Шрифт:
Часть Первая
1
Под оливковым небом, раскинувшимся над планетой Монаи, царило несчастье. Изменилась форма гор, возвышавшихся над столицей Эйдель. Миллионы мерзкой белой массы ждали неуловимого сигнала, чтобы объединиться во все сокрушающую лавину. Скованный льдом город, притулившийся у подножия гор, со страхом следил за вершинами гор, ожидая катастрофы.
С востока, двигаясь по руслу замершей Спринг-Ривер, пробивал себе дорогу в сторону Эйделя небольшой вездеход. Сидящий за рулем
Сидящий сзади в машине Джегун, не отрываясь смотрел на снег, который нависал над Эйделем. Это был человек немного ниже Асбеля, на лице которого постоянно играла гримаса, вызванная мучительными размышлениями. В темных умных глазах, как в зеркале, отражались тайные страхи и странные чувства. В рисунке очертаний возвышающихся гор он прочел послание, которое для его товарища было пока что непонятным. Он хранил это в себе до тех пор, пока окончательно не пришел к выводу о правильности своего умозаключения.
— Асбель, мы едем в ловушку.
— Ты уверен? — водитель даже не вздрогнул, но вызванная усталостью слабость в теле спала, как сброшенный с тела плащ. В одно мгновение он стал настороженным зверем — зверем, в которого его превратили тренировки и многолетний опыт.
— Да, я уверен. Посмотри, как дрожит иней на ветвях деревьев.
— Я ничего не вижу.
— На острых иголках кустов появилась легкая двойная дифракция. Во Вселенной возникло напряжение.
— У тебя, должно быть, более зоркое зрение, чем у меня.
— Ты не чувствуешь, как нарастает напряжение? Здесь, в этом месте, изменилась причинно-следственная связь. Катастрофа, которая должна была произойти, была отложена к нашему приезду. Если мы въедем в этот город — город-ловушка захлопнется.
— Оружие Хаоса? — невозмутимо спросил Асбель.
— А что может быть еще? Ведь мы вторгаемся в главный центр. И должны были уже догадаться, что рано или поздно они попробуют это на нас.
— До сих пор мы побеждали. Посмотрим, удастся ли на этот раз.
Не доезжая двух миль до города, Асбель свернул с русла и направил вездеход в скальную нишу берегового откоса.
Там он выключил двигатель и придвинулся к Джегуну.
— Как я понимаю, один из нас должен пойти в Эйдель, чтобы встретиться с Касдеем. У нас имеются причинно — следственные цепи. Первая цепь, в которую вплетен Эйдель, уже исключается. Вторая приведет одного из нас к нужной точке. Только один из нас может попасть в город и выжить. У второго нет никакого шанса.
— Возникает вопрос, — заметил Джегун, — кто из нас является причиной, грозящей Эйделю катастрофой. Короче говоря, что нас привело сюда?
— Касдей. Он просил нас забрать его отсюда. Я пилотировал корабль, но ты устанавливал время. Может быть, мы оба замешаны в этом.
— Никогда в жизни! Можно рассчитать направление двух причинно — следственных цепей и так изменить реальность, чтобы гарантировать
— А если допустить, что ни один из нас не войдет в Эйдель?
— Тогда определенно Касдей погибнет. Оружие Хаоса делает все, чтобы задержать большую катастрофу в природе. — Говоря это, Джегун пробежал взглядом по контурам окружающих их скал, замечая, как напряжение изменяет полоски света, играющего на гранях снежинок. Вверху грозно нависала масса снега. — Они используют эту молодую звезду, всю ее энергию для этой операции. Если вскоре не наступит согласие, что-то лопнет. Когда это произойдет, вся энергия высвободится в виде супергигантского взрыва, который разрушит этот мир дотла.
— Что же ты предлагаешь?
— Я уже говорил тебе. Я выйду здесь, возьму с собой баллон, а ты отъедешь на несколько миль в глубь равнины. До тех пор, пока ты не доберешься до места, я постараюсь не провоцировать Хаос. А потом попытаюсь добраться до Касдея. Когда ЭТО начнется, быстро двигай назад и забирай нас.
— А что будет, если оружие Хаоса направлено на тебя?
— Не волнуйся. Я не в первый раз обвожу Хаос вокруг пальца. Пока происходит выравнивание энтропии, нельзя достичь точного попадания. И если настанет уж такая необходимость, то смерть кого-нибудь другого заменит мою.
Однако существовали и другие наблюдения, о которых не знали пассажиры вездехода. Они находились в Обсерватории Глубокого Галактического Пространства, расположенной на продуваемом всеми ветрами плоскогорье. Возле обсерваторного комплекса, нацеленного своими шпилями в космос, стояли два космических корабля, чьи экипажи составляли сеть наблюдения, разбросанную по горам, возвышающимся над городом, заваленным снегом. Размещение наблюдательных постов позволяло уловить грозящую Эйделю опасность. До сих пор балансирование в состоянии сомнительного равновесия снега не давало повода к мрачным размышлениям, возникавшим из прогноза компьютера. Графики, вычерчиваемые по всей ширине компьютерных линий, говорили о том, что должна высвободиться энергия более мощная, чем таила в себе снежная лавина. Прогноз привел к тому, что юркие корабли с Терры теперь отдыхали здесь, на широком скальном плоскогорье Монаи.
Они ожидали чего-нибудь необычного, но ничего такого пока не происходило. Единственным достойным внимания событием было неожиданное появление на экране теледетектора маленького снегохода. На палубе корабля-лаборатории «Гейзенберг» субинспектор пространства Гесс Ховер захотел более подробно рассмотреть вездеход, и приборы послушно приблизили к нему изображение. Ховер, нахмурившись, увидел знаки различия на темном корпусе машины.
— Местный?
Капитан Руттер покачал головой.
— Все говорит о том, что нет. Видимо, он откуда-то из района Нью-Сарк. Наверняка они пожалеют, что совершили это путешествие. Если выброс Хаоса вероятен, то здесь разразится пекло через совсем немного времени. Они даже не успеют выехать в город.