Оператор совковой лопаты
Шрифт:
Ничего страшного. Подождут гости. А пока вот три образца на пробу. Тут разные варианты легирования, а объяснить, в чём разница и как с ними работать, это несложно. Уж в этом-то Ведающий Мёд соображает. И показать может.
Только столковались, что остановятся у кузнеца, ещё группа пожаловала. Эти точно военные. Потеют в раскалившихся на солнце блестящих металлических жилетах, и шапки на них железные. Шпаги у всех на боку, но более тяжёлого оружия нет. То есть наряд ритуальный, а не для применения при сопротивлении. Всё верно, маленькая лодка с парой человек на борту — не причина для беспокойства испанского гарнизона. Пригласили в резиденцию губернатора и обещали, что ботик возьмут под охрану. Кстати,
Городок произвёл хорошее впечатление. Улочки хоть и узкие, но грязи на них нет. Дорога мощёная, дома глинобитные и каменные, даже один встретился на манер тех, что рисуют в книжках про средневековую Европу, — деревянный каркас с балками накрест, а между ними что-то типа самана. Соломинки заметны — точат наружу. Стёкла в окнах имеются. Хм. Это важный момент.
Губернатор оказался немолод, но подтянут и энергичен. Сайку познакомили с супругой хозяина дома, и женщины удалились. Собственно, если исключить переводчика, того самого офицера, что сопровождал их от пирса, получилась аудиенция.
— Рад видеть Великого Вождя, Ведающего Мёд, Который Никогда Никому Ничего Не Обещает, — уже обращение указывает сразу на то, что Тёмное Облачко ничего о Мишке здесь не утаил.
Ответил не менее учтиво, — титулование довольно длинное, нарочно записал и выучил. Отведал предложенного вина. Похвалил. Некоторое время посвятили обсуждению погоды, затем коснулись климата, характера местности (болота и крокодилы), а потом Мишка спросил, какие новости приходят из владений испанской короны. Оказалось, что не слишком хорошие. Не ладит король испанский с королём английским, отчего на морях случаются разные неприятные инциденты. И здесь, в Америке, не всё безоблачно. Индейцы оказали сопротивление испанцам, не раз пытавшимся проникнуть в глубь территории вдоль рек, впадающих в Мексиканский залив. Кое-какие группы погибли, а остальные намерены свернуть своё присутствие в этих землях.
Карта, висящая на стене кабинета, подсказала Мишке правильный ход.
— Я имею некоторые сведения от вождей других племён, — начал он издалека. — И есть основания полагать, что западнее вот этой реки, — указал он бокалом на устье Рио-Гранде, — местное население менее недружелюбно отнесётся к сынам славной Испании, если, разумеется, его не пытаться принуждать к повиновению, а, скажем, подкупить благородством и добросердечием, свойственными истинным идальго.
При переводе финальной части тирады первым поперхнулся переводчик, а затем и губернатор принял несколько озадаченный вид. Разговор перешёл на вопросы, связанные с разными хозяйственными проблемами. От Мишки явно хотели поставок железа и ещё интересовались тканями. Взамен предлагали вино. Насчёт металла — да никаких проблем. Просто Тамбову необходим стеклодув, который обеспечит нормальное освещение в производственных помещениях, после чего прокат и отливки потекут в Сан-Агустин рекой. А насчёт вина Мишка всерьёз задумался. Вообще-то спиртосодержащее ему кстати. Схему устройства ректификационной колонны он помнит. Продукт будет и врачевательницам в помощь, и в дизель пойдёт, да и для химических опытов пригодится. Кукурузную брагу делать хлопотно, опять же жалко переводить пищевой продукт.
Насчёт ядовитости этого вещества Мишка индейцев предупредил. Типа отравление, вызывающее слабоумие, сначала проходящее, а потом и необратимое. Он перегонял немного для эксперимента, наверное, градусов до семидесяти крепость удалось довести. И ещё дал понять, что среди белых встречаются безумцы, которые не только сами пьют, но и другим предлагают.
А
Интерес губернатора к гостю исчерпался единственной встречей. Конечно, о желании визитёра обзавестись картами ему не доложили, иначе любезность в виде наряда возле ботика из трёх солдат, охраняющих имущество гостей, могла бы смениться арестом. А может быть, в этом мире географической информации пока ещё не придаётся стратегического значения. Вспомнилось, что Колумб работал картографом, рисовал планы земель и морей, чем зарабатывал себе на жизнь. Возможно, гриф секретности на местные карты ещё не наложили.
Мишка с Сайкой остановились у кузнеца. Игры с калёным металлом не только вошли в привычку, а даже как-то руки скучали без этого занятия. Так что о приёмах ковки, отпуска и закалки они с хозяином беседы имели деятельные и неоднократные. Хоть и из отсталой Европы специалист, но в любом мастерстве есть тонкости, а когда мастер раззадорится, то цеховые тайны и личные профессиональные хитрости выдаёт от всей души. Короче говоря, в долгу оставаться не хотелось, и все запасы полос и отливок потихоньку перекочевали с ботика сюда. Авансом, так сказать.
Копирование карт — дело не быстрое. Тут нужна великая тщательность. Не стоит это дело торопить. Мишка учил испанский. Сайкин семинольский оказался не слишком распространён в этих местах. Индейцы, говорящие на выдрском, и то встречались чаще. Незнакомые племена жили на Флориде. И жила память о захвате городка сэром Фрэнсисом Дрейком. Имелось тут и несколько французских семейств, и англичане встречались. Но в целом место было тихое, высокой деловой активностью не отмеченное. Отличная гавань, укрытая от океана островами, пустовала. Прибытие корабля в Сан-Агустин — событие редкое, можно сказать, памятное.
Селение невелико, все друг друга знают. Так что Мишка ни капельки не удивился, когда их разыскал Тёмное Облачко. Характеристика, которую он в своё время дал здешнему губернатору, оказалась точна, так что в качестве источника информации о местных обычаях и нравах он кадр в высшей степени ценный. Поговорили вроде словно ни о чём, куче здешнего народа перемыли косточки. И вот тут выяснилось, что местный мастер, делающий стеклянные висюльки и разные бусики для торговли с индейцами, сейчас бедствует, потому что аборигены перестали интересоваться этим товаром, отчего хозяин мастерской выставил беднягу за порог, и падре вынужден принимать в нём участие.
Конечно, пришлось выслушать длинное повествование о том, насколько душевный человек здешний падре, как плохо идут дела на плантациях у дона Диего (интересно, можно ли найти хоть одно испанское поселение без жителя с таким именем), что недавно откуда-то издалека, с юга, приехал дон Эстебан (ещё одно знакомое имя, наверное, встречались когда-то) и занимается культивированием новых растений — потато и томато. Первые чувствуют себя здесь отвратительно, вторые — просто очень плохо, и, кажется, этот дон совсем разорится. А козы донны Эстреллы (сплошь знакомые имена, вроде как он тут раньше бывал) сожрали капусту в огороде дона Педро (устал уже удивляться количеству тех, о ком когда-то слышал, и ведь все здесь собрались!).