Оруженосец
Шрифт:
— Ага! — сказал гном с порога.
— Ага, — эхом повторила Эмма.
Агент огляделся. Ни кухарки, ни поварят не было. Гном захлопнул дверь кухни и запер ее изнутри на засов.
— Ознакомился с хозяйством, Седрик? Ничего, что на «ты»?
— Ознакомился. Ничего. — К обеду подали эль, Эмма сидела, откинувшись на спинку стула, и потягивала питье.
Гном нервничал.
— Уж прости, а такие новости мимо меня пройти не могли, — сказал Карамболь, взяв быка за рога.
— Какие? — спросила
— Там, в конюшне… Как тебе удалось? Ты же… ничего личного, ты просто не производишь впечатление силача… — Гном говорил самым заговорщическим тоном, постоянно бросая взгляды по углам, словно боялся, что за ним наблюдают домовые. — Та подкова…
— Ах, это…
— Расскажи, — настаивал агент.
— Нечего рассказывать.
— Но подкова! Одними пальцами!
— Ну, она была старая, ржавая. Всякий смог бы, если его хорошенько разозлить. Делов-то…
— Не говори ерунды, Седрик. Я не просто так спрашиваю, у меня к тебе деловое предложение!
Принцесса икнула. Тон, каким это было сказано, ее несколько испугал.
— Хм… и какое же? — Она приложила все силы, чтобы показать, что подобные разговоры лишь наводят на нее скуку.
Крутой парень должен оставаться крутым парнем. Для убедительности она зевнула, широко открыв рот.
— Если ты настолько силен, ты можешь извлечь из этого выгоду, — произнес Карамболь. — Подумай.
— Да о чем думать-то?
Агент мялся.
— Папаша, не мудри. Я этого не люблю. Если есть чего — говори.
— Дело вот в чем… Только никому!
— Могила.
— Это спасение, оно, понимаешь, не совсем обычное. Как правило, к нам приезжают уважаемые, солидные клиенты, чье имущественное, социальное и финансовое положение не оставляет сомнений. Мы договариваемся, оформляем бумаги, все честь по чести… Ладно, ты и сам понимаешь, как все происходит, ты явно не дурак…
— Да уж.
— Но сегодня весь день наперекосяк. Утром заявилась одна девица. Принц увидел ее в окно и самолично бросился ей на помощь. Приволок в дом, заставил рассказать свою историю, состоявшую, как и следовало ожидать, из сплошных страданий. Оказалось, она принцесса, ее королевство захвачено злым чародеем, который убил королеву-мать и захватил в плен младшую сестру…
— Бывает, — небрежно бросила Эмма.
— Ты прав. Но эта Лорена не внушает мне доверия, а ведь глаз у меня наметан. Представь, Кай отказался от во всех отношениях выгодных спасений, сообщив, что его тошнит от девиц в беде, но уже через минуту срывается и мчится доказать свое благородство этой подозрительной особе!
— Ну, принц, молод, горяч…
— А я и не знал! — язвительно воскликнул гном. — Чует моя печенка, дело пахнет жареным.
— Хотите сказать, папаша, что она самозванка?
— Не знаю. Времени выяснять это нет. Вероятно, Лорена
— Тогда пусть принц никуда не едет, пока вы не наведете справки.
— Невозможно! Он твердо решил отправиться именно сегодня! — воскликнул Карамболь. — Вот благородная кровь! Одни проблемы от нее!
— Да ладно вам так убиваться, — сказала Эмма, чувствуя, что сердце колотится как бешеное.
— Я в ответе за принца, дурья башка. Как я могу не убиваться? — гном стукнул кулаком по столу.
— Знаете, папаша, мне много раз приходилось видеть хозяев в неприятных ситуациях. Вот как раз в них и познается истинный герой. Настоящий выйдет с честью из любого положения, а фальшивый…
— Что?
— Покажет себя во всей красе. Если вы понимаете, о чем я. — Принцесса полировала ногти, делая вид, что ее ничуть не волнует нервозность Карамболя.
Никто во всем мире не знал, чего ей стоит подобная игра.
— Я понимаю лишь одно, — мрачно провозгласил агент. — Принц вляпался во что-то весьма пахучее.
— В первый раз?
— Моя задача беречь Кая, но я не всесилен. Я сижу в Таратае, когда он путешествует и размахивает мечом. Принц Керузии, разумеется, не из тех, кто совершает глупости, но чего только в жизни не бывает. Его благородное сердце слишком уязвимо.
Эмма удивилась. Гном сокрушался так, словно речь шла о его собственном сыне.
Но… она могла это понять. Ее истинная, женская, сущность сокрушалась не меньше. Прямо материнский инстинкт какой-то.
— Короче, — баском произнесла принцесса. — Чего вы хотите от меня, папаша?
— Ты и правда так силен? — почти с мольбой спросил гном.
— Ну… вообще, это секрет. — Эмма раздумывала недолго — очередная ложь родилась в ее мозгу стремительно. — Понимаете, я дал обет. Не только рыцари их дают.
— Конечно.
— Я не должен свою силу демонстрировать, а сегодня… знаете, меня допек ваш племянник да еще конюх прицепился.
— О! Куки, он такой! — порозовел Карамболь, но тут же стал серьезным. — Значит, твоя сила велика?
Оруженосец хмуро постучал пальцами по краю стола:
— Больше, чем вы представляете.
Гном потер ладони:
— Это хорошо, просто отлично. Тогда вот в чем суть сделки. Я никому не расскажу о твоем обете… Понимаешь?
— Надеюсь, это не шантаж.
— Чур, чур, чур! Ты не так понял, Седрик. Ты получишь хорошие деньги, если будешь хорошо выполнять свои обязанности.
— Я всегда хорошо их выполняю.