Шрифт:
Как думаешь,… почему люди не боятся играть с огнём? Может, потому что они глупы, и не осознают, как горячо можно обжечься?
….а может, они хотят?– обжечься…
Я мало что помню теперь. Помнила всё до мельчайших деталей, лишь когда проснулась. Так всегда бывает, когда сон тебя шокирует своим содержанием. Наутро ты в потрясении лихорадочно перебираешь все подробности, пытаясь объяснить, как тебе такое могло присниться.
Я-
Мы сидели на корточках, словно пятнадцатилетние подростки, возле подъезда моего любимого. Настроение у всех было хорошее. Ребята пили пиво, а я, опершись на столб, на котором разместили доску с объявлениями, слушала беседу друзей, искренне стараясь принять в разговоре непосредственное участие. Я действительно старалась слушать, но, несмотря на все мои усилия, мои собственные мысли уводили меня куда-то в сторону. Порой я всё-таки пыталась вставлять короткие замечания, чтобы все понимали, что я всё-таки присутствую. Но вдруг…
Сыро. Темно. Вблизи раздаются какие-то голоса, но невозможно разобрать смысла. Да и не хочется, честно признаться. Воздух пропитан каким-то смрадом. Отвратительно. Паршиво. Я медленно открываю глаза. Через несколько минут, которые в ожидании раздражают, глаза привыкли к окружающей обстановке и стали различимы фигуры. Я стала разглядывать картину, которую «нарисовало» мне моё зрение.
Небольших размеров комната, с абсолютно голыми стенами, пропитанными сыростью. Деревянный сырой пол с уже начавшими подгнивать досками. В одном из углов комнаты, которая была в форме не квадрата, но нечто похожего, сквозь небольшой стеклянный проём, (что-то вроде окошка, только по каким-то странным причинам сделанного параллельно полу и на расстоянии сантиметров десяти выше), сочился тусклый свет. Причиной столь скудного освещения могло послужить ещё и состояние самого окошка- грязного, заляпанного отпечатками человеческих пальцев и засиженного мухами. Из мебели ничего не было. Дверь
Теперь, в силу некоторых размышлений, которые опережали даже мой мозг, я сразу переключилась на находящихся в комнате людей. Когда я открыла глаза, они все прекратили разговаривать. Может, поэтому я решила оглядеть сначала помещение. Внимательно рассматривая теперь людей, я поняла, что вижу их первый раз в своей жизни и что они мне совершенно не знакомы, но внутреннее ощущение буквально кричало мне «Эй, ты чего, ты их всех прекрасно знаешь!». Будто у меня амнезия, и мне кто-то об этом уже успел сообщить. Все люди в это же время, не переставая, рассматривали меня. Сейчас я никак не могу припомнить точное количество находящихся в тот момент в комнате людей, но тогда я насчитала пять. Парадокс в том, что там находилось два молодых человека, которые впоследствии говорили со мной так, будто мы давние друзья, но в реальной жизни у меня нет никого из друзей, кто был бы на них хоть капельку похож. В комнате были и девушки. Их заплаканные глаза выдавали испуг. Но ошибки быть не могло- мы не были знакомы. Вдруг кто-то женским, но хриплым от долгого рыдания голосом обратился ко мне по имени и сказал, что нам нельзя отсюда выйти и что мы все умрём. Я заговорила со всеми этими людьми так, будто знаю их всю свою жизнь. Никто (включая меня саму) не был этому удивлён. Должно быть, мне правда отшибло память.
– Как это умрём? Что ты несёшь?– удивлённо спросила я.
– Умрём! Умрём!– сквозь заново выступившие слёзы пробормотала девушка, заговорившая со мной.
– О чём ты говоришь?
– Нас всех поубивают!
– Кто поубивает?– мне показалось, что я нахожусь в стенах сумасшедшего дома. Явно по ошибке.
– Этот охранник, который стережёт нас!
– ???
Все ребята подползли к грязному окошку и поманили меня, указывая куда-то пальцами. Только сейчас я заметила, что все они размещались на грязном сыром матрасе, который резко начал издавать неприятный запах мочи и экскрементов. Я подползла к окошку и посмотрела в указанном ими направлении. Стало очевидно, что мы располагались на втором этаже какого-то здания, поскольку внизу, рядом с идущей вниз лестницей, на стуле перед небольшим столиком сидел чернокожий лысый мужчина и читал газету, попивая горячий чай (а может, и кофе- откуда мне было знать), и можно было предположить, что лестницы, ведущей ещё ниже, просто нет. Значит, у нас был либо второй этаж, либо первый, а господин охранник разместился в подвале.
Конец ознакомительного фрагмента.