Останься со мной

Рейнова Яна

– Не переживай, Йен тебя не побеспокоит, - с тонкой ноткой радости прозвучали такие горькие для Нины слова Криса. – Я чуть позже к тебе зайду.

– Ладно, Крис, - разочарованным, тихим голосом промямлила Нина, - увидимся позже. Еще раз спасибо, что прикрыл меня.

– Я всегда рад тебе помочь, - твердо проговорил Крис, плеща смелостью и уверенностью. – До встречи.

Нина мгновенно положила трубку, забросив телефон подальше от себя. Девушка знала, что Йен не сдастся, пока она не поднимет трубку. В этот момент красавице хотелось отгородиться от всего тяжёлого мира за устойчивыми стенами своего уютного уголка –

отельного номера. Болгарка раскинулась на тёплой кровати во весь рост, даже не снимая одежду и туфли. За декольте лёгкой розовой футболки виднелись очертания изящной груди. На тонкой шее блестела золотая цепочка фигурного плетения, кулон в форме сердца едва не доходил до линии груди. Тёмные кудри природной красоты водопадами рассыпались на подушках. Нина с задумчивым видом смотрела в потолок, не отводя глаз, словно погрузилась в одурманивающий сон. Пьянящую тишину нарушил настойчивый стук в дверь, который с каждой секундой лишь усиливался.

Нина с неохотой поднялась с кровати, почувствовав дребезжащий ток, пробежавший по бурлящей крови. Кареглазая красавица накинула на продрогшие плечи чёрный пиджак и последовала к двери. Человек, ломившийся в дверь, перестал стучать, как будто почувствовал тихие, тонкие шаги девушки. Дверь со скрежетом открылась. Нина пришла в невозмутимый ужас, когда увидела до боли знакомый образ, стоявший прямо перед ней. Это был Йен Сомерхолдер, непреодолимый источник всех её страданий и мучений. Его сапфировые глаза ослепляли какой-то удивительной неуверенностью и страхом. Нина заметила, как его упругие грудные мышцы вздрагивают под давлением черной рубашки. Он пристально смотрел на перепуганную Нину, замершую на месте от неожиданности.

– Йен… - растерянно выдавила из себя Нина. – Что ты здесь делаешь?

– Какой же всё-таки Крис засранец, - недовольно пробормотал Йен, проигнорировав вопрос Нины. – Я сразу понял, что он мне врёт.

– Ты не ответил на мой вопрос, - серьёзно проговорила Нина, не сводя с Йена глаз. – Почему ты здесь?

– А почему ты избегаешь меня? – томным голосом протянул Йен, подступая ближе. – Почему ты игнорируешь мои звонки?

– Я не вижу во всём этом никакого смысла, - с горечью произнесла Нина, и её голос невольно начал дрожать. – Нам не стоит больше общаться вне съёмочной площадки, Йен.

– Я не согласен с тобой, - решительно воскликнул Йен, и в его глазах заискрилась тревога. – Позволь мне войти. Мы должны серьёзно поговорить.

Нина услышала, как её встревоженное сердце забилось с неистовой силой, словно тяжёлым молотом ударяли по металлу. В висках лихорадочно пульсировала кипящая кровь, не давая возможности отчётливо думать и говорить. Правая рука невольно вздрогнула, но, начертив в воздухе плавную линию, лёгким движением позволила смятенному парню войти. Нина и Йен впервые за долгое время вновь оказались наедине в одной комнате, где их отделяли друг от друга лишь крохотные шаги. Йен замешкался перед началом трудного разговора и с неспокойным видом упал прямо в кресло с нежно-кремовой обивкой. Нина не могла найти себе места, поэтому лишь лихорадочно мяла пальцы, смущённо опустив глаза. Взгляд голубоглазого брюнета притянуло маленькое золотое колечко с красным камешком, которое Йен подарил Нине год назад на их третью годовщину.

«Господи, Нина до сих пор не снимает его, - всепоглощающее чувство вины разбивало голову Йена

горькими мыслями. – Я помолвлен и скоро женюсь, а Нина по-прежнему носит это кольцо. Что бы это значило: она носит его как память обо мне или же из-за любви ко мне, что ещё не увяла?».

– Ты до сих пор носишь его, - с нелепым видом пробормотал Йен, впившись любопытным взглядом в золотое кольцо на пальце Нины. – Почему?

– Да, и я всегда буду носить его, - с гордостью провозгласила Нина, и в её голосе зазвучала ядовитая грусть. – В память о любви, которая подарила мне немыслимое счастье.

– Так значит, это просто память, - раздосадовано проворчал Йен, отводя глаза в сторону. – Я так и думал.

– Я ношу его в память о тебе, - дрожащим голосом заговорила Нина, подняв полные слёз глаза на Йена, - о человеке, который перевернул мой мир и заставил поверить в счастье. В память о мужчине, которого я всем сердцем и навсегда полюбила.

– Навсегда? – изумленно спросил Йен, резко поднявшись с кресла. – Навсегда полюбила?

– Да, Йен, ты не ослышался, - смятенно прохрипела Нина, не сдерживая горьких слёз. – Полюбила навсегда.

Нина повернулась к ошарашенному парню спиной, пытаясь скрыться от его пробирающего до глубины души взгляда. Она не хотела искать в его кристально-чистых глазах луч надежды. Вдруг кареглазая красавица почувствовала на своём запястье тёплую ладонь Йена.

– Стой, не убегай от меня, - умолял Йен тихим голосом, крепко держа Нину за руку. – Не нужно скрывать то, что ты чувствуешь на самом деле.

– А что ты чувствуешь на самом деле? – неожиданный вопрос Нины насквозь пронзил сердце Йена огненной стрелой.

Этот колкий и жестокий вопрос застал его врасплох и заставил задуматься о многом. Не раз Йен задавался вопросом о том, правильно ли он поступает и не торопиться ли. Идея скорой свадьбы настигла всех внезапно. Никки стала для него лучшей девушкой, которая понимает с полуслова, доверяет и любит до безумия. Но была ли эта любовь взаимной, Йен так и не смог понять до конца. Ведь не так давно брюнет жил лишь одной мыслью: Нина Добрев должна стать его будущей женой, потому что она – его судьба.

– Передо мной стоит прекрасная девушка, - наконец, нарушил затянувшееся молчание Йен, выдавливая из себя слово за словом, - в которую я влюбился почти четыре года назад. Она всегда была рядом, понимала меня, поддерживала и награждала бескорыстной любовью. Я любил её всем сердцем и был немыслимо счастливым лишь от мысли, что рядом со мной находится родная душа.

– Но ты говоришь в прошедшем времени, - с невообразимой болью произнесла Нина, и обжигающие слёзы закапали на сильную руку Йена. – Ты должен жить дальше, потому что заслуживаешь быть счастливым.

Нина попыталась отдёрнуть руку, чтобы забиться в укромный уголок и отдаться на съедение собственным страданиям и жестокой боли. На миг девушке показалось, что в сердце что-то оборвалось, рассыпавшись грудой режущих осколков. Йен не собирался её отпускать и притянул к себе ещё ближе так, что Нина могла слышать его прерывистое дыхание и учащённое сердцебиение.

– Ты неправильно всё понимаешь, Нина, - серьёзным тоном заговорил Йен, и Нина увидела в его кристально-чистых глазах едкую тоску и острую боль. – Никакие события в моей жизни не могут изменить того, что я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя, Нина Добрев.