Ослепление
Шрифт:
– Кое-кто из ее приятельниц предположил, что, может быть, она окончательно сошла с катушек и принялась тянуть чужие вещи, хотя и непреднамеренно, – со вздохом продолжил свои объяснения Кен. – Но я побеседовал с нею и убедился, что их подозрения неоправданны. Честно говоря, я склонен думать, что все эти кражи слишком тщательно подготовлены кем-то, гораздо более способным сконцентрироваться на каком-то одном предмете, чем эта пожилая миссис Фостер. Скорее всего это кто-то из ее ближайшего окружения, кто сумел воспользоваться эксцентричностью рассеянной леди, чтобы замести свои следы.
– В надежде превратить миссис Фостер в козла
– Я не уверен, пожал плечами Кен. – Это все одни мои теории. Но кто бы ни был вором, он явно знаком с ней, возможно, даже вращается в тех же кругах. Вот и теперь Мэдди Фостер и большая часть ее приятелей развлекаются в Филадельфии вот уже вторую неделю. И невозможно не обратить внимание на то, как точно совпадает со сроками ее путешествия прекращение краж в Вашингтоне и их возобновление в Филадельфии. Вот почему нам не остается ничего иного, как постараться заслать тебя в их кружок, чтобы ты смог затесаться в самый центр их общества. Тебе надо влиться в ряды приятелей Мэдди и внимательно наблюдать за происходящим вокруг.
– Но почему же именно я? Ты тоже происходишь из почтенной семьи. А к тому же ты лучше подготовлен для такого рода работы, – возразил Брент.
– Разве ты забыл, что я уже встречался с ними и они посвящены в цель моего появления здесь.
– Да, конечно, но я уверен, что в вашем агентстве найдется немало других сотрудников, которые справятся с заданием более профессионально, чем я.
– У нас не так уж много выпускников Гарвардского университета, не занятых на более серьезных поручениях, – покачал головой Кен. – А большинство рядовых агентов будет выглядеть в этом обществе, словно белые вороны. И дело тут не в том, что они не в силах выучить, когда положено надевать пиджак, а когда смокинг, или какой вилкой пользоваться за обедом, старина Брент. Я имею в виду те неуловимые простым глазом эманации шарма и респектабельности, которые исходят от всякого, родившегося в богатой семье. И пусть это выглядит грубой лестью, но ты, старина, обладаешь всеми необходимыми нам качествами.
Итак, волею судьбы Брент оказался именно в том отеле, где незадолго до этого остановилась Мэделин Фостер. Он расписался в книге посетителей и поджидал, пока портье выдаст ему ключи от номера, бездумно взирая на толпу у входа. Широкие двери в очередной раз распахнулись, чтобы впустить внутрь самую восхитительную особу, которую Брент когда-либо видел. Достаточно было одного взгляда на нее, чтобы смертельно уязвить дотоле ко всему равнодушного молодого повесу.
Ему казалась очаровательна каждая ее черта: от волос неповторимого оттенка лунного света до алебастрово-белой кожи. Ее губы напоминали Бренту своим изящным изгибом лук самого Купидона, а глаза сияли ярче аметистов. Она на какое-то мгновение замерла на месте совершенно неподвижно, и Бренту показалось, что это всего лишь иллюзия. Разве обыкновенная женщина из плоти и крови может выглядеть столь чудесно? Нет, нет, конечно же, это всего лишь мираж, всего лишь плод его утомленного путешествием рассудка.
Но вот она зашевелилась, переступив порог с непринужденной грацией богини. Ее пожилая спутница что-то сказала ей, и она улыбнулась в ответ. Сердце у Брента замерло с тем, чтобы в следующий момент заколотиться с бешеной скоростью, словно собираясь покинуть грудную клетку. Она оказалась живой, настоящей, а ведь до сей поры он считал, что такая девушка
– Ваши ключи, сэр, – наконец-то проник в его сознание голос портье, который явно повторял это уже не в первый раз, деликатно вложив ключ в ладонь Брента. – Ваш номер на четвертом этаже. Я пришлю коридорного, чтобы он помог перенести ваши вещи.
– Ух… ох, да, – пробормотал Брент, не в силах оторвать глаз от девушки, которая вот-вот могла ускользнуть от его взора.
– Что-нибудь еще, сэр? – поинтересовался портье с легким нетерпением.
– Да. Эта дама, что вошла сейчас в отель, – взмахнул рукой Брент. – Вы, случайно, не назовете мне ее имя?
– Сэр, – равнодушный взгляд портье скользнул по толпе в холле, – каждую минуту в отель входит по меньшей мере около трех десятков дам. Вы не могли бы выразиться точнее, которая из них привлекла ваше внимание?
– Боже милостивый, не делайте вид, что вы ослепли! Конечно, меня интересует этот ангел в лиловом платье! – воскликнул Брент, удивляясь толстокожести портье, который почему-то не восхищался девушкой так же, как он. Что до самого Брента, то для него перестали существовать все другие особы, кроме этой.
– Это та, что со светлыми волосами и красными глазами, которые слишком велики для ее лица? – грубо переспросил портье.
– Да, это она, хотя я совершенно не согласен с вашей характеристикой ее внешности. Она остановилась в вашем отеле?
– Насколько я знаю, это мисс Олбрайт. Компаньонка миссис Фостер.
– Мэделин Фостер из Вашингтона?
– Именно, – кивнул портье.
– Благодарю вас, – и лицо Брента расплылось в широкой улыбке. – Благодарю вас от всей души. Конечно, я не смею надеяться, что вы раскроете мне тайну номера, в котором остановилась мисс Олбрайт?
– Это идет вразрез с порядками в нашем отеле, – покачал головой портье, – но если вы захотите послать ей записку, я позабочусь, чтобы она дошла по назначению.
– Я бы хотел послать ей цветы. Это возможно?
– Безусловно. Я немедленно займусь этим: Какие цветы, какого цвета и сколько?
– Одну пышную лиловую орхидею.
– А также открытку с посланием? – поинтересовался портье, держа наготове ручку.
Брент немного подумал и вспомнил недавно прочитанную им фразу: «Совершенство тянется к совершенству». Он подумал еще и добавил: «От ослепленного поклонника».
Когда в дверь апартаментов, в которых расположилась Мэдди с Андреа, постучался рассыльный и в руках Андреа оказалась небольшая коробочка с надписанным на крышке ее именем, она растерялась. Приподняв крышку, она застыла в немом изумлении, любуясь изысканной красотой посланного ей цветка. В этом необычном состоянии и застала ее Мэдди, заглянувшая в дверь, соединявшую их смежные комнаты.
– Андреа, дорогая! Кажется, кто-то постучал в дверь?
– Да, – шепнула Андреа, не в силах оторвать взгляд от обворожительной орхидеи. Понемногу приходя в себя, она отважилась извлечь цветок из упаковки и осторожно поместила его себе на ладонь. – Мэдди, неужели на всем белом свете есть кто-то, пожелавший послать мне такой чудесный подарок?
– По крайней мере этот кто-то обладает превосходным вкусом, – рассудительно отвечала Мэдди. – И превосходно разбирается и в цветах, и в женщинах. Там нет записки?