, он задохнулся бы от зловония. Зары, одетые в плохо обработанные шкуры, смердели так, что вонь, казалось, проникала через защиту. Эти тупицы почти не мылись, на них водились вши и прочие паразиты.
Четыре паровика полукругом расположилось во дворе, оккупированном дикарями. Еще зары старого времени обустроились в этих двухэтажных зданиях, переделали крыши, заложили окна, чтоб внутрь не проникли мутанты и, когда начинался дождь, прятались там вместе с животными.
Теперь на звук моторов они вылезли, в основном самки с детенышами – чумазые, в шкурах. Обступили следопытов в ожидании подачек. Ронна ходила вдоль кольца заров, щелкала кнутом для острастки:
– Все встали в очередь, близко не подходим! – Хвост кнута ударил возле ног детеныша с дебильной мордой и круглым, вздувшимся от авитаминоза животом.
Детеныш подпрыгнул, как лягушка, попятился к группе таких же детей с тупыми мордами. Сразу видно, умственно отсталые. Женщины зашумели, стоящих впереди потеснила Ронна, они попятились. Беззубая баба со светлой паклей на голове заорала, вцепилась в патлы темноволосой товарке, повалила ее в грязь:
– Смотри, куда лезешь, тварь! На ногу мне наступила.
Темноволосая вскочила, оскалилась (у нее не хватало двух верхних зубов и одного нижнего):
– А ты не стой на дороге!
Женщины ринулись навстречу друг другу, сцепились в вопящий клубок, замелькали лица, локти, волосы, при этом дерущиеся не выпустили из рук мешки с материальными ценностями, которые приготовили на обмен. Остальные женщины отступили и, выстроившись в очередь, начали подходить к Яру. То и дело доносились ругань и крики.
Яр приготовил гостинцы для заров и следил, чтобы кто-нибудь из подростков не подкрался и не ударил в спину. Ронна была солдатом, она на это училась, и ей нравилась ее работа, но Яр как старший брат по привычке ее контролировал – страховал, чтобы подставить плечо при необходимости. И хотя любая женщина-солдат анклава Спарта даст фору солдату из другого бункера, для Яра она по-прежнему была младшей сестренкой, которая падает лбом вниз и бьется об углы. И плевать, что ей двадцать пять и она мать троих детей…
Напарница Ронны прицелилась в дерущихся женщин, их было уже четыре минимум: рыжая, светловолосая и две шатенки.
– Прекратить безобразие! Считаю до трех и стреляю!
Побеждавшие шатенки отходили нехотя,
Дикари. Калечат друг друга. Галдят, как стая ворон.
Подошли мужчины, утащили блондинку, бросили в заросли сирени, куда метнулся ребятенок лет пяти, заголосил, пытаясь вернуть мать к жизни. Яр обвел взглядом заров: штук тридцать взрослых, самому старшему вряд ли больше двадцати трех, на вид же – тридцать пять минимум, тому виной клочковатая жидкая борода.
Женщины тоже все страшные, истощенные, рахитичные и все равно беременные. Приятный вид имеют только совсем юные. Напарник Яра Витязь сочувствовал зарам и помогал чем мог. Яр же убеждался с каждым годом, что эти тварей нельзя подпускать к технологиям, они уничтожат остатки цивилизации.
Наверное, мутация все-таки коснулась их мозгов, ну не может человек быть таким тупым!
Витязь принес раскладной стул и воссел, как цивилизованный человек перед дикарями. Яр остался стоять, скрестив руки на груди. Рюкзак с безделушками он поставил возле ног. Витязь приготовил вещмешок на случай, если зарам удалось раскопать в развалинах что-то ценное. Справа и слева стояли по паре солдат, одни впереди, другие позади. Специально для заров разыгрывали спектакль, что солдаты главнее следопытов и даже иногда обижают их – чтобы зары еще больше видели в следопытах союзников.
Ронна с напарницей Леной прохаживались вдоль образовавшейся очереди. Женщины заров плевали вслед, стоило солдатам отвернуться. Зато к следопытам, встреча с которыми сулила много приятных и интересных вещей, испытывали самые теплые чувства. Яр относился к своим обязанностям с осторожностью, Витязю же льстило внимание диких, словно он не соображал, насколько они опасны. Непонятно, что ударит им в голову через пару минут. Сегодня они тебе улыбаются, а завтра с готовностью вгонят нож в спину.
Вот лохматая женщина в свалявшейся шкуре, худая как щепка. Смотрит на тебя жалобно, ресницы дрожат, и кажется, что перед тобой человек. А если кто-то толкнет ее случайно, она оскалится бешеной собакой и глаза сопернице выцарапает.
Мужчины редко являлись на встречу со следопытами, считали это занятие недостойным и все, что находили, передавали женщинам. Сейчас они засели в своих жилищах и наблюдали, а если их бабе перепадет что стоящее, будут хвастать друг перед другом.
Первая женщина вынула из пакета выцветший стеклянный обломок, который когда-то был частью настольной лампы, еще будучи ребенком Яр видел похожую – кто-то забрал ее с собой до заражения.
– Не представляет ценности, – сказал он, протянул руку, взял у нее вторую драгоценность – перемазанный мазутом моток проволоки, содрал рассыпающуюся ветхую изоляцию и с сожалением отметил, что провода ржавые. – Мусор. Еще раз повторяю: интересуют только медные провода. Медь, она такая… рыжая или с зеленцом, я в прошлый раз показывал.
Все та же баба достала из мешка лампочку с вольфрамовой нитью. Когда Яр поднес ее к глазам, зараженная радостно оскалилась, демонстрируя кривые желтые зубы. Нить перегорела и обвисла. Яр вернул находку женщине и сказал: