Осколок зеркала
Шрифт:
– Господин инспектор, какие новости по делу госпожи Ларсен?
– Причем здесь пропавшая дама?
– подумал Олав и ответил.
– Все комментарии будут даны позже.
Встречавшего его полицейского Олав спросил, уже сам догадываясь:
– Чей это дом?
– Госпожи Ларсен. Со времени ее пропажи здесь никто не жил.
Дьявольская свистопляска сделал очередной виток, закрутив три последних преступления в один клубок. Сопровождавший Олава полицейский докладывал.
– Неизвестный проник в дом через запасной вход
– Еще бы, в такой мороз! Конечно, он был в перчатках.
Это был добротный старинный дом со смешанными, каменными и деревянными конструкциями. Убитый стрелок, как и рассчитал инспектор, находился на чердаке острой скатной крыши с круглым окошком, смотрящим на площадь. Рядом с ним лежала великолепная снайперская винтовка с наверченными устройствами различного назначения. Из такой винтовки вполне можно было пристрелить старика на противоположном конце площади. Перед окном лежала кучка снега, намело, когда открывали окно для стрельбы. Довольно длинная веревка лежала под винтовкой.
Картина выглядела, как самоубийство. Парень зацепил курок, протянул веревку через деревянную стойку стропил, приставил винтовку к глазу и дернул за конец. А перед этим застрелил старика? Забравшись в дом предположительно похищенной госпожи Ларсен? Не доставало только найти и ее труп! У парня мог быть мотив. Например, ему удалось узнать, что его невеста получит сказочное богатство после смерти старика. Тогда почему самоубийство? Муки совести?
– Надо выяснить, умел ли парень стрелять. Просмотрите списки зарегистрированных охотников, спортсменов - стрелков, не забудьте биатлонистов, бывших военных, снайперов. Все, что удастся найти, - Олав дал поручение полицейскому.
Светало. Сумасшедшая ночь кончилась.
* *
Прошло уже достаточно времени после той злополучной Рождественской ночи, а все три дела, пропажа госпожи Ларсен, убийство старого господина и предположительно самоубийство Рейна Свеберга, не продвинулись ни на йоту. Перед инспектором Андерсоном раскинулся в кресле Уно Ларсен, банкир и одинокий супруг пропавшей госпожи Ларсен. Он требовал одновременно отчета о действиях или, в его понимании, бездействии полиции, вернуть ему жену или выдать документ о признании ее умершей, чего требовали интересы его бизнеса. Он называл бизнес своим временно, до возвращения супруги, которой тот на самом деле принадлежал, или до вступления в права наследства.
– Поймите, господин Ларсен, подобные дела могут тянуться очень долго. Например, мы просмотрели абсолютно все видеокамеры на автомобильных дорогах из города. Ведь машина вашей жены тоже пропала. Мы с уверенностью можем утверждать, что из города она не выезжала.
– Так, где же она?!
– В этом-то и дело! Полицейские осмотрели практически все городские стоянки и гаражи. Проверяем и частные гаражи. Представляете, какая это работа! Мы не упускаем никаких деталей.
– И где же?
– скорее из вежливости поинтересовался господин Ларсен.
– Ее заказали по телефону из отеля " Гранд" на Центральной площади.
Олав сделал паузу и выжидающе посмотрел на Ларсена. Тот слегка помялся, но все-таки спросил:
– Вы узнали, кто?
– Узнали. Винтовку заказала ваша супруга. Они снимала номер в этом отеле, она же предварительно оплатила счет из магазина на весьма крупную сумму.
– Но это абсурдно! Она действительно иногда жила в "Гранде", но она не могла этого сделать. Кто-то оформил покупку на ее имя.
– Мы разбираемся. Я привел вам этот пример, чтобы вы видели какая это кропотливая работа. Или, вот еще. Мы просмотрели списки всех людей, хорошо умеющих стрелять. Кстати, мои поздравления! Оказывается, в свое время вы выиграли чемпионат страны по биатлону!
– Но это было так давно!
– Около восьми лет назад.
– Что вы себе позволяете?
– вскипел Ларсен.
– Вы, что, решили, что я могу быть причастным к этому...мм... происшествию в старом доме?!
На его сухих впалых щеках проявился румянец. Он резко поднялся и направился у двери.
– Вы очень скоро об этом пожалеете, инспектор, - прошипел он.
Но инспектор уже не смотрел на него. Сквозь прозрачную перегородку своего кабинета он смотрел на девушку, о чем-то спрашивающую полицейского. Они повернулись в сторону его кабинета, видно, девушка искала его. Это была Мари. Хотя ее было трудно узнать. Она сильно похудела и выглядела состарившейся. Они с Ларсеном почти столкнулись у дверей кабинета, Мари с удивлением посмотрела ему вслед.
Олав открыл перед ней дверь и пригласил войти.
Аккуратно присев на краешек кресла, Мари сказала.
– Я совсем замучилась из-за смерти Рейна. Все время только об этом и могу думать. Понимаете, тут все неправильно.
– Что именно вы имеете в виду, - сочувственно спросил Олав.
– Рейн не умел стрелять. Он смеялся, что надо бы сходить в тир и поучиться. Мы как-то пошли вместе, он попробовал, не попал ни разу даже в мишень.
Все это Олав уже знал. Более того, эксперты установили, что смерть Рейна наступила на два часа раньше, чем смерть старика. Из списка подозреваемых он был давно исключен.
– Тем более он не мог выстрелить в хозяина, они друг другу понравились, - продолжала Мари.
– Они были знакомы?
– Да. Мы возили хозяина в Монсеро кататься на снегоходах.
– Вы катали инвалида на снегоходах?
– Ну, да. Ему очень понравилось.
Во время беседа Мари, казалось, думала о чем-то другом. Разговор о поездке в Монсеро чем-то ее насторожил. Инспектор замолчал, но она этого даже не заметила, сосредоточенно размышляя. После довольно продолжительной паузы она, наконец, спросила.