Шрифт:
Пролог
То, что еще два часа назад было роскошным «мерседесом», сейчас чернело кучей искореженного металла, от которой несло смрадом горелой пластмассы, кожи; ко всему примешивался сладковатый запах паленой плоти.
Водителя кое-как вытащили из машины и увезли. Опознать его, конечно, было невозможно. Труп сильно обуглился. Ни о каких документах не могло быть и речи. Следователь прокуратуры из Наро-Фоминска капитан Александр Жуков и скучающие служивые из Московского областного уголовного розыска угрюмо размышляли о возможной причине трагедии. Собственно говоря, присутствие на месте катастрофы прокурорского следователя
Некоторые детали происшествия показались Жукову несколько странными, но, взглянув на хмурых мужчин в добротных плащах, своих коллег, которым явно лишняя морока была ни к чему, он решил их не напрягать. Тем более, что каким-то чудом сохранился, пусть и потемневший от огня, номер автомобиля. По нему легко можно было установить владельца «мерседеса» и таким образом быстро прекратить дело.
В конце дня Жуков получил информацию о хозяине машины. Скромная фамилия Иванов в сочетании с именем произвела на него впечатление: это был знаменитый столичный шоумен, которого Жуков много раз видел по телевизору, даже ходили слухи, что этот продюсер пользуется благосклонностью самого Президента. Итак, погибший оказался Юрием Ивановым, руководителем влиятельной телекомпании «Спектр». Это обстоятельство несколько обеспокоило следователя Нарофоминской прокуратуры. Однако наличие в крови погибшего алкоголя давало надежду списать все на несчастный случай.
Останки шоумена перевезли в Москву. Жена погибшего опознала труп, как она сказала, по зубам, и забрала тело для погребения.
Известному продюсеру нашлось место на Ваганьковском кладбище. Там лихого автолюбителя и схоронили в присутствии коллег и завистников. Какая-то женщина на похоронах все прорывалась к закрытому, богато отделанному гробу, но родственники и подруги вдовы ее не подпустили. Зеваки оживленно обсуждали случившееся, но так громко, что их пришлось урезонить.
Когда над могилой вырос холмик земли, а в головах поставили резной крест, зрители последнего шоу «от Юрия Иванова» расселись по иномаркам и поехали на поминки. Вдова шоумена держалась достойно.
Часть первая. ОБРЯД ПЕРЕВОРАЧИВАНИЯ ПОКОЙНИКА
Глава первая.
Начальник МУРа полковник Грязнов пригласил к себе в кабинет своего зама подполковника милиции Яковлева и оперуполномоченного старшего лейтенанта милиции Бодрова. Сегодня офицеры были в штатском. Войдя, они поприветствовали Грязнова и уселись в кресла напротив шефа. Хозяин кабинета молчал и что-то сосредоточенно чертил ручкой на листе бумаги. То ли унылая казенная атмосфера повлияла на Никиту Бодрова, то ли удручающий вид начальников, но ему вдруг захотелось свалить отсюда, посидеть в каком-нибудь баре, попить холодного пивка в обществе красивых женщин. В этот момент Никита поймал на себе изучающий взгляд Вячеслава Ивановича Грязнова. Ему показалось, что шеф прочитал его мысли, и Никита отвел взгляд в сторону. «Вот взять бы и сказать начальнику о своем желании. Хорошо соблюдать субординацию, когда ничего не хочется», – с досадой подумал Бодров. Он стал перебирать в голове фразы, которые тонко и ненавязчиво намекнули бы его начальникам о том, как быстро и эффективно можно поднять жизненный тонус. Но ситуация в мгновение изменилась. Грязнов бросил ручку на стол, пригладил ладонью свою рыжую шевелюру и мечтательно заметил:
– Да, Бодров, я вот тоже подумал, что лучше бы сейчас сидеть нам где-нибудь на бережку Красного моря…
Никита обрадовался
– Нет, Вячеслав Иванович, я свою профессию ни на какое море не променяю. У меня просто мания какая-то в смысле тяги к сыскной работе.
– Что еще за мания? – не понял Яковлев.
– Страсть как за людьми бегать люблю, Владимир Михайлович.
– Ну и шел бы в олимпийские чемпионы, – вставил Грязнов. – Там не так опасно и платят больше.
– Да мне скучно по кругу бегать, товарищ полковник, проходными дворами куда увлекательней, – возразил Никита.
– И много ты преступников наловил по дворам-то? – улыбнулся Грязнов.
– Да нет, тут сам процесс важен, – вновь нашелся что ответить Никита.
– Ну ладно, сынок, язычок, я вижу, у тебя хорошо подвешен, – похвалил Грязнов старлея. – Однако к делу: что у нас с угоном иномарок от «Палас-отеля»?
– На сегодняшний день, Вячеслав Иванович, имеется пять угнанных тачек, – отрапортовал Никита. – Все принадлежат приехавшим из-за рубежа бизнесменам. Это затрудняет розыск. Некоторые из пострадавших иностранцев, правда, относятся к случившемуся с пониманием…
– С пониманием чего? – удивился Яковлев.
– С пониманием временных трудностей переходного периода… – уточнил Никита с улыбкой. – Один даже посмеялся и, провякав что-то по-своему, купил себе новую тачку и помахал нам ручкой.
– Ну и какие у тебя идеи по этому поводу? – перебил опера Грязнов.
Бодров сделал небольшую паузу и продолжал:
– Я полагаю, что в «Паласе» действует устойчивая преступная группировка.
– Скорее всего, – кивнул Грязнов. – А еще?
– Еще, товарищ полковник, у них, возможно, есть наводчик. Он либо работает в этом отеле, либо приходит туда в качестве проститутки и накалывает нужных клиентов.
– Это ты, Бодров, хорошо подметил. Моя подруга Тоня Черная Дыра была бы польщена твоей догадкой, – глубокомысленно заметил Грязнов.
Яковлев не удержался и прыснул со смеху.
– А чего я такого сказал? – недоумевал Никита.
– Ты сказал больше, чем мог, но гораздо меньше, чем хотел, – пояснил Яковлев.
Зазвонил телефон. Грязнов поднял трубку и услышал знакомый басок начальника главка МВД Федорова:
– Это ты, рыжий?
– Так точно! – ответил Грязнов.
– Один?
– Нет, с подполковником Яковлевым и старшим лейтенантом Бодровым.
– У меня к тебе просьба, – продолжал Федоров. – Я пошлю к тебе человека… поговори с ним и попытайся помочь… Это моя просьба…
– Хорошо, товарищ генерал-лейтенант, – буркнул Грязнов.
– Что, тебе моя просьба не очень понравилась? Вячеслав, ну уж сделай милость, – сухо проговорил Федоров и прервал разговор.
– Федоров звонил? – спросил Яковлев.
– Он. Подсовывает мне кого-то своего. Ведь знает же: не люблю. Думает, если я по его просьбе возглавил МУР, то он будет мне теперь этих своих блатных подсовывать. Как был треплом, так и остался, – махнул рукой Грязнов.
– Ну, Слава, позволь с тобой не согласиться, – съязвил Яковлев. – Раньше он был просто треплом, а теперь – важное трепло. Главк – это тебе не шутка.
– Да пошел он… Однако поговорить с этим блатным придется, причем тебе.
– С удовольствием, – вздохнул Яковлев.
В дверях Яковлев и Бодров буквально столкнулись с высоченным крепким мужчиной в кожаном пальто.
– Здравствуйте! Я от Федорова, – четко произнес гость.
– Я в курсе, – сухо ответил Грязнов. – Пройдите, пожалуйста, с подполковником Яковлевым. Он вас выслушает.