Оптимистка
Шрифт:
– Хельга, привет, – кивнул мне Алекс.
– Привет. Всем.
– Привет, – нестройно поздоровались остальные, а Арчи помог решить мою маленькую проблемку: как, не выпуская подноса, скинуть сумку, которую я снимать не стала – все равно мое место останется свободным, и занимать его вещами не нужно. Парень встал, забрал поднос, подождал, пока я повешу сумку, и отдал его мне. Вся глупость происходящего дошла до меня, стоило только сесть, ведь можно было поставить поднос на стол и не заморачиваться. Увы, иногда
– Как провела выходные? – спросил шатен, пока я еще не начала есть.
– С семьей. А вы?
Все вдруг оживились и решили, что обязаны рассказать мне каждый про свою история, так что отобедала я, слушая сказочки про белого бычка.
Первым слово взял, конечно же, Алекс.
– Я был у предков. Та еще скукота, – он скривился. – Папаня требует жениться, я не хочу, так что мы слегка поспорили.
Жениться? И это в.. сколько? Двадцать лет? Печально. Бедный мальчик.
– И на ком же тебя женят?
– Наташе Ростовой, блин. Уж найдется кандидатка.
– Даже не сомневаюсь. А ты, Лео?
– Изучал подробности женской анатомии.
– Узнал что-нибудь новое?
– Увы.
– Хм, сочувствую. Арчи?
– Мы вместе изучали, – коротко ответил парень, и это не пришлось мне по душе. Неприятное чувство, ринувшееся наружу, стоило ему сказать, чем он занимался на выходных, меня отнюдь не обрадовало.
– Понятно, – голос прозвучал беззаботно и равнодушно, могу поклясться. – Ну а ты, Вик?
– Да так.
– Ой ладно, колись, не видишь, что ли – девочке интересно!
Взгляд Алекса был холоден, в отличие от насмешливой улыбки. Это не было ни шуткой, ни иронией, а голым приказом. Вик пытался вступить с ним в дуэль взглядом, но потерпел поражение и отвел глаза.
– Я был дома.
Взгляд короля стал снисходительным, он заговорил тоном, который больше подошел бы воспитателю, пытающегося уговорить психующего ребенка что-либо сделать:
– Ну вот, всё оказалось очень просто.
Мне стало неуютно. Не понимаю, почему свита терпит такое отношение к себе. Не могут же они не замечать его выпадов? Зачем остаются с ним? Или Алекс чем-то удерживает их около себя, вроде денег или славы, или, быть может, компромата? Да нет, глупости. И мое богатое воображение.
– Чем занимался ты, Ланселот?
– Был с Олесей. Ходили на концерт Лексис.
– Ха, твоя милая девочка слушает такую музыку? Я удивлен, – и откровенно издевательская ухмылка.
– Мне тоже нравятся песни Лексис. Спасибо за компанию, наслаждайтесь дальше без меня.
Впервые за время учебы я оставила поднос, не убрав его за собой. Надеюсь, единичный случай мне простят, хотя не следовало так выпендриваться – подумаешь, не понравилось мне поведение короля, на обязанности убирать за собой это не влияет. Как и желание оказаться подальше отсюда ничего не значит для
Ладно. Больше такого не повторится.
И чего я взъелась? Заступаться за свиту вздумала… Глупая. Не забывай, они подчиняются Алексу и не станут помогать мне в обход его желаниям. Парни сами остаются с ним, так что это их проблема, не моя.
Закончилось первое занятие пары, когда в кабинет влетела Маришка, выходившая в туалет (или просто погулять, что вероятнее), и громко, не смущаясь лектора, сказала:
– У нас новая студентка!
Что тут началось! Галдеж поднялся неописуемый. Новенькая в конце года, да еще студентка, мощные голоса наших парней без труда перебивали слабые попытки преподавателя урезонить расшумевшихся деток. Я молчала. Ждала. Дверь в аудиторию открылась. Появился ректор.
– Первокурсники, привет!
– Здрасти, – нестройно поздоровались с ним.
– У меня для вас новость. Вы позволите, Виктор Алексеевич? Это займет лишь пару минут.
– Конечно-конечно, Андрей Петрович, – залепетал историк, прекрасно понимая, что вопрос задан лишь из вежливости.
– Чудненько! Проходи, – позвал он ту, что мы не видели пока. Несколько шагов, она вышла на свет. – Познакомьтесь, ребята, это Алессандра, она будет учиться с вами в этом году. Семья Сандры часто переезжает, но здесь они задержатся до июля, а дальше – увидим. Надеюсь, вы поможете Сандре освоиться на первых порах. Виктор Алексеевич, куда лучше посадить Сандру, как вы считаете?
Иногда я уверена, что окружающие видят на моей голове не обычные короткие русые волосы, а нечто ярко-ярко рыжее. Да. Алессандру посадили ко мне, и то, что рядом теперь девушка-гот с отсутствующим взглядом, не поднимало настроения. Вздохнула. Приличия есть приличия.
– Привет. Меня Хельга зовут.
– Сандра, – буркнула девица в ответ с таким видом, словно я наступила ей на больную мозоль, и демонстративно вставила наушники.
Не хочешь – не надо, деточка. Заставлять не буду.
С чистой совестью отвернулась, слушая и записывая лекцию.
Дома прочитала «Что я сделала ради любви», понравилось. Сюжет среди моих любимых: от ненависти до любви… А еще я люблю предательства. Но обязательно такие, чтобы все разрешилось, герой глубоко прочувствовал свою вину. И любовь восторжествовала. И еще я всегда читаю книги со счастливым концом. Наверное, это объясняется тем, что мне в жизни хватает своего отрицательного, хотя бы прочесть о людском счастье охота.
После романа смотрела «Звездного пилота», весьма забавная штука. Во второй серии был поцелуй, и, дьявол меня раздери, я повторно пересмотрела его. Я такая… озабоченная! Все потому, что ни разу не целовалась. Ну какая девушка может остаться нецелованной в восемнадцать лет?! Знал бы кто-нибудь, как сильно я хочу парня…