Оракул

Ночкин Виктор

— Ну… Хм-хм… Я уверен, что эта суровая мера была необходимой, — раздался в дверях голос чародея, выглядел мастер Эвильет смущенным, но готовым к спору, — вы, темные, несведущие в высокой науке женщины, не понимаете, что магия при ее разумном использовании хорошим специалистом всегда идет вам на пользу. Вы должны доверять мне, ибо я — мастер магии!

— Вы, мастер, наложили на меня чары без моего на то согласия, — решительно заявила Анатинна, поднимаясь со стула и отстраняя Лауру, — это бесчестный поступок!

— То есть, голубушка, хочешь сказать, что без моей небольшой уловки ты не стала бы противиться дружбе племянницы с этим молодым человеком?

— Дружбе? — Анатинна приняла привычную позу, уперев руки в бока, и шагнула к двери,

навстречу магу. — Да, я не стала бы противиться! И вовсе незачем было подвергать меня…

— А хочешь, голубушка, — голос мага утратил елейность и стал твердым и острым, как осколок зеркала, — я повторю Лауре твои последние слова, произнесенные здесь же, на кухне, перед тем, как я использовал магию? Хочешь? Лаура, дитя, твоя тетя сказала…

Тетка тут же стушевалась и торопливо перебила хозяина:

— Ну погорячилась… И ведь можно было убедить меня более безопасными средствами, не обижать так…

— Так что, мне повторить эти слова? Пусть дитя послушает?..

— Нет, не надо…

— Тетенька Тинна, — торопливо вставила Лаура, — я вовсе не хочу знать, что ты сказала сгоряча… Я не в обиде на тебя, не думай! И я в самом деле вчера провинилась…

— Ладно, — махнула рукой тетка, — что было, то было… Не вернешь… Я и в самом деле сказала лишнего сегодня поутру… А теперь ступай прибери в доме, ведь у нас сегодня гость. И поторопись! Тебе еще нужно будет себя в порядок привести, не годится порядочной девице встречать молодого человека в таком виде…

Глава 10

Лаура поспешила приняться за уборку, ибо поторопиться и в самом деле не мешало. Об утреннем происшествии с теткой она старалась не вспоминать. Конечно, хозяин поступил нехорошо, наложив чары без согласия тети Тинны, но если это было нужно для восстановления мира в доме…

Хорошее настроение возвратилось к девушке быстро — ведь сегодня она снова увидится с Кари, сегодня он придет в дом Эвильета Изумруда, можно сказать, придет в ее дом… Работа спорилась и никто не мешал — у тетки было, что называется, дел по горло на кухне в связи с предстоящим приемом, а хозяин ушел. За ним явился его родич Гимелиус, массивный мужчина с холодными злыми глазами (Лаура, признаться, его всегда немного побаивалась и робела в присутствии Гимелиуса) и позвал в Валлахал по какому-то ерундовому делу. Во всяком случае, так сказал сам Эвильет — мол, дело пустяковое, но присутствие придворного мага необходимо. Хозяин удалился ворча, поругивая своих нерадивых родичей Изумрудов, которые не в состоянии обойтись без него, дряхлого старика, и обещая к обеду быть непременно.

Лаура быстро прибралась в самой большой комнате, которую тетка важно именовала «залой», и накрыла стоящий там стол красивой «праздничной» скатертью, вышитой красными птицами, затем навела порядок в спальне хозяина и перешла в кабинет. Здесь она убирать не любила, в кабинете на полках, в шкафу и на столе были разложены непонятные предметы, явно имеющие отношение к магии, а потому пугающие девушку. Быстро и привычно смахнув пыль с полок, она перешла к шкафу с восковыми куклами. После утренней ссоры тетки и мага, а также после рассказа Кари о карьере ее хозяина Лауре было особенно неприятно и боязно прикасаться к куклам. Она ежилась и робела под злыми взглядами восковых истуканчиков. Уже почти закончив смахивать с них пыль специальной мягкой метелкой из перьев, Лаура нагнулась и — словно Гангмар дернул, — приоткрыв дверцу, заглянула на нижнюю полку. Там стоял сундучок, обычно запертый на замок. Лауре показалось, что сегодня хозяин забыл запереть его, и она, сама себе удивляясь, тихонько приоткрыла крышку — в самом деле, мастер Эвильет второпях повернул ключ, не опустив крышку как следует. Бросив лишь один-единственный взгляд внутрь, Лаура торопливо захлопнула сундук — замок щелкнул. Лаура перевела дух и машинально провела тыльной стороной ладони по лбу, смахивая испарину. В сундуке, разумеется, тоже были куклы и на самом верху лежала уменьшенная

копия тетки Тинны. Сделана фигурка была мастерски, старый Изумруд обладал талантом скульптора и к работе над своими игрушками подходил необычайно скрупулезно. Наверняка и куклы в бархате и шелках, расставленные на полках выше, также имели портретное сходство с оригиналами. Но в отличие от богато разодетых злобноглазых кукол на полках эта была в простом платьице и передничке. И глаза у нее были не злые, а, скорее, глупые…

Вот, значит, как…

Лаура еще раз тяжело вздохнула и принялась торопливо заканчивать уборку в кабинете. Подмела, сковырнула несколько растекшихся капель застывшего воска с пола, выгребла золу из крошечной жаровенки. Значит, вчера мастер Эвильет Изумруд занимался изготовлением новой куклы. Лаура глянула на стол — точно, там стояло нечто, прикрытое тряпицей и формой отдаленно напоминающее, пожалуй, человеческую фигурку. И снова любопытство оказалось сильнее страха — Лаура осторожно приподняла ткань, взявшись за самый-самый краешек кончиками пальцев. Увы, ее ожидало разочарование — как и всякий истинный мастер, Эвильет Изумруд тщательную проработку деталей оставлял «на потом», занимаясь вначале лишь общими контурами будущей куклы. Пока что невозможно было даже определить, мужская это или женская фигура… Лаура оглядела стол — нет ли какой-нибудь кукольной одежды? Разумеется, нет. Лаура слыхала, что хозяин заказывает платье для своих кукол у довольно известного портного. Конечно, он сперва закончит лепить, затем снимет мерку…

Вздохнув в третий раз, Лаура опустила ткань и отправилась за ведром. В дверях она остановилась и еще раз поглядела на укрытую полотном восковую фигуру. Кто же это? Какой-нибудь совсем неизвестный ей бедолага, не угодивший хозяину? Строптивый придворный? Чародей-конкурент? Или, может быть, она сама, Лаура? Или Кари?

Последние предположения пришлись девушке совсем не по душе и она, тряхнув головой, так что ее непослушные кудряшки взлетели надо лбом, постаралась прогнать эти вздорные мысли прочь. Сегодня у нее праздник и не стоит омрачать его глупостями…

Все успели управиться со своими заботами до обеда. К возвращению мастера Эвильета из дворца у тетки на кухне образовалась такая гора снеди, что хозяин заметил:

— Анатинна, голубушка, а ведь и тебе не чуждо волшебство, я вижу! Человеку не под силу изготовить такое количество еды без помощи магии, а? Ну-ну, хватит дуться на старого Изумруда с его дурацкими шуточками.

Однако тетка продолжала разыгрывать оскорбленное достоинство, хотя похвала ей явно пришлась по вкусу.

— Хватит дуться, говорю, — повторил маг, — ты же не хочешь испортить девочке этот день? У Лаурении сегодня все равно что праздник, так что давай будем и мы с тобой радостны. На колени я перед тобой все равно не встану, а жалованье с сегодняшнего дня прибавлю. Прибавка жалованья — лучшее извинение хозяина перед служанкой, нет?

— Воля ваша… — поджала губы тетка.

— Значит, мир?

— Мир… — Анатинна кивнула наконец, но демонстративно неохотно.

Старик подмигнул Лауре и велел:

— А ты, дитя, чего ждешь? Марш одеваться!

— Бегу, мастер Эвильет! — Девушка как раз закончила уборку и заглянула на кухню — не требуется ли тетке ее помощь? Но тетя Тинна справилась, разумеется, сама.

Лаура примчалась в свою комнату и торопливо занялась туалетом. Умылась, мазнула шею и запястья ароматной водой, стараясь вспомнить мамины наставления по этому поводу. Затем натянула праздничное платье и взялась за гребень. С волосами, как обычно, беда… Пока она прибиралась в комнатах, прическа приобрела просто ужасный вид… Лаура так спешила, что даже сломала второпях один зубчик гребешка. Гребешок был старенький, еще мамин. От огорчения девушка едва не заплакала, но в эту самую минуту раздался стук в дверь. Кари! Лаура вмиг позабыла свои печали и, наскоро перетянув волосы голубой — под цвет платья — лентой, выпорхнула в коридор…