Осень Альвиады. Часть третья
Шрифт:
– Я хочу, чтобы смерть была похожа на красивого мальчика. Ну, помнишь, я тебе читала: "Печальный демон, дух изгнанья..."? Я бы ни за что, ни за что не улетела с ангелом...
– Каким ангелом?
– Элия даже перестала всхлипывать.
Ангелы - это уж точно не для них. Рая для Дестроеров не бывает еще скорее, чем Радужного Моста. Они ведь прокляты.
– Повторяй за мной: "Печальный демон, дух изгнанья, летал над грешною землей..." - таинственно шепчет Мина.
Заперты двери, зарешечены окна, мрак за окном, мрак в
Там, в Зазеркалье, их так много - и всё еще слишком мало. И им холодно, так холодно!
И каждого новичка они встречают с радостью. Не понимая, что в нем уже нет никакого тепла. Как и в них самих.
– ... В общем, там, в конце, он ее поцеловал, и она умерла...
– И никто не пришел ее спасти?
– ужаснулась Элия.
Неправда, так не должно быть!
А почему? В жизни же никто не спасает.
Но ведь это - книга. Там должно быть иначе... нужно же во что-то верить!
Или Тамара тоже была Дестроером, и ее спасать нельзя?
– Зачем? Тогда было бы неинтересно... Демон - он ведь тоже зло. Как и мы. С чего он должен был ее жалеть?
– Но ведь я - зло, но мне тебя жаль!
– Ты просто еще очень маленькая...
– И тебе - меня. Иначе ты не утешала бы меня. И не говорила, что Керен и Себастьен ушли в Нарнию...
– И я - маленькая. И мы уже не вырастем. К счастью. Представляешь, сколько зла мы тогда могли бы причинить хорошим? Так клонит в сон...
– Мина зевнула.
– Давай спать, Эли!
– Нет, не надо! Ты ведь... уже не проснешься...
– Конечно, нет. Меня поцелует смерть - и я умру. Но ты не бойся. Просто по-другому отсюда не выйти. А разве ты не хочешь на свободу? Хорошо, что всего меньше двух месяцев. Представляешь, если бы мы ждали смерти год?.. Ты вся дрожишь.
От страха. Но лучше об этом не говорить. Так нечестно. Мина пытается быть смелой. Нельзя ее пугать. Если всё, что ей осталось, - это умереть без страха.
– Мне холодно...
Здесь вся комната - лед. Как поверхность зеркала. Или Зазеркалье. Будто оттуда уже дотянулись до живых.
Они тоже чувствуют, что Мина - уже ближе к ним, чем к Элии... И вышли навстречу.
– А ты ложись ко мне. Помнишь, как в "Джен Эйр"? Ты - Джен, я - Элен Бернс...
Девочки устроились под общим одеялом. И почти не страшно лежать так. И даже постепенно согреваешься. Темные пушистые кудри Мины касаются щеки Элии. Мягкие-мягкие - как шелк.
Разве смерть может прийти - когда совсем не страшно? Разве она питается не чужим ужасом? Разве не может быть так, что Программа не сработает?
Врачи врут, но вдруг - не во всём? Вдруг и в самом деле тот, в ком нет ни капли зла, встанет из Кокона живым? Мина ведь такая добрая...
А Керен, Себастьен, Алана, Лика, Вера и другие что, были злыми?
– Мина, я не дам тебе уснуть.
– Ты не сможешь... Я всё равно уйду... Они ждут, слышишь?
Мина тоже чувствует. И лучше, чем Элия. Это ведь за ней пришли.
– Смогу! Я - сильная. Я тебя не отдам.
Смелостью тоже можно делиться. Если в них не будет страха - никто не умрет! Когда у друга нет сил - его можно заслонить.
– Нет.
– Да.
Если отделить от цветка росток - будет два цветка. Если поделиться силой...
Странно - еще миг назад Элия не видела во тьме лица подруги. А сейчас - ясно и отчетливо.
И - ничего, кроме него. Комната по-прежнему во тьме. И хорошо. Потому что если зажечь свечи, все стены сейчас - зеркала. И каждое уводит в темный коридор.
– Смерть придет за мной сегодня... Ну что ты, не плачь! Ничего не бойся. Когда завтра здесь поселят другую девочку - именно ты должна будешь ее успокоить. Как Лана - меня, как я - тебя. А когда ты поймешь, что не проснешься, знай - скоро мы увидимся, и я опять тебя обниму. И когда над тобой склонится смерть...
– Я буду с ней драться! Мне всё равно, что за мной не прилетит ангел. Нарнии и Радужного Моста нет и никогда не было. Но и с демонами я никуда не полечу!
– Ты просто еще маленькая, и не понимаешь... Со смертью дерутся только целители. Но ты - зло, а оно не может исцелять.
А на Дестроеров целителям плевать.
Нет. Не плевать. Они их убивают. Истребляют зло.
– Мне всё равно, могу я или нет. Я буду драться! Значит - смогу!
Нужно только продержаться в Голодной Башне до утра. Дождаться Рыцаря Като и вступить в бой.
– Как хочется спать...
– Мина зевнула, прижимаясь к плечу Элии. Прохладной щекой. Сонной.
Прохладной?!
– Мина! Мина, не спи, ты что? Мина! Просыпайся!..
Элия вскинулась рывком, ища оружие. Хоть какое-нибудь. Хоть карандаш.
Откуда? На ночь не оставляют даже книг.
Остается молча сжать кулаки. Когда никто не придет тебе на помощь - есть еще ты сам. Твои руки, ноги, голова... ногти и зубы!
И пусть загорятся хоть все свечи мира. И все зеркала распахнут черные пасти. Не страшно! Слышите? Не страшно!!!
Элия крепче обняла Мину, делясь с ней теплом. А уходит оно впустую. Подруга не согревается. И не чувствует этого. Ее даже не знобит.
Если бы можно было передать часть своей жизни! Увы, зло не в силах исцелять...
Зато в силах дать в морду смерти - как только она сюда явится! Изгнать ее обратно в зеркальный коридор. По ту сторону!
Слышите, вы, там? Никто к вам больше не придет!..
Минуты шли, перетекая в часы, но никто не приходил и не вызывал на бой. Просто тепла становилось всё меньше, и Мина дышала всё реже. А потом - перестала. И во тьме стучит лишь одно живое сердце. Ее, Элии.