Осада
Шрифт:
Он склонился перед султаном и заговорил высоким писклявым голосом:
— О благодетельный господин, простите меня, ничтожного, за беспокойство, но вас хочет видеть купец, пришедший с караваном. Наверное, очень богатый — подкупил всех стражей и евнухов, каких увидел, чтобы добиться встречи с вами.
Мехмед улыбнулся — несомненно, купец подкупил и Салима.
— Я сказал ему, что ваше величество заняты, но он упорствовал. Заявил, что вы его знаете. Он — Иса из Атталии.
Иса… Мехмед в самом деле знал человека с таким именем, но считал его умершим много лет назад. Когда Мехмед был
— Проведи его в комнату тайных аудиенций, — приказал Мехмед евнуху. — Уверься, что он безоружен, я хочу встретиться с ним наедине. Да, и пусть Улу присутствует тоже.
Салим поклонился и поспешил исполнять.
Мехмед отпустил гедикли и пошел в апартаменты. Перед тем как ступить в комнату тайных аудиенций, он зашел в соседнюю каморку и заглянул в глазок. Увидел мрачного Улу, стоявшего у трона, а перед ним посреди комнаты — того самого Ису, знакомого Мехмеду с детства. Иса почти не изменился, не постарел, хотя теперь ему было, самое малое, пятьдесят. Желтоватая кожа на добродушном округлом лице все так же гладка, голова выбрита, раскосые глаза по-прежнему живы и энергичны. О, как хорошо Мехмед запомнил эти глаза! Он несколько минут понаблюдал за лицом Исы, но то оставалось бесстрастным и непроницаемым. Азиат держал в руках сверток — наверное, из-за него и пришел.
Наконец Мехмед удовлетворился наблюдением, вошел в комнату и уселся на трон. Иса низко склонился, коснувшись пола головой.
— Встань! — повелел Мехмед, стараясь придать своему юношескому голосу властность и силу. Он хотел, чтобы Иса понял сразу: перед ним не мальчик, каким Мехмед был шесть лет назад, а зрелый мужчина. — Иса, я рад, что ты жив и здоров. Я уже много лет числил тебя среди мертвых.
— Ваше величество, благодарю вас за гостеприимство. Я счастлив видеть, что прошедшие годы оказались благоприятными для вас. А что вы числили меня среди мертвых — неудивительно. Я уверен, что янычары, посланные вами убить меня, говорили про мою смерть весьма убедительно.
— Они доложили, что ты умер. Если бы сейчас они были живы, я приказал бы казнить их за ложь. Ты подкупил их?
— Нет, в этом не было нужды. Я зашел в таверну, ваши янычары остались ждать снаружи. Чтоб скрасить их ожидание, я послал к ним хозяина таверны с напитками. А когда вышел сам, сказал, что питье было отравлено и что они получат противоядие лишь при условии, что все выполнят в точности по-моему. Они должны вернуться и убедить вас, что я убит. Затем я вышлю им лекарство. Конечно, они вовсе не были отравлены, но это не имело значения. Я знал, что как только они доложат о моей смерти, вы их казните.
С этим Исой приходилось держать ухо востро.
— Что же привело тебя
— Меня прислали с подарком для вашего величества — и с предложением. — Иса развернул сверток. Внутри оказалась искусной работы шкатулка красного дерева, видом и размером похожая на небольшую книгу.
Иса шагнул к трону, протянул шкатулку Мехмеду. Тот хотел взять, но замер в нерешительности.
— Твои подарки часто оказываются ядовитыми. Возможно, мне следует отказаться?
— Это всего лишь шкатулка. Отказаться или нет — воля ваша.
— А что за предложение?
— Подарок и предложение связаны между собой. Вы должны принять подарок прежде, чем я ознакомлю вас с предложением.
— Хорошо, — согласился Мехмед, принимая шкатулку, но вдруг передумал ее открывать и вернул Исе. — Ты открой!
Иса осторожно откинул крышку: под ней лежал сверкающий хрустальный флакон с янтарно-желтой жидкостью. Иса протянул открытую шкатулку, и на сей раз Мехмед ее принял. Взял флакон, посмотрел на свет.
— Что это? Яд?
— Чрезвычайно сильный яд, не оставляющий следов. Соприкасаясь с кожей, он проникает внутрь и убивает за несколько часов. Если глотать в малых дозах, он действует медленнее. В зависимости от сил жертвы, смерть наступает через недели, а то и месяцы.
— Кто послал тебя с этим страшным ядом? Зачем? Чего от меня хотят?
— Послал ваш друг из Эдирне. Большего я сказать не вправе. А зачем… Ваше величество, неужели вы не знаете, для чего нужен яд? Мне помнится, вы не колебались, когда решили расчистить себе дорогу к трону.
— Не предлагаешь ли ты мне отравить отца? — Голос Мехмеда зазвенел. — Да я голову тебе снесу за такую дерзость! Улу!
Огромный янычар ступил вперед, вытягивая длинный кривой ятаган. Иса же и глазом не моргнул.
— Если убьете меня, не доживете до заката, — предупредил он спокойно.
Улу замер с занесенным клинком.
— Отставить! — приказал Мехмед. — Это почему я умру до заката?
— Полагаете, я так спокойно вошел в ваш дворец, не приняв мер предосторожности? Шкатулка покрыта тем же ядом, какой во флаконе. Думаю, вы уже ощущаете его действие: внезапную сухость в горле, чрезмерное потоотделение.
Мехмед сглотнул, вытер пот со лба.
— Я тоже держал шкатулку, так что отравлены мы оба. Но есть противоядие. Если принять его, не откладывая надолго, мы оба останемся в живых.
— Как же мне знать, не лжешь ли ты?
— Никак.
— Дай мне противоядие, — приказал Мехмед.
— Оно не со мной, а в моей палатке, в караван-сарае. Лишь я знаю, где оно и как выглядит.
— Ну так поторопись! Улу, не упускай его из виду. Одно неверное движение, Иса, — и, клянусь, Улу тебя прикончит!
— Понимаю. И вы меня поймите: под моим началом в караван-сарае больше сотни людей. Я дам Улу противоядие, но если он — или кто-то еще — попытается меня убить, Улу умрет, и вы этого снадобья не увидите.
— Я понял. Улу не допустит, чтобы кто-либо тебе повредил.
— О ваше величество, спасибо за аудиенцию! Ваши друзья в Эдирне будут разочарованы, узнав, что вы отказались от предложения, но у меня все равно есть приказ оставить подарок вам. Пусть он пойдет на пользу.