Оруженосец
Шрифт:
Все бывает в первый раз. Вскоре принцессе предстояло участвовать в самом настоящем подвиге, который, вероятно, предполагает и самую настоящую битву. Лорена говорила, что у Гийома куча прислужников, которые наверняка не станут сидеть сложа руки и наблюдать, как хозяина укорачивают на голову.
Эмма представила себя в гуще сражения. Дух, конечно, захватывало, но в животе жгло и крутилось.
По величине Салазария не очень отличалась от соседей. Королевство было крошечным, почти таким же, как Шеридония. Тут было много скал, холмов и небольших долин. Ветер носился над серыми камнями и завывал. Эмма не могла взять
Спустя некоторое время Лорена сказала:
— Вот он, — и указала вперед.
Эмма и Кай, успевшие слегка задремать в седлах, вскинули головы.
На широкой и пологой скале четко выделялся силуэт королевского замка, залитый лунным светом. Зубчатые стены, башни с остроконечными крышами и стягами, развевающимися по ветру, толстый и мощный донжон и центральное здание. Строение выглядело монументальным даже сейчас, ночью. В маленьком королевстве оно наверняка было главной достопримечательностью.
— Что ж, замок как замок, — сказал, подумав, Кай. — Таких я видел много. Меня интересует, как можно незаметно к нему подобраться.
— Сейчас мы смотрим на него с юга, — пояснила Лорена. — С северной стороны подходов нет, там отвесная стена высотой метров сорок. С запада, где самый пологий склон, находится лес, почти что парк, там мы с сестрой часто играли под присмотром нянек. Но там нет подъезда. Существуют только два официальных пути к замку — с юга и востока. Две дороги. Двое ворот.
Эмма пыталась что-то придумать, словно ей дали задание срочно пошевелить мозгами. Ничего не придумывалось. Она посмотрела на Кая, чей профиль в свете луны был еще царственней, чем раньше.
— Официальные дороги нам ни к чему, мы не собираемся ими пользоваться, — сказал он уверенно.
— Почему? — поинтересовалась Лорена. — Разве вы не должны подъехать к воротам и, возвестив о своем визите устами герольда, вызвать злодея на бой?
Принц снова прочистил горло:
— Устами герольда я ничего возвещать не собираюсь, ваше высочество, хотя бы по той простой причине, что его у меня нет. Да и глупости все это. Только в книжках рыцари так делают. Заявиться при параде да со знаменем — самый лучший способ закончить свою жизнь и карьеру. Сколько идиотов на этом погорело, не сосчитать. И в буквальном смысле тоже, когда после официального объявления получали из драконьей пещеры сноп огня.
— Значит, вы хотите пробраться в замок, как вор? — с простодушной наивностью спросила Лорена.
— Разве он собирается что-то украсть? — встала на защиту Кая Эмма. — Это называется «тактическая хитрость».
— Верно, Седрик, она самая.
— Но это бесчестно — зарубить колдуна в его собственной постели!
— А вы хотели бы, чтобы я с ним чаи распивал?
— Бой должен быть честным!
— Ваше высочество, дозвольте мне решать… С чародеями все иначе, тут в основном приходится импровизировать. Никогда не знаешь, что враг выкинет в следующий момент. Это не дракон, не тролль и не людоед. Те прямолинейны по большей части, их уловки вычислить несложно. Если же имеешь дело с другим рыцарем, ставшим на путь зла, вот тогда и вызывай его на бой сколько влезет.
— Так
— Да. Тут я решил действовать по всем правилам. Даже герольда нанял. А потом мы с ним двое суток кряду выколачивали друг из друга дух.
— Вы с герольдом? — выпучила глаза Лорена.
— С Груззом Кровожадным, — уточнил долготерпеливый Кай. — В конце концов он пал замертво. Это был честный бой и честная смерть. У злодеев считается престижным пасть от руки рейтингового рыцаря. Для неудачников это прямой путь угодить в историю и прославиться в веках.
Лорена фыркнула:
— Глупости какие!
— Такова жизнь, — заметила Эмма.
— От вас, уважаемый, я поучений не принимаю, — бросила салазарийка гневный взгляд через плечо.
Когда она отвернулась, Эмма показала ей язык.
— Так или иначе, а нам пора разбить лагерь. Нужно какое-нибудь место, — произнес Кай.
Принцесса думала и думала, роясь в памяти, совсем как безалаберная хозяйка, не способная найти в своем бедламе что-то нужное. Эмма уже начала терять терпение, когда Лорена всплеснула руками:
— С восточной стороны есть распадок, он зарос лесом, так что его почти не видно, но мы с сестрой часто играли там. В склоне распадка есть вход в пещеру. Можно укрыться там. И подручным Гийома труднее будет нас найти.
— Хорошо. Поспешим. — Кай развернул Октавия.
Эмме тут не нравилось решительно все. Инстинкты, обычно неспособные внятно рассказать о своих претензиях, восстали. Чего она ждала? Ну, может, орды головорезов или появления огнедышащего дракона, или еще чего-нибудь. Ночная Салазария казалась принцессе именно таким местом, полным коварства и потаенного зла. И разве Гийом не должен был по-настоящему населить захваченное королевство разными опасными тварями? Так делают все уважающие себя Темные Властелины, это в любой книжке написано.
Кавалькада пробиралась к пещере, но ничего не происходило. Ночь дышала размеренно, не проявляя признаков агрессии. Эмма пыталась уловить в воздухе запах колдовства и не могла, а от прохладного ветерка у нее только защипало в носу. Как пахнут злые чары? Или, может, это фигуральное выражение?.. В общем, на авторитетное мнение специалиста рассчитывать не приходилось.
Лошади добрались до края распадка. Лорена сказала, что лучше спешиться и зажечь факелы, иначе, спускаясь, они рискуют сломать шею.
Так и сделали. Желтый дрожащий свет разогнал тьму.
— А разве оттуда огонь не будет виден? — спросила Эмма, ткнув в сторону замка.
— Нет, — уверенно бросила принцесса, словно проверила это уже много раз на практике.
Она шла первой, ведя свою лошадь под уздцы, за ней двигались Кай с Октавием, а Эмма в компании Буцефала и Спящего Красавца замыкала. Единственная тропа в распадок была крутой, узкой и состояла из одних торчащих камней. Лошади фыркали, им не нравилась перспектива кувыркнуться через голову, но шли. Несколько тревожных минут заставили Эмму думать, что без катастрофы не обойдется. Несколько раз Буцефал скользил по мелкому гравию. Конек нервничал. Принцесса подобралась к нему, обняла за шею и прошептала несколько слов на ухо. Не как Седрик — как Эмма. Буцефал успокоился, позволив наконец свести себя вниз. Спящий мул встал рядом. Он так и не проснулся и вряд ли вообще что-либо заметил.