Оседлай молнию!
Шрифт:
Высвобожденные деньги идут и на перевооружение армии, на создание прорывных моделей боевой техники. Тут русские получат возможность возродить свой морской флот. И, как везде и всегда, военные заказы дадут новый толчок экономическому росту, развитию науки и техники. Скорее всего, здесь русские смогут создать самые необычные виды оружия.
Именно на этой ступени всечеловеки превратятся в громадную силу общества, а чаемая нами сеть Братства приобретет настолько большое влияние, что произойдет постепенная смена правящего слоя, так называемого «политического класса». Вместо нынешних големов и «планеты обезьян» мы увидим нормальных людей, волевых творцов. Наступит время доброй воли
Именно в конце второй ступени русские сильно рискуют стать объектом самого настоящего, военного нападения со стороны Вечного рейха. И именно здесь нам важно победить агрессора.
Наконец, включатся двигатели третьей ступени. Морально-психологический подъем русских уподобится девятому валу. Гибкость сетевой структуры общества достигнет изумительной степени, способность русских к нетривиальным действиям и новшествам достигнет пика.
И тогда сбудется то, что сегодня кажется немыслимым. Мы не только полетим на Марс (может быть, силами даже не государства, а частной корпорации) — мы создадим принципиально новые методы получения энергии и необычные системы связи, построим машины для производства готовых вещей прямо из сырья, путем рекомбинации атомов и молекул, откроем тайну антигравитации и телепортации, сможем передавать энергию без проводов.
Наверное, на этой ступени русские ринутся на завоевание глубин Мирового океана, на освоение минеральных богатств Луны, создадут систему зеркал на орбите, которые будут освещать по ночам наши города отраженным светом Солнца. А, может, как мечтал выдающийся советский философ Э.В. Ильенков, мы сумеем зажечь и новое солнце. То, что казалось темами научно-фантастических романов, претворится в жизнь. А число всечеловеков в России превысит число гомо сапиенс.
И тогда не будет силы в мире сильнее нашей… И тогда воссияет солнце новой русской истории, которую один из авторов этой книги называет Китежем, а другой — Тысячелетним Третьим Римом.
Таковы три ступени самой высшей формы неаналитической стратегии, стратегии чуда.
Сегодня все это кажется фантастикой. Но есть ли иной способ спасти Русскую цивилизацию, которую уже обрекли на исчезновение? Что мы, в самом деле, теряем? Лучше пойти этим путем, чем в смертельной тоске выпустить по отринувшему нас человечеству оставшиеся ядерные ракеты.
Так будем же дерзкими, братья!
ГЛАВА 20
Русская Калифорния, или станет ли Новосибирск самым русским из всех китайских городов?
— Предположим, что вы поколебали мои прежние убеждения, — признается Скептик. — Я уже разобрался в вашем проекте: построить сетевое Братство, породить русских всечеловеков, развить революционные технологии во всем и с их помощью создать новую Россию, Россию Китежа. Ту, значит, которая поведет войну с врагом с помощью мощного интеллекта, нетривиальных действий и вообще чудесной стратегии. Я вас верно понял?
— Истинно так!
— Но вы зациклились на внутреннем устройстве возможной Китеж-России. А как быть с вполне географическими проблемами? Ведь новые кочевники, узрев опасность вашей новой расы всечеловеков, постараются оттяпать от нас важнейшие территории, лишив
Видим, читатель. И тревожный взор наш устремляется на самый Восток нашей Родины.
Территорией, на которой пересекаются действие Пятой мировой (гуманной) войны и последствия Четвертой мировой (с захватом среднеазиатских ресурсов), выступает российский Дальний Восток. А если смотреть на вещи шире — то и вся Сибирь.
Россия, превратившись в убогую Россиянию, теряет Сибирь. Много раз повторенные слова Ломоносова о том, что «могущество России Сибирью прирастать будет» уже успели затереть до дыр. Но председатель Законодательного собрания Красноярского края Александр Усс считает, что Россия де-факто уходит из Сибири. Многие из планов ее развития, которые обсуждаются сегодня в Москве, представляют собой старые советские планы и список недостроев, унаследованных от СССР. Никакой стратегической глубины, никакого целостного видения будущего Сибири и Дальнего Востока в них попросту нет. Все, как и при Брежневе, строится на трех «китах» — нефтегазодобыче, электроэнергетике и транспорте.
— Но есть много причин, которые заставляют усомниться в перспективах их развития, — считает Усс. — Технологическое состояние этих отраслей оставляет желать лучшего, требуются гигантские инвестиции в обновление основных фондов уже существующих производств. Что уж говорить о разворачивании новых? Мы должны смотреть правде в глаза. Даже если Россия и ее партнеры найдут достаточные капиталы и решатся направить их в восточные регионы, следует учитывать: инвестиции, которые кажутся нам сегодня эффективными, могут быть обесценены развитием новых технологий. Так, вложив средства в энергетику, мы в принципе можем столкнуться и с нехваткой энергоносителей, и, самое главное, с радикальным изменением способа производства электроэнергии. Представим себе: если будут осуществлены проекты с так называемым «холодным термоядом», что станет с традиционными способами получения электроэнергии? Ответ очевиден. Это пока малореально, но такую возможность все-таки нельзя не видеть…
На форуме «Байкал — мировое наследие» в августе 2001 года всерьез говорилось о том, что в мире разворачиваются проекты по созданию компактных установок новой электроэнергетики, которые, распространившись в том же Китае, могут подорвать спрос на электричество из России, а значит, и на отечественные планы его поставок в азиатские страны. Особенно перспективной считается программа строительства водородных электрохимических генераторов (ЭХГ), которая объявлена приоритетной в Исландии, да и в США после кризиса «старой энергетики» в Калифорнии об ЭХГ говорят все громче.
— К сожалению, сегодня Сибирь превратилась скорее в источник убытков для страны, нежели в рог изобилия, — считает Усс. — На что делалась ставка в ее освоении? На добычу сырья. Однако в нынешнем мире богатство создается в основном интеллектом, а не сырьем. В 1980-х годах мы упустили возможность пойти по пути Китая, который создавал особые экономические зоны, этакие площадки для проектирования будущего и развития высоких технологий. Мы отстали и от Индии: лишь в 1999 году на мировом рынке она продала программной продукции на 7 миллиардов долларов. Технопарк в Шанхае, основанный всего семь лет назад, дал продукции фармацевтики, информтехнологий и прочего на 650 миллионов долларов. А мы сегодня для поддержания жизнеспособности транспортных путей в Сибири и на северный завоз вынуждены тратить большие средства. То, что еще двадцать лет назад было преимуществом России, стало ее обузой…