Оружейник

"Дело не в дороге, которую мы выбираем, – то, что внутри нас, заставляет нас выбирать дорогу."

О. Генри

До реки Швед так и не дошел. Его надежда быстро обнаружить следы промышлявших в этой местности волкодавов исчезла, как осенняя дымка, а потом и вовсе улетучилась вместе с мечтой выйти сегодня из леса.

Попытавшись отогнать страх, появившийся с наступлением сумерек, он в очередной раз достал карту, и уставился в нее пустым невидящим взглядом.

Постояв так несколько секунд, он все же сфокусировал глаза, и трясущимся грязным пальцем прочертил путь между склоном холма, с которого сошел почти в полдень, и изгибом реки, куда намеревался выйти еще час назад. Утром, выбирая дорогу на карте, путник еще не знал, что на этом пути ему встретится столько оврагов и непроходимого бурелома. И винить кроме себя было некого; мелких подробностей на карте, вырванной из старого атласа, не было.

– Гладко было на бумаге, да забыли про овраги… – Пробурчал он себе под нос, и внезапно выругался непонятно на кого, – Какой же ты же идиот, Ульф!

Теперь Швед даже приблизительно не знал нужного направления – чувство, что он идет в правильном направлении, покинуло его еще пару часов назад. Ему была оставлена возможность двигаться лишь через редкие разрывы в густых непролазных зарослях и там, где между толстыми деревьями открывалось некое подобие прохода. Казалось, будто сам лес уводил его в сторону, гоня в какое-то неведомое место.

– Может обратно вернуться? – вслух спросил Швед сам себя, но тут же мысленно возразил:

"К тому времени совсем стемнеет. Даже если найду дорогу, все равно придется ночевать в лесу, где сам черт ногу сломит."

Когда он восемь лет назад попал в этот мир, и по неизвестным причинам утратил способность контролировать свои способности, то неожиданно для себя приобрел сравнительно легкую форму боязни темноты. Поэтому этот лес пугал его с самого начала. С тех пор, как оружейник углубился в чащу, он постоянно озирался, вздрагивая от малейшего шума листвы или треснувшей под ногой сухой ветки. Швед понял это, как только заметил, что разговаривает сам с собой.

"Хреново. Не хватало еще паранойю подцепить."

Скользя по мокрым листьям, он еще несколько километров пробирался через поваленные деревья, сломанные сухие ветки, высоченный папоротник и непролазные колючие кусты.

"Зря торопился… Обошел бы лес с востока по грунтовке, и завтра к обеду был бы уже на месте."

Привычный порядок смены времен года был нарушен с самого начала катаклизма. На смену дождливой весне сразу приходила осень. Только недавно зазеленевший лес уже начал потихоньку избавляться от отмирающих листьев. Но солнечный свет, хоть и с трудом, но все же проникал через занавес плотной листвы. Чувство, что лес сжимается вокруг него, постепенно усиливалось. В поисках света и открытого пространства Швед все больше отклонялся от намеченного маршрута.

Через час, когда из-за дикой усталости Швед мог лишь брести, ругаясь на хлеставшие по лицу ветки, лес стал таким плотным, что двигаться в выбранном направлении можно было всего несколько десятков шагов. Ему приходилось метаться из стороны в сторону, чтобы обойти покрытые скользким коричневым

лишайником толстые стволы, поваленные много лет назад неведомой силой.

И вот когда уже почти стемнело, он внезапно наткнулся на то, что уже и не ожидал встретить. Он вышел на поляну.

"Ну, хоть что-то хорошее за весь день."

Полянка была небольшой, но ее размеров вполне хватило, чтобы наваждение темной, душащей лесной глуши наконец-то его отпустило. Сбросив ненавистный рюкзак на траву, горе-путешественник уснул сразу же, как только положил на него голову.

Проснулся он от резкой боли в боку – заорав и широко распахнув глаза, Швед схватился руками за печень. И не сразу заметил, что рядом с ним стояли три одетых в камуфляжную форму человека. Точнее стояли двое, третий сидел перед ним на корточках, положив автомат на колени, и невозмутимо смотрел, как он корчится на траве.

– Ты кто такой? – негромко спросил его сидящий глухим, словно прокуренным, голосом.

– Оружейник, – просипел Швед сквозь сжатые от боли зубы.

– И какого дьявола в этой глуши забыл оружейник? Тут складов нет, и никогда не было, – таким же спокойным голосом, как и у присевшего рядом, поинтересовался один из стоявших.

Смотрел он в сторону леса, и задавая вопрос даже не повернул головы. Глаза второго стоящего тоже цепко ощупывали окружавшую их чащобу.

– Решай быстрее, Михалыч, не ровен час, нарвемся на местных, – к разговору подключился третий "камуфляж", – Лично мне этот перец не особо нравится, давай прикопаем его тушку в ложбинке и вся недолга?

– Погоди, Алекс. Ты же слышал, он – оружейник. Много нам оружейников попадалось?

– Хмм… Ни одного на моей памяти. Оба оружейника с нами с самого начала.

– Вот то-то и оно. Обыщи его, и свяжи руки, с нами пойдет, – Михалыч, резко распрямив ноги, встал, – Если не понадобится, то вывесим его труп на границе с росомахами, будет еще одна пограничная отметка. Куба, проверь пока его рюкзак.

– Бить обязательно надо было? – спросил оружейник, медленно вставая на карачки, – Да еще и по печени.

– Лучше сразу нейтрализовать, чтобы потом самому не валяться с дыркой в животе, – ответил Алекс, и ухватившись за воротник его ветровки, рывком поднял на ноги, – Ручонки растопырь, и ноги расставь пошире. Оружие при себе есть?

– Нет. Разве что только нож, но он в рюкзаке лежит.

Алекс закончил охлопывать его фигуру, и заведя руки Шведа назад, начал связывать запястья веревкой.

Куба вытряхнул содержимое рюкзака на траву, и поленившись даже нагнуться, разбросал кучку вещей носком грубого армейского ботинка.

– Ты вот это недоразумение ножом назвал? – он пнул ногой складной нож.

– Откуда я знаю, что вы оружием называете? Вы спросили, я ответил.

– Ладно, запихивай все обратно. Я не носильщик, понесешь свое барахло сам.

– Я не то, что нести, я уже и собрать ничего не смогу, – ухмыльнулся в ответ оружейник, – Руки связаны.

– Черт, Алекс, вечно ты торопишься! Не мог подождать?! – Куба с раздражением пнул пустой рюкзак.

– Зато ты у нас вечно занятой не пойми чем. Вот и понесешь его вещички, хоть какая-то от тебя польза будет, – рассмеялся Алекс в ответ.