Оптимальный вариант

Шекли Роберт

– Потому что проектировщики предусмотрели меры предосторожности. Вас будет сопровождать СНОС-робот. Если, конечно, он отыщется на складе. При последней выгрузке запасов здесь произошла такая путаница...

Приборная доска умолкла.

– А что... – начал было Мишкин.

– Не мешайте, пожалуйста, – попросила доска. – Я провожу инвентаризацию.

Мишкин принялся ждать. Через несколько минут приборная доска сказала:

– Да, у нас имеется на складе СНОС-робот. Его привезли с последним рейсом. Вот

была бы потеха, если бы его забыли.

– А что это за робот? – спросил Мишкин. – Что он должен делать?

– Данная аббревиатура означает, что это – робот специального назначения для окружающей среды. Эти машины запрограммированы таким образом, чтобы они могли адекватно реагировать на особые условия инопланетных миров. Они определяют, что может оказать вредное воздействие на человека, предостерегают его, защищают и предлагают подходящие к случаю контрмеры. В обществе СНОС-робота вы можете чувствовать себя в такой же безопасности, как на прогулке по Нью-Йорку.

– Большое спасибо, – сказал Мишкин.

Глава 4

Цыпленок объявляет персонификацию наиболее общим признаком неадекватного восприятия действительности

СНОС-робот оказался некрупной прямоугольной коробкой. Его наиболее привлекательной частью был алый лакированный корпус. Передвигался робот на четырех длинных и тонких ногах, а еще четыре прижимал к корпусу. Больше всего он напоминал тарантула, притворяющегося роботом.

– Отлично, сынок! – заявил этот робот Мишкину. – Мы им всем покажем!

– А это будет очень опасно? – осторожно поинтересовался Мишкин.

– Раз плюнуть! Я могу проделать эту дорогу с закрытыми глазами.

– Чего мне следует остерегаться?

– Я тебе сообщу, когда будет нужно.

Мишкин пожал плечами, вслед за роботом прошел через контрольный пункт и через вращающуюся дверь вышел на поверхность Гармонии. Он решил, что робот знает, что делает. Однако Мишкин жестоко ошибался. Его неведение было ужасным, неотвратимым и странно трогательным. В глупости с Мишкиным могла бы сравниться лишь девственница, пытающаяся оседлать единорога.

Конечно же, СНОС-робота тоже нельзя было назвать гением сообразительности. При сложении его невежества с тупостью Мишкина получилось бы отрицательное число, равное количеству случаев заболевания плевритом, происшедших с начала второй Пелопонесской войны.

Когда Мишкин ступил на ненадежную поверхность Гармонии, в его сознании пронеслись образы варенья, горячих сдобных булочек, орального секса и цвета губ.

– И долго будут продолжаться эти галлюцинации? – спросил Мишкин.

– А почему вы спрашиваете об этом у меня? – поинтересовался дружелюбного вида повар с помятой губной гармошкой в руках. – Я, собственно, тоже галлюцинация.

– А как мне определить, что является реальным,

а что – нет?

– Попробуй воспользоваться лакмусовой бумагой, – посоветовал Чанг Су.

– Давайте-ка сразу договоримся, – подал голос СНОС-робот. – Ты в точности выполняешь все мои указания, а иначе очень быстро сделаешься мертвеньким, просто мертвее не бывает. Уяснил?

– Уяснил, – послушно подтвердил Мишкин, и они неспешно двинулись по пурпурной равнине. Ветер дул с востока со скоростью пять миль в час. Слышалось электронное пение птиц.

– Если я прикажу тебе падать, – продолжал развивать свою мысль робот, – ты должен мгновенно зарываться носом в землю. Здесь нельзя тормозить и глазеть по сторонам. Надеюсь, с рефлексами у тебя все в порядке.

– А мне показалось, ты сказал, что здесь не опасно, – удивился Мишкин.

– Да, ты действительно поймал меня на противоречии. Подумаешь, – хмыкнул робот. – Возможно, у меня есть свои причины лгать тебе.

– Какие еще причины?

– Возможно, у меня есть причины не говорить тебе об этом, – назидательно произнес робот. – Просто выполняй мои приказы, и все. Падай!

Мишкин и сам уже уловил слабое, но пронзительное жужжание на пределе слышимости. Он тут же нырнул в траву, от излишнего рвения расквасив себе нос. Приподняв голову, Том увидел, что робот поворачивается из стороны в сторону, сжимая в двух конечностях по бластеру.

– Что это такое? – спросил Мишкин.

– Любовный призыв шестиногих прото-бронтостегозавров. Когда у них начинается брачный сезон, они могут попытаться спариться со всем, что движется.

– Неужели они не сообразят, что я не гожусь на роль предмета их любви?

– Сообразят, конечно, но пока импульс дойдет до мозгов и обратно, пройдет несколько минут – протоящеры мыслят медленно. А до того момента эти две-три тонны влюбленного мяса могут ненароком наступить тебе на голову.

– А где они сейчас? – спросил Мишкин.

– Приближаются, – мрачно ответил робот, снимая бластеры с предохранителя.

Жужжание усилилось. Потом Мишкин увидел, что над ними порхает нечто, напоминающее бабочку с размахом крыльев в шесть футов, и радостно жужжит. Бабочка не обратила на них ни малейшего внимания и улетела куда-то влево.

– Что это было? – спросил Мишкин.

– Это чертовски напоминало бабочку с размахом крыльев в шесть футов, – задумчиво ответил робот.

– Вот и мне так показалось. Но ты сказал...

– Да, да, да, – раздраженно произнес робот. – Все совершенно ясно. Эта бабочка научилась подражать брачному призыву прото-бронтостегозавров. Мимикрия – самая банальная вещь во всей Галактике.

– Банальная? А у тебя был такой вид, будто ты удивлен.

– Чего тут может быть удивительного? Просто я первый раз встретился с мимикрирующей бабочкой.