Останься со мной...
Шрифт:
Расположившись возле большого дерева, села читать и учить. Точнее попыталась, потому что Данил меня постоянно отвлекал.
— Тебе больше мать не звонила? — спросил он, жуя бутерброд.
— Нет.
Еще одна больная тема. Нужно как-нибудь их проведать, какая-никакая, но мать. Вот сейчас разберется Даник со своими делами, и я ее проведаю. Не думаю, что мне будут очень там рады, но все же…
— Тебе неприятно о ней говорить?
— С чего ты взял? — удивилась я.
— Ну, просто ты сразу задумалась, и лицо стало такое несчастное,
— Просто думаю, что мне придется все-таки съездить к матери.
— Мы поедем туда вместе, и это не обсуждается.
— Хорошо, — покладисто согласилась я.
В любом случае он не сможет постоянно меня контролировать, забегу после универа, а потом скажу уже, что съездила. Не хочется мне туда вести Даню. Опять начнутся угрозы и оскорбления, а я не хочу, чтобы он это слушал.
— Что-то ты быстро согласилась, — хмыкнул Даник. — Ангел, даже не пробуй поехать туда самостоятельно, ясно? Узнаю — а узнаю я в любом случае — отшлепаю.
— Уже боюсь, — засмеялась я.
— Лин, я серьезно. Не хочу подвергать тебя опасности.
— Дань, она моя мать! Может, и не лучшая, но мать.
— Знаю, но я знаю и то, как она с тобой обходилась.
— Все, закрыли тему. Мне нужно учить, а ты меня отвлекаешь.
Даник замолчал, а я снова взялась за конспект. Не успела дочитать тему, как почувствовала горячую ладонь на спине. Забравшись под кофточку, Даник нежно, кончиками пальцев стал чертить узоры.
Мне нравилось, но еще немного, и я не смогу заниматься.
— Ангел, — прошептал он, страстным и хриплым голосом.
— Даня, ты решил меня соблазнить?
— А это возможно? По правде сказать, есть у меня такая мысль, — мурлыкнул Даник, целуя меня за ушком.
Поскольку я лежала животом на одеяле, ему не составляло труда ласкать меня. Дыхание стало тяжелеть, хотелось плюнуть на конспект и повернуться лицом к любимому. Задавив это желание на корню, я попыталась вникнуть в текст. Вместо русских букв, мне казалось, что я пытаюсь понять арабский текст. Смысл написанного упорно не хотел пониматься, а Даня продолжал меня ласкать вроде и легко, но так, что мне уже стало трудно дышать.
То нежно поцелует, то погладит, а мне разрывайся между ним и учебой.
— Я сейчас уйду в дом, если ты это не прекратишь, — пригрозила я.
— Что "это"? — спросил Данил, щекоча мою шею своим дыханием. — Ангелок, я просто лежу рядом.
— Ага, и попутно с ума меня сводишь.
— Ну, есть такое дело, — хмыкнул он. — Сложно, знаешь ли, удержаться, когда ты рядом со мной.
Повернувшись к нему лицом, я попала в плен его глаз. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, не отрываясь. Потом Данил начал целовать мои губы, и думать или сопротивляться, решительно не расхотелось.
Спустя полчаса, я снова вернулась к конспекту. Даня лежал рядом, довольно улыбаясь, как кот, который съел крынку сметаны. Хотя, на кота он не похож, скорее уж тигр.
— Ангел?
—
— Спасибо тебе.
— За что, Дань?
— Просто за то, что ты есть.
После его слов стало так тепло и весело, что захотелось прыгать на месте и кричать о своем личном счастье, но естественно, что я этого не сделала. Кивнув, поцеловала его, слегка прикоснувшись к губам.
— Тебе спасибо, что ты появился в моей жизни, — прошептала я, глядя в его глаза.
— Лина, не надо так на меня смотреть, иначе я снова не дам тебе заниматься, — на полном серьезе попросил Данил.
Засмеявшись, я отодвинулась от него и углубилась в тетрадь.
Домой мы зашли, когда на улице стало заметно холодать.
— Иди в комнату, — сказал Даник. — Я сейчас кое-что проверю и подойду.
Кивнув, я пошла на второй этаж. В комнате Славы было тихо, как впрочем, и в Сашкиной, надеюсь, что они сейчас вместе спят, а не поубивали друг друга.
Александр Дротов
Сказать, что мне не понравилось видеть, как Слава обнимает Матвея, это вообще промолчать. Какого моя девушка зажимается с бывшим?! Желание поставить Моте фингал, а маленькую — наказать, стало почти нестерпимым.
На мой закономерный вопрос, содержащий требование объяснить, какого хрена тут вообще происходит, Слава отреагировала довольно странно — начала защищать этого недоумка. Правда, через минуту и его заткнула, наверное, чтобы мне не обидно было, но все равно от ревности это не спасало. Похоже, что кое-кому нужно уяснить, что я её никому не отдам, а то, что моё — лучше даже мысленно не трогать, не то, что пытаться руками пощупать. Интересно, она действительно думает, что мы с Матвеем сейчас помиримся, обнимемся и всплакнем на плече друг друга от счастья и умиления?
Наш почти семейный скандал прервал Данил, предложивший заканчивать страдать ерундой и заняться тем, ради чего мы все тут непосредственно собрались. Не спорю, мысль здравая, но я там сейчас не особо нужен, потому решил все-таки поговорить с маленькой и прояснить некоторые моменты.
Улучив момент, когда вся честная компания отвлеклась, подхватил Славу под руку и уволок подальше от нескромных глаз. Поскольку разбираться с любимой девушкой, когда рядом толкутся подозрительные личности, мне не хотелось, то сразу отвел её на второй этаж.
— Это что вообще такое?!
— Прежде чем рычать, просто спросил бы, — маленькая встала передо мной, скрестив руки на груди и вздернув подбородок.
— О чем именно?
— Обо всем! Что бы там ни думал, но Матвей мой друг. Да, мы с ним ошиблись, что решили встречаться, но я к нему привыкла! — оскорблено хмыкнув, она развернулась и потопала в свою комнату. Только кто ж ей даст убежать, пока мы все не прояснили?
— Слав, я понимаю, что у вас дружба давняя и взаимная, но мне не нравится, что он постоянно крутится рядом, да ещё и облапать тебя норовит.