Оперативник
Шрифт:
— Пошел в жопу, — ответил Иван.
— Нет, серьезно. Это сколько раз я тебя спасал? — Круль отстегнул у «калашникова» магазин, посмотрел на патроны и снова пристегнул магазин на место. — Ты хоть считаешь?
— Ты как отвязался? — спросил Иван.
— Пришел демон, разорвал скотч и отвалил.
—
— Оставил тело и вернулся в Ад. Знаешь ли, мы, слуги Дьявола, имеем некоторые преференции в отношениях с демонами и другими порождениями Ада.
— Ты мог его остановить сразу?
— Мог, а зачем? Токарев мог сбежать, мог убить тебя…
— Он и так мог меня убить.
— Но не убил?
— Не стал.
— Такой благородный мужик! — вскричал Круль и чуть не уронил с колен автомат. — Сохранил жизнь Ивану Александрову! Зачем?
— Он полагает, что я смогу помешать козням ада, — сказал Иван.
— Он был дурак, — подумав, ответил Круль. — Козням ада никто помешать не может. И если ад решил, что ты…
— Рот закрой.
— Уже, — тяжело вздохнул Круль. — Закрыл и ухожу. Мне еще нужно выяснить, как там все вышло у деда. Понятно, что нападавшие умылись кровью, но подробности! И записать количество душ, которые с моей подачи попали в Ад. Вы тут за веру бьетесь, а нам достаточно только ваших душ.
Круль встал со ступеней, отряхнулся. Что-то бросил к ногам Ивана.
Опухшее лицо его было похоже на красно-сине-черную маску какого-то языческого божества.
— Пошел я, наверное. Надеюсь, ты сможешь прожить без моей опеки минут двадцать, пока не приедут из Конюшни. А я пойду, что-то мне хреново, — Круль забросил автомат на плечо. — Отчитаюсь перед начальством, напишу отчет и свалю в отпуск. Надеюсь, ты больше
— Я тоже на это надеюсь, — сказал Иван.
Круль переступил через тело Квятковского и пошел вдоль по улице, в сторону Старого города.
Ничего нельзя опирать на веру одного человека, сказал Квятковский. Введи нас в искушение, пронеслось в голове Ивана. Они придут.
«Они не придут», — сказал Анджей Квятковский.
Они никогда не имеют дел с теми, кто убил Администратора, всплыло в голове. Замечательный способ сделать так, чтобы его минула чаша сия.
Иван посмотрел вниз и увидел, что на камне лежат те самые четки.
Иван взял пистолет, поднял его и прицелился в спину медленно идущего Круля.
Не введи нас во искушение. Не введи. Слаб человек. Выбирает крест слишком тяжелый.
Не придут.
«Я не хочу решать за всех, — подумал Иван. — Я не хочу! И у меня есть только один выход».
Иван перевел пистолет на автоматический режим стрельбы и нажал на спуск.
— Сколько раз я тебе спасал жизнь? — спросил Круль.
Пули ударились в стену дома на противоположной стороне улицы, выбивая красную крошку. Иван не отпустил спуск, пока пистолет не опустошил весь магазин.
Круль, не останавливаясь, поднял над головой правую руку с выставленным средним пальцем.
Иван хотел что-то крикнуть ему вдогонку, обидное и злое, но не смог.
Наклонился, поднял четки.
Издалека донесся звук патрульных сирен.
«Введи нас во искушение», — подумал Иван и спрятал четки в карман.
Ты сам выбрал свой крест. Ты сам его выбрал.