Осколки маски
Шрифт:
– Синдзи, – еле заметно вздохнул Рафу. – Ты не хочешь дать нам даже шанса? Это, между прочим, нужно и тебе. На кону огромная гора сокровищ, а ты просто отмахиваешься от неё, даже не попытавшись получить? Это слишком по-детски, Синдзи. Иногда ради своих эмоций, желания отомстить или обиды можно жертвовать небольшой выгодой. Это делает нас живыми, в конце концов. Но когда ставки настолько высоки, надо хотя бы попробовать побороть чувства и включить логику. Ты нам не доверяешь, я понимаю, есть причины, но мы всё-таки не враги. К тому же твоя инфантильность
А Рафу, я смотрю, умеет складно говорить. Правда, он исходит из неверных предпосылок, соответственно, и выводы делает неправильные. Не говорить же ему, что я уже делаю шаги в сторону решения их проблемы с камонтоку? Нельзя, иначе совсем расслабятся. Да и договор о сотрудничестве и разделе прибыли надо сначала составить. И если они будут знать, что я заинтересован, заключить договор на моих условиях будет сложнее. Но сейчас в любом случае рано об этом говорить, слишком уж много у меня дел и помимо этой парочки.
– Это тупик, отец. Вы проситесь ко мне, чтобы мы могли узнать друг друга и начать доверять, но я не могу взять вас, так как не доверяю. Признаю, у вас действительно отличный наёмный отряд, но именно поэтому я и опасаюсь, так как не знаю, что может прийти вам в голову в следующий момент, и иметь внутри армии непредсказуемый и сильный отряд наёмников – не то, о чём я мечтаю каждый день.
– Но ты ведь не думаешь, что мы вдруг решим ударить тебе в спину? – удивился Рафу. – Это же бред.
– Интересно, – усмехнулся я, – Войцех говорил вам об этом перед отправкой в Японию?
– Хм, – отвёл он взгляд. – Это была ошибка. Грубая ошибка, признаю. Но больше такое не повторится. Всё-таки ситуации тогда и сейчас совершенно разные.
– Я не верю в ваше благоразумие.
– И никогда не поверишь, если не попробуешь. А если мы не будем друг другу доверять, то как работать вместе будем? Смотри, – произнёс он и повернулся к Этсу. – Дорогая, дай мне кубик, пожалуйста.
И та молча вынула из своей сумочки небольшой коричнево-золотой кубик, покрытый непонятными надписями и рисунками в виде лабиринтов.
– У меня такое впечатление, что вы уже успели разграбить ухоронку Древних. Откуда у вас столько артефактов? – не удержался я.
– Мы их годами собирали. При этом используя исследования твоего деда по матери, – глянул он на неё. – Который археологией всю жизнь занимался.
– В одной из таких экспедиций он и погиб, – вставила Этсу.
– Да и сами мы в археологии не последние люди, – добавил Рафу.
– И что это? – спросил я, глядя на куб, лежащий посреди небольшого столика.
– Одноразовый подавитель, – произнёс с улыбкой Рафу.
С самодовольной улыбкой.
– Одноразовый… подавитель? – удивился я. – Реально полноценный подавитель, только одноразовый?
– Именно, – кивнул он. – Эти малышки очень редкие, правда, всё равно дешевле полноценных.
–
– В смысле? – не понял Рафу. – Обычный. Вливаешь бахир, и он действует.
– Влил – и всё? Или надо постоянно вливать?
– А, ты об этом, – понял он наконец, о чём речь. – Тут разовый принцип действия. Влил один раз бахир и забыл.
– И сколько времени он действует? – спросил я.
– Эм… тут не всё так просто, – замялся он. – Язык Древних в некоторых вопросах довольно труден для понимания. Например, в определении времени и расстояния. В общем знак, обозначающий время, – махнул он рукой на кубик подавителя, – может означать три минуты, тридцать минут, либо три часа. Но три часа эта штамповка явно не потянет, а три минуты особого смысла делать нет, так что мы сходимся во мнении, что этот подавитель рассчитан на полчаса.
Для меня и три минуты отличное время. Слегка ограничивающее, конечно, но тоже отличное.
– Штамповка? – решил я уточнить заинтересовавший меня момент.
– Да, – пожал плечом Рафу. – Это для нас данный артефакт ого-го, а для древних всего лишь штамповка. Израсходованные подавители вообще довольно часто находят, это заряженные редкость.
М-м-м… хочу. Очень хочу, пусть он и одноразовый. Надеюсь, Рафу его не просто так показал.
– Что ж, артефакт интересный и порой даже нужный, но мне-то что с того? – произнёс я спокойно, стараясь запихнуть свои хотелки куда подальше.
– В своё время мы с Этсу нашли два таких подавителя. Они, в общем-то, в одном месте и лежали. Мы тогда почти сразу приняли решение, что эта парочка достанется нашим детям. Когда они вырастут, – уточнил он. – Теперь же… Один в любом случае уйдёт Рейке в качестве приданого, а вот второй – даже не знаю. Ты нас родителями не считаешь, да и фамилия у тебя теперь другая. Но это ладно, обидно, что мы в твоих глазах даже толики доверия не стоим.
Ну не засранец ли, а? И что мне теперь делать? Не, ну как подвёл-то? Блин… Может, принять их и отправить вместе с Сугихарой остров оборонять? Так ведь помрут они там, и кто мне тогда покажет, где схрон Древних? Но и здесь они мне не нужны… Хм, идея.
– То есть вы просто хотите быть рядом со мной, так?
– Ну да, – подтвердил Рафу. – Себя показать, доверие заработать.
Другими артефактами соблазнить, понимаю.
– Тогда зачем вам тащить сюда весь отряд?
– Э… – завис Рафу. – Да в общем-то и незачем.
– Нас вполне устроят должности офицеров, – произнесла Этсу. – Мы и без своих людей немало стоим. Однако я надеюсь, что ты не запихнёшь нас куда подальше, иначе какой вообще в этом смысл?
– Ладно, – вздохнул я. – Думаю, и для вас найдётся местечко в штабе. И больше не говорите мне о недоверии, не будь вы моими родителями, я ради этого кубика, – кивнул я на артефакт, – уже давно бы вас на тот свет отправил. И я такой не один, так что больше не светите им.