Ослепление
Шрифт:
И теперь Андреа боялась, как бы один из вариантов возможного конца не постиг Ральфа прежде, чем она успеет спасти из его лап маленького Стиви.
Снедавшие Андреа тревога и страх были причиной того, что в последнее время она по большей части пребывала в расстроенных чувствах. Сегодняшний вечер не был исключением. Словно во сне, Андреа наблюдала за тем, как тянулся званый обед в Президентском дворце, как оперная труппа – и Люсиль Хаффман – благополучно завершили запланированную на сегодня программу развлечений и отбыли восвояси.
И когда наконец наступило время
Ужасно устав от постоянной необходимости строго следить за собой, от светской болтовни с иностранными гостями, которая превращалась в настоящую пытку из-за необходимости говорить на разных языках сразу, Андреа попыталась найти убежище в небольшой уютной библиотеке, расположенной как раз под залом для карточной игры.
Быстрый осмотр комнаты привел Андреа к выводу, что находившиеся здесь ценности слишком велики, чтобы, украв их, попытаться спрятать на себе, пока взгляд ее не наткнулся на нечто более подходящее по размеру.
Она задумчиво рассматривала довольно уродливую фигурку, пытаясь понять, кому и зачем понадобилось отливать в бронзе это нелепое создание: наполовину человек, наполовину животное, причем обе половины казались в равной степени отталкивающими. Неожиданно прямо у нее за спиной раздался мужской голос, и Андреа чуть не подпрыгнула на месте от испуга.
Резко обернувшись в его сторону, она рефлекторно подняла одну руку к горлу, тогда как другая рука опустилась в складки юбок, пряча бронзовую фигурку в карман.
– Прошу прощения, – повторил Фредди – а это именно он стоял в дверях библиотеки, улыбаясь во весь рот, – я вовсе не хотел вас так пугать. Надеюсь, вы не собираетесь упасть в обморок?
– Ах, это вы, – не совсем соображая, что говорит, ответила Андреа, глупо уставившись на него. Фредди важно кивнул.
– Поскольку совершенно очевидно, что нас обоих утомило общество многочисленных гостей, не соблаговолите ли составить мне компанию и прогуляться по саду?
Разозленная его неожиданным вторжением и наглым тоном, да к тому же не пришедшая толком в себя после того, что ей довелось пережить там, в спальне наверху, Андреа задрала нос и холодно отчеканила:
– Возможно, вы были чересчур заняты и не заметили, что собирается дождь, и я не намерена подхватить простуду только ради того, чтобы развлекать вас. Мне кажется, это больше подходит для Люсиль.
Брови Фредди медленно поползли вверх от удивления, но прежде, чем он нашелся с ответом, Андреа проскользнула мимо него и покинула библиотеку. На прощанье она окончательно повергла его в растерянность, небрежно бросив через плечо:
– А если вам действительно совершенно нечем занять свое время, я бы посоветовала вам брать уроки игры на флейте – они вам совершенно необходимы.
ГЛАВА 2
Нью-Йорк-Сити –
Брентон Синклер вышел из кабинета в приемную, где сидел его секретарь.
– Мистер Денсинг, – сказал он, – я не могу найти дополнения к завещанию мистера Харрисона. Может быть, вы знаете, где они могут оказаться?
– Я уверен, что они все еще у вашего отца, сэр, – отвечал секретарь. – Он хотел сам посмотреть, что в них изменилось.
– Ну, надсмотрщики! Как я могу считать, что сам сделал работу от начала и до конца, коль скоро либо отец, либо старшие братья обязательно сунут нос в мои бумаги. То, что они старшие компаньоны в юридической фирме, не дает им право постоянно следить за мной, словно я все еще школьник в коротких штанишках и недостоин их доверия.
– Может быть, я принесу вам ваши бумаги, сэр? Они уже освободились, если ваш отец, мистер Синклер, успел их просмотреть.
– В этом нет нужды, Денсинг, – раздался звонкий от сдержанного смеха голос. – Я уже сам возвращаю их, исправленные, проверенные и полностью готовые на подпись.
– И отредактированные в соответствии с твоим стилем, не так ли? – Брентон обиженно нахмурился, обернувшись к отцу. – Ну к чему все это, папа? Уж коли ты даешь мне работу, так почему не доверяешь мне самому довести ее до конца? В конце-то концов, я окончил колледж с отличием, и мне присудили степень вовсе не ради того, чтобы польстить твоему тщеславию. Пока я ходил на лекции, я действительно кое-чему успел научиться.
– И я очень на это надеюсь, – отвечал отец, – иначе получится, что я зря тратил деньги на твою учебу. А такой щенок, как ты, мог бы и не быть столь обидчивым, ведь я иногда проверяю даже твоих старших братьев.
– Вот почему я не удивляюсь, что Дэниел предпочел заняться медициной, – грустно покачав головой, сказал Брент. – Это единственный путь избавиться от твоего всевидящего ока.
– Возможно, – хмыкнул Роберт Синклер, – мне приятно сознавать, что ты вместе с Бобом и Арниппо по сей день пляшете под мою дудку. Ну а когда ваша троица доведет меня до язвы желудка – а я не сомневаюсь в подобном исходе, – то я обращусь за помощью к Дэнни – и надеюсь, что он не заставит меня платить по его счетам.
– Ага! Я знал, я всегда знал, что ты позволил ему не заниматься юриспруденцией с какой-то задней мыслью!
– Ведь я же не дурак, – лукавый огонек в карих глазах отца зажег похожий отсвет в глазах сына. – Никогда не забывай об этом и возблагодари того, кто наделил тебя твоим хваленым интеллектом!
Брент поднял брови в шутливом недоумении:
– Господа Бога? – спросил он невинным тоном. – Или, возможно, нашу матушку? Или дедушку Генри?
– Полагаю, из всех перечисленных персон благодарить следует лишь в некоторой степени Господа Бога, – важно пожимая плечами, сказал Роберт. – Что касается твоей матери, то она добрейшая леди, но ума у нее не наберется и с наперсток. Равно как и у ее папеньки. Однако если ты осмелишься пересказать матери то, что сейчас услышал, то я выдеру тебя, а потом запру в дровяной сарай.