Оригиналы
Шрифт:
— Это невозможно сделать, просто посмотрев на нас, — отвечает Элла. — Суд был семь лет назад.
— Мы обе знаем, что у мамы паранойя, — говорю я со вздохом. — Но она до сих пор думает так.
Элла стихает на некоторое время, и когда я слышу, как кто-то говорит, я удивляюсь, что это я.
— Что мы должны делать? — спрашиваю я.
Настал черед Эллы посмотреть на меня, на её лице волнение.
— Поговорить
Я трясу головой.
— Не уверена, что это поможет.
— Тогда что?
— Я не знаю, — говорю я. — Что-то. Мы должны сделать что-то… правильно?
Мы снова замолкаем на некоторое время, глядя в потолок и теряясь в себе, но, вероятно, думая об одном и том же. Элла и я дышим одновременно, мы звучим точно также. Это легко получить загипнотизированную синхронность, и достаточно скоро я начинаю клевать носом.
— Могу я поспать здесь сегодня? — спрашивает Элла, возвращая меня из сна обратно.
— Конечно, — говорю я сонно, потому что я хочу, чтобы она была здесь. И не хочу быть одна.
Глава 4
— Итак, сегодня мы будем критиковать истории друг друга о собаке, — мистер Эймс начинает урок в творческой мастерской. Я пытаюсь сосредоточено слушать, но спина Шона сильно отвлекает, поэтому я изо всех сил фокусируюсь на нашем учителе. — Задача этого семестра — продолжить работу над рассказами и посмотреть, как далеко мы с ними продвигаемся.
Я улыбаюсь при мысли об отпуске, перерыве с замечательной книгой.
Мистер Эймс говорит нам выбрать себе партнеров.
Повернись, Шон. Попросись быть моим партнером.
— Хочешь работать вместе? — спрашивает он секундой позже, как я думаю об этом. Я улыбаюсь и киваю, и уголком своего глаза я вижу разочарование на нескольких лицах с обеих сторон от прохода. Я догадываюсь, что Шон в равной степени привлекает и девушек, и парней.
После небольшого колебания с моей стороны — никто прежде не читал мои рассказы кроме учителей и семьи — мы обмениваемся бумагой и тихо читаем. Я улыбаюсь на протяжении двух страниц, умно написанных с точки зрения разъяренного кота, который утверждает, что пришедшая собака разрушила всю его жизнь.
— Это действительно смешно, — говорю я, закончив читать. Я смотрю на Шона, а он на меня. — Я думаю, это потрясающе.
— Ты украла моё слово, — говорит он. — Твой тоже прекрасен. Он лучше, чем мой.
— Это не так, — говорю я, закатывая глаза. — В любом случае, рассказ основан на реальной истории об облизывании собакой жабы. Это было в новостях. Жаба выработала сок на своей коже, который как наркотик для собаки. Он был буквально помешан!
— Это самое невероятное, что я когда-либо слышал, — сказал Шон. — Я думаю, ты это выдумала.
— Нет, — говорю я немного смущенно. — Хотя было бы классно,
— Нет, — ответил Шон. — Все ищут вдохновение в реальной жизни. Ты создала своё собственное видение этой истории; это действительно здорово.
— Спасибо, Шон.
— Пожалуйста, Бет.
Того не желая, я вздрогнула. Жестоко.
У меня не было идей по поводу имени Оригинала — мама говорит, что она никогда его не знала — но я всегда думала о ней как о Бет. Бет — это имя маленькой девочки, захваченной временем; это прекрасная трагедия, как Бет Марч из «Маленьких женщин».
Шон поднимает руки.
— Стоп, — говорит он тихо. — Я понял. Не Бет.
Я трясу головой, чувствуя себя дурой. Он, должно быть, думает, что я одна из этих мелодраматических девушек. Я делаю глубокий вздох и тепло улыбаюсь.
— Извини.
— Не беспокойся, — говорит он. — И, Королевишна…
Я хмурюсь.
— Серьёзно?
— Отлично… просто Элизабет, — говорит он.
— Хорошо. И…?
— Хочешь пойти пообедать завтра?
Крупная дрожь пробегает по моей спине и вниз по рукам. Я ничего не хочу больше, чем провести своё время наедине с Шоном, узнавая его получше. И всё же как я могу пообедать с ним? К тому времени как я приду в школу, обеденный перерыв закончится больше, чем наполовину. Он, возможно, захочет встретить меня у моего шкафчика после пятого урока, но это просто невозможно… если Элла не сделает это.
Ни за что.
Шон смотрит на меня, ожидая моего ответа. Я думаю слишком долго, не двигаясь с места, я просто не могу понять, как выполнить эту работу.
— Мне очень жаль, — говорю я наконец. — Я бы с удовольствием, но у меня есть планы на завтра.
— Ох, — произносит Шон, кивая мне так, как будто это не такое большое дело. Но я вижу вспышку разочарования в его глазах.
— Двадцать минут, — объявляет мистер Эймс.
— Думаю, нам лучше вернуться к работе, — говорит Шон.
— Думаю, да.
И с этим мы снова смотрим на листы перед нами и перечитываем, в наших руках ручки, чтобы делать заметки. Ну, по крайней мере, я пытаюсь. Я не могу побороть желание перемотать последние десять минут и сделать всё лучше. Я бы могла придумать что-нибудь другое. Но сейчас это выглядит так, как будто я упустила свой шанс.
Позднее, разочарованная чувством невозможности отношений с Шоном, я могу только думать о прошлом. Как моя семья и я достигли этого момента. Я вспоминаю, как мама пришла, чтобы разбудить меня.