Орки

Шаман Иван

Действуют отрицательные эффекты: крайняя переутомленность»

– Обидно, каждый раз, когда я вижу эту таблицу, она полна отрицательных величин, – устало проговорил Саша. – Хотя диагноз радует, значит можно поесть, отоспаться и все встанет на свои места.

– Ну, я бы не был прямо так уверен, хроническая усталость организма это вполне ощутимый медицинский диагноз. Другой стороны выглядите вы значительно лучше, чем еще пару дней назад, возможно организм окончательно приспособился к новой реальности и биоройды полностью стали симбиотическими.

– Половину слов

не понял, но если вы говорите что все хорошо, пусть так и будет. Может, тогда подскажете, здесь указано, что у меня есть доступные навыки, но как мне их активировать, интерфейс-то не работает.

– Боюсь, здесь я бессилен, но кое-чем все же могу вас порадовать, – профессор замолчал, улыбаясь, но Саша решил ему не подыгрывать, так что через несколько секунд, слегка разочарованно Агросов продолжил, – когда вы в последний раз видели галлюцинации с вашей бывшей девушкой?

– Женой…

– Не суть, ну так?

– А сколько прошло с момента атаки на Сахалинск?

– Больше полутора суток, а что?

– Мда, тогда конечно маловато чтобы поставить гарантированный диагноз. Жаль, – врач раздосадовано почесал в затылке пальцами. – В общем, я не обнаружил у вас столь подозрительной мозговой деятельности как в прошлый раз и предполагаю, что это может быть связано с исчезновением призрака вашей бывшей и всего что с ним связано из вашей жизни. С чем и поздравляю.

– Ну, спасибо док, конечно, вот только она меня немало выручала, да и вообще, не сказать, что я был против ее присутствия, – честно признался Саша. – Да еще и имплантат мой, многострадальный на запросы отвечать перестал, будто и нет его.

– Это-то как раз, нормальная ситуация. Столько ЭМИ одновременно, как в стратосфере, так и у самой земли. Странно было бы, если он работал, а так, вполне нормально, – отмахнулся врач. – Пока нам неизвестно как именно его перезагрузить, но поверьте, все ученые ШОС работают над этой проблемой. Ну, оставшиеся, включая меня.

– И много вас? – не весело усмехнулся Александр, – или вы и есть все?

– Ну что же вы так пессимистично, нет, конечно. Целый научный город, наша новая столица, Мирный, трудится на благо нашей победы. Выполняйте свой долг, трудитесь на благо отечества, и мы победим. Тем более, сейчас, когда от зараженных осталась лишь горстка ренегатов с куцым арсеналом способностей.

– Значит, вскоре мы ударим по ним со всей силы? Генерал решил так?

– Боюсь, что нет. Господин Ферронов человек крайне осторожный, касательно уменьшения нашей популяции. А запас медикаментов и противорадиационных препаратов оставляет желать лучшего. Основные запасы остались погребенными под обломками зданий, в центральном штабе, и на крайнем севере острова в городке Оха.

– Я знаю, где это, там было высшее военное училище, в котором я учился.

– Тут я могу вас обрадовать, оно осталось, правда, совсем не в том виде как можно было бы надеяться, – доктор промедлил немного, было видно, что он пытается подобрать слова.

– Говорите уже как есть, – строго сказал Александр, – я ко всему этому пипецу давно привык, вряд ли вы меня чем то удивите.

– Ну,

чтож, если вкратце. Ситуация там не лучше чем везде. Из десяти тысяч учащихся выжило сто человек. А из двухсот преподавателей только десять человек. Они сумели объединить вокруг себя выживших, набрать новых учащихся и собрать специалистов, но еще в начале ноября, сразу после атаки на Центр, на них обрушилось множество зомби. Выжило крайне мало. А те, кто все же уцелел, спрятались за городом, в старых зданиях военного городка середины прошлого века.

– Не томите, скажите прямо. Сколько осталось? – спросил, хмурясь, Саша. Предчувствие было поганое, и оно как назло оправдалось.

– Сотня, может три. Не больше, – с тяжелым сердцем ответил Агросов. – Понимаю, как вы расстроены, но не надо отчаиваться, я слышал, что женщина возглавившая Училище крайне осторожна и вполне сможет постоять как за себя, так и за учащихся.

– Женщина?

– Да, знакомая нашего генерала. Светлова кажется.

– А, Татьяна, – Александр помнил все ее лекции и практические занятия, хорошая преподавательница, правда, без звания, уже. Зато с не малым боевым опытом. – Да, наверное, ей можно было бы доверить. Раз другие ее выбрали.

– Тут уж как всегда, и, кстати, не подумайте, я не просто так вам об этом рассказываю. Генерал хочет их эвакуировать, перевезти выживших в наши Эко-дома, заодно забрать с тех складов запасы препаратов. И если честно я за, необходимо как можно ближе собрать всех выживших, чтобы не распыляться на оборону.

– Не уверен, что понимаю, как это можно сделать в текущих условиях, но обязательно приговорю с Ферроновым. Возможно это единственный нормальный вариант.

– Ну, вот и отлично, он сейчас снаружи, в одном из домов, так что как вернется, вы сможете с ним переговорить. А сейчас рекомендую поспать. Возможно, вы сможете снять часть усталости.

– Спасибо, но сейчас мне хотелось бы в первую очередь поесть, – улыбнулся Саша, – поспать я и позже успею.

– Ну что же, ваш выбор как говорится. Столовая если что на права по коридору и до конца, как закончите, возвращайтесь, – посмотрев, как с Александр, с большим трудом, поднимается с кровати, доктор спросил, – уверены, что справитесь сами?

– Конечно, я даже сейчас чувствую себя лучше большинства людей, вы же сами сказали.

– Так-то оно конечно так, но все же позвольте я вас провожу. Нет ничего хорошего, что мой пациент валиться без сил. – Агросов подхватил его под руку. – Пойдемте, молодой человек.

– Спасибо, доктор, – усмехнулся Саша, – но, кажется, сейчас на молодого больше тяните вы.

– Что, правда, то, правда, – ответил профессор с явно приподнятым настроением, – биотехнологии оказались значительно интереснее нанотеха. Вот я сейчас, по всем показателям, приближаюсь к сорока годам. А мне ведь, голубчик, скоро под восемьдесят. Если бы я просто сохранил свой возраст, это уже было бы чудесно. Мне же удалось его существенно снизить. Не поверите, – он заговорщицки подмигнул Александру, – но я снова начал засматриваться на женщин, а они, о чудо, на меня. Потрясающее чувство!