Опричник
Шрифт:
— Сделаю, атаман, — кивнул Георгий, напяливая шлем и включаясь в циркулярную связь отряда. Чуть поразмыслив, я последовал его примеру и, активировав линию связи в собственном «Визеле», подключился к тактикам убежавших учениц.
— Девчонки, даю вам на поиск четверть часа. Как закончите, найдёте меня у спасплатформы… и не вздумайте лезть к устройству сами.
— Бу-сде-ваш-выс-дье [29] ! — в унисон откликнулись Лина с Милой.
— Мы поняли, Кирилл, — явно сдерживая смешок, произнесла Ольга. Клоунессы, чтоб их!
29
«Бу-сде-ваш-выс-дье» —
— Может, стоит их вернуть в машину? Им же без разницы, где работать… — пробормотал Георгий, услышав мои слова. — Сохраним козырь в рукаве, на случай появления хозяев фиксаторов?
— Сильно сомневаюсь, — отключив связь, я покачал головой. — Те самые фиксаторы нас уже срисовали, так что ни о каком козыре сейчас и речи не идёт. Но мы это исправим… насколько возможно.
Как я и предполагал, Ольга с близняшками справились с задачей меньше чем за пятнадцать минут. Если быть точным, то за двенадцать с половиной минут. Именно столько времени прошло с момента получения задания до появления на виртуальной отрядной карте маркера устройства, усыпившего сидевших в засаде наёмников. А ещё через минуту ученицы выстроились куцым строем перед разведённым мною костром, над которым уже булькал котелок с закипающей гречневой кашей.
— Проголодались? — улыбнулся я, открывая килограммовую банку тушёнки. Откинувшие забрала шлемов тактиков девушки закивали. — Тогда, переодевайтесь, умывайтесь и можно накрывать на стол. Аккурат к тому моменту, как вы закончите с гигиеническими процедурами, ужин будет готов.
— Эм, а где стол? — окинув взглядом разложенные мною на пластиковом полотнище продукты и кухонную утварь, спросила Мила.
— Там же, где и тарелки-ложки — в кемпинговом отсеке спасплатформы, — для верности я даже пальцем ткнул в нужную сторону.
— Милка, не тормози! — шарахнув локтем в бок сестру, прошипела Лина и устремилась к машине. — Чур, я первая в душ!
— Кирилл, ты уверен? — проводив взглядом убегающих Громовых, проговорила Оля. — А если будет атака? Может, нам пока не стоит снимать тактики?
— Как сняли, так и наденете. После ужина, — ответил я. — А пока изображаем беспечных русских барчуков, не верящих, что им может что-то угрожать на пустой ночной дороге в глубине СБТ. В конце концов, засада вон спит-сопит в обе дырки, а снаряд в одну воронку дважды не падает.
— Поняла, — кивнула Оля и, бросив взгляд в сторону спасплатформы, решительно направилась следом за близняшками. — Пойду, предупрежу девчонок, чтоб не увлекались водными процедурами. А то ещё всю воду израсходуют, а я тоже в душ хочу.
Не сказать, что я действительно опасался нападения, но терять бдительность не собирался. И отряду не позволил. Именно поэтому, после ужина ученицы даже не пытались ворчать, когда я заставил их вновь напялить «Визели» и запретил вылезать из спасплатформы до соответствующего приказа.
Как бы то ни было, но ни ночью, ни утром никто на нас так и не напал, хотя развёрнутое в трансе облако внимания не раз предупреждало меня о шныряющих в округе неизвестных. Приходили за своей игрушкой, должно быть… зря. Я её ещё ночью перепрятал, как то сало. Правда, из опасения, что на устройстве может быть установлен какой-нибудь хитрый
Я сам неоднократно давал Инге задания по запитке рун от стихийных эгрегоров, и знаю, что текущая вода, горящий огонь или поток ветра могут быть неплохими источниками энергии для простых рунескриптов. Но во всех случаях требуется «живая» сила эгрегора: течение воды, горение топлива, дуновение воздуха… сыплющийся песок, в конце концов. Здесь же, ничего этого не наблюдается в принципе. Я уж молчу про сложность самого рунескрипта! Это не восьмирунная цепочка, которой для активации достаточно капли стекающей по проводнику воды. Здесь столько рун, что даже если запитать их кристаллом-накопителем коммуникатора, тот через час будет выжран подчистую. Интересная штука, в общем. Перспективная.
Одно плохо. Из-за собственной жадности и нежелания расставаться с артефактом, я не имел возможности нормально поспать, а потому, пришлось искать способ скоротать время до рассвета. И ведь нашёл же! Заодно и любопытство своё удовлетворил, с приятным собеседником поболтал… правда, думается мне, что мнение самого разбуженного, допрошенного, а после вырубленного без всяких «костылей» командира наёмников в корне отличается от моего, но это уже его личные проблемы. Мне наш разговор понравился, хоть он и был излишне короток. Не так уж много знал господин майор Генрих Тальда, м-да. Ну да, как говорится, с паршивой овцы хоть шерсти клок. И я этот «клок» получил. Небольшой такой клочок, но пищи для размышлений он мне добавил. Да такой, что всякие сомнения в необходимости торчать целую ночь на этой поляне у меня пропали напрочь.
Собственно, даже если бы этот разговор не состоялся, жалеть о том, что пришлось бодрствовать всю ночь, я не стал бы. Вариантов действий-то всё равно было немного. Забери я «костыль» — и нам пришлось бы сматываться с места засады, пока не проснулись обчищенные «соседи», и в этом случае вместо одного невыспавшегося атамана у нас в наличии был бы целый отряд клюющих носом «Гремлинов», что в реалиях Свободных территорий — верное самоубийство… С другой стороны, оставить артефакт на месте и как ни в чём не бывало отправиться с утра дальше по маршруту, означало забыть о всякой возможности разобраться с устройством странного костыля. А этого мне не простило бы собственное любопытство.
Именно поэтому, пока наша маленькая колонна пробиралась по узким раздолбанным дорогам СБТ к границе с Червоннорусским воеводством, я внаглую отсыпался в салоне спасплатформы и проснулся, лишь когда наш отряд оказался в получасе езды от точки открытия «окна» для переброски гружёного континентальника на территорию России.
На этот раз, за процедурой перехода наблюдал весь отряд, а не одна только Мила, за время нашего путешествия успевшая прожужжать все уши сестре, Ольге и, наверное, каждому, кто желал слушать её восторженный щебет о том, как это было «круто».