Шрифт:
Осень. Она как любимая женщина. С ней хочется побыть наедине. Чтобы без слов друг друга понимать и на молчанье отвечать молчаньем. Для кого-то это пора увядания. А для меня – период созревания и максимального расцвета. Девушка в восемнадцать лет напоминает спелое яблоко – ароматное и сочное. Но если его не сорвать, то оно упадёт и зачахнет.
Осень – это апогей года. Она оказывает на нас магическое действие ещё со времён наших первобытных предков. В это время ульи диких пчёл были полны мёдом, в лесах было много спелых ягод, а зайцы и утки были аппетитно жирными. Но любая синусоида, достигнув высшей точки,
Конфуций утверждал (да ладно, ладно – пусть будет Лао Цзы), что если долго сидеть на берегу реки, то можно увидеть, как мимо проплывает труп твоего врага. Но он забыл при этом уточнить, что сие не касается тех, кто живёт в эпоху перемен. Потому что, если в это время ты будешь долго рассиживаться, то рискуешь поменяться местами с этим самым врагом.
Осень 2022-го года как раз была той эпохой, когда нам приходилось действовать быстро и решительно. И всё-таки это была осень. Мы работали в Карелии. А осень в Карелии это, как известно, больше, чем просто осень. Прекрасная пора! Но часто льют дожди. В бескрайнем лесу зябко и неуютно. С неба оседает мелкая морось, а с деревьев падают крупные капли за воротник. Тронешь ветку, чтобы пройти – брызги летят в лицо и в рукава. А с высокой травы ручейки стекают прямо в сапоги. Передвигаться тяжело – всюду скользкие кочки, коренья и поваленные стволы деревьев. Десяток шагов – и ты весь мокрый от пота.
Есть, конечно, дорога. Но к ней даже и приближаться опасно. Глубокая колея, заполненная водой со скользкими от грязи крутыми склонами. Чуть оступился или поскользнулся – и ты в холодной воде по грудь. А выбраться не так-то просто. Пытаешься дотянуться рукой до пучка травы или кустика на берегу, а для этого приходится почти с головой уйти под воду. Хорошо, если кто-то тебе поможет.
Ни один внедорожник не проедет по этому лесу. Да что там! Даже квадроциклы тут бессильны. Они могут пролезть везде, но переползать через поваленные деревья их ещё не научили. А в этой колее они утонут так, что даже руль не будет торчать из воды. И только лесовозы на огромных колёсах способны с трудом продираться через это непроходимое пространство.
Те, кто сидит за рулём этих грузовиков и те, кто грузит на них брёвна – невероятно сильные и самоуверенные люди. Здесь живут по законам леса. А они суровы. Потому-то к остальным законам эти мужики относятся несколько пренебрежительно. Что губернатор, что глава республики, для них не авторитеты. Министры и прокуроры – туда же. Вес в их глазах имеет разве что их собственное начальство. Да и с тем иногда может быть разговор короткий. Если обидел или недоплатил, то можешь пропасть нечаянно насовсем неизвестно куда. Но такое случается редко. Ведь чтобы быть их начальником, самому нужно быть намного крепче этих людей.
Стоит ли говорить о том, что за человек должен стоять на самом верху всего этого коллектива? И этот человек мой лучший друг. А я – его правая рука, второе лицо в нашей компании. Иван – хозяин фирмы, которая является одним из крупнейших лесозаготовителей в регионе. Кроме того, под нами работает с десяток лесопилок и несколько деревообрабатывающих производств. Нам с ним по сорок семь, и мы дружим с первого класса. Он по натуре экстраверт и человек настроения.
В нашем бизнесе конкуренция жёсткая. А отношение к конкурентам и того почище. Деньги крутятся огромные и никто не привык церемониться с теми, кто стоит у тебя на пути. И хотя на нашем рынке всё давно поделено и устаканено, но ты всегда должен быть начеку. Ведь понятия этики и морали здесь весьма специфические.
Пять лет назад судьба свела нас с владельцами крупнейшего международного концерна по деревообработке. Они сами вышли на нас и предложили стать поставщиками сырья для их крупного и самого современного в Европе комбината, расположенного в наших «карельских палестинах». Надо ли говорить о том, насколько охотно мы откликнулись на это заманчивое предложение?
После успешного начала сотрудничества у меня родилась идея отблагодарить их за доверие, а заодно упрочить наши отношения. Мой план заключался в том, чтобы двух основных учредителей и генерального директора пригласить на рыбалку. Но не спешите смеяться и глумиться. Не на простую рыбалку. Мы полетим на полуостров в северной Норвегии, куда нас доставят на частном реактивном самолёте и там, среди изобилия фьордов, экстрима и алкоголя, в сопровождении первоклассных шлюх из элитного эскорт-агентства мы проведём время так, что наши гости запомнят его на всю свою жизнь. Девушки, разумеется, будут гвоздём программы. А всё остальное – повод, антураж, декорации и оправа для этих бриллиантов.
Эту мысль я донёс до своего шефа и друга с надеждой, что он оценит её по достоинству. Раньше Иван был неукротим как лев не только в работе, но и в отдыхе. Когда мы ходили в ночное заведение под названием «ХХХХ», он умел сорить деньгами так, что на него обращали внимание все юные красавицы. И когда звучала его команда: «Ты, ты и ты. Поехали со мной!». Никто из названных не решался отказаться. Он вёз их вместе с нами на Петровскую косу на свою лодку – роскошную двадцатиметровую моторную яхту и там начиналось настоящее веселье.
Но через некоторое время, непостижимым для меня образом, он женился на молодой художнице. С этого момента он изменился. Вся наша жизнь стала меняться понемногу. Совместные ночные приключения стали редкими. Я никогда не был женат и мне не дано понять, что может заставить самодостаточного и состоятельного мужчину наложить на себя столь тяжёлое обременение. Это равносильно добровольному обязательству ездить всю жизнь только на одном стареньком автомобиле.
Нет, пожалуй, это в тысячу раз хуже. Если человек в здравом уме женился, то разве что приворот или сглаз побудили его к этому. В подобном случае его надо немедленно спасать. Но не таким человеком был Иван, чтобы позволить спасать себя против собственной воли. Мой план относительно рыбалки он выслушал без восторга. Но аргументы были настолько железными, что, поморщившись, он согласился.
Согласились и наши партнёры. Юхани Виртанен, финн, был одним из основных акционеров. Вторым был швед Ларс Ольсон. Когда они были на комбинате, всё решали они. В остальное же время командовал Тапани – генеральный директор. Юхани с Ларсом были так богаты, что могли без труда содержать целый парк частных бизнес-джетов. Но оба были настолько рациональны и скупы, что второго шанса поучаствовать в подобном мероприятии им могло больше и не представиться.
Конец ознакомительного фрагмента.