Останься Собой Иной
Шрифт:
– А вдруг людей осталось совсем мало, и они не умеют всё это делать. Может они где-то живут небольшими сообществами, развивают сельское хозяйство или что-то вроде того, – я верила в такую вероятность всего на пять процентов. Я бы очень хотела, чтобы это оказалось правдой, но видимо уже выросла из подобных иллюзий и не грела себя надеждами. Я вздохнула и не стала ничего отвечать.
Порой я строга с мальчиком в попытках вырастить самостоятельного и сильного духом парня, но сейчас совершенно не хотелось окунать его в трясину реальности. Пусть немного помечтает, позже сам во всём убедится.
Лес не заканчивался, и дорога казалась вечной. Птицы напевали свои неповторимые мелодии, изредка
Наконец мы дошли до развилки. Асфальтированная дорога уходила влево, а грунтовая тропинка вела в деревню напротив. Мы ушли немного в глубь леса, чтобы нас не было видно с дороги и деревни, развели костер у большого ветвистого дуба. Я разделала зайца и повесила его над костром. Закинула в огонь две консервированные банки с гречкой, а Ник закрепил два гамака на толстых ветках. Тележки мы спрятали в высокой траве.
Усевшись на спальники у дуба, мы ели вкуснейшего жареного зайца в прикуску с уже приевшейся гречкой. Разогрели воду в миске и выпили крепкого чая. Рэму достались недоеденные остатки зайца и кости.
Я опёрлась о могучий ствол дерева и посмотрела на мальчика. Он сидел с закрытыми глазами. Несмотря на свой десятилетний возраст, Ник выглядел и рассуждал как полноценный подросток. Его макушка достигала моего кончика носа, а мой рост составлял почти сто семьдесят сантиметров. Худощавое, но жилистое телосложение. Его русые, короткие волосы выгорели на солнце, а кожа выглядела смуглой. Глаза – серые с голубым ободком вокруг зрачка, курносый нос и пухлые губы. Он очень похож на свою маму, от отца у него только цвет глаз и конституция тела.
Перед тем как залезть в свой гамак для ночлега, я сделала два силка на мелкую дичь. Солнце уже клонилось к закату. Засыпали костер землёй, убрали все вещи в сумки, переоделись в тёплую одежду и полезли в спальные места. Для Рэма мы тоже придумали способ для безопасного ночлега, он спал с кем-то из нас прямо в гамаке. Поводок заранее прицепили к шлейке и Ник подтянул его к себе. Пёс на столько привык к подобным манипуляциям, что нисколечко не нервничал.
Солнце еще не село, но в лесу уже было темно и прохладно. Нас было не видно. Пушистая крона надежно укрывала нас от чужих глаз и возможных ночных осадков. Мы висели в пяти метрах над землей. Прежде чем лечь на такой высоте, я всегда десять раз перепроверяю все узлы. Как же хорошо прилечь и расслабиться после долгой и напряженной ходьбы: ноги гудели, спина ныла от тяжелой ноши, мышцы на плече онемели и сильно кололи. Каждая клеточка ныла и требовала отдыха. Гамак мне казался мягкой периной.
– Ты скучаешь по своим родителям? – неожиданно задал вопрос Ник. Почти шёпотом, так как мы лежали в полуметре друг от друга, я хорошо его слышала.
– Иногда мне не хватает отцовского совета или нежности мамы, – призналась я. – А ты?
– Мне очень их не хватает, – немного погодя он продолжил, – помню одним вечером я был у себя в комнате и услышал, как мама с папой ругаются между собой. Такое бывало очень редко, но в этот раз они громко кричали. Когда я вышел из комнаты, папа уже обулся и уходил, а мама была на кухне и вытирала слёзы. Я подошёл и обнял её. До сих пор помню запах её сладких духов, она всегда ими пахла. Папа пришёл поздно ночью, а я уже спал с мамой. Он лёг к нам и обнял её, они долго разговаривали шёпотом. Папа часто говорил, как любит меня и маму. А на следующий день я не пошёл в сад, родители решили
– Также я думала и про своих родителей. Если они лабораторные и мы кого-то из них встретим, нам не жить. Я не смогу пустить пулю в лоб кому-то из них.
– Знаю, – Ник шмыгнул носом.
– Помнишь Тимохиных из тридцатой квартиры? Ох, какие они были душные, – я решила перевести тему. – Если их не сожрали, то они и лабораторными останутся такими же нудными. Тётя Вера вынесла мне весь мозг тем, что я якобы скручиваю лампочки у лифта. А потом ещё соседей подговаривала.
– Так это не ты делала? – искренне удивился Ник.
– Нет! На кой они мне вообще сдались? – возразила я. – А дядя Игорь как будто караулил, пока я выйду курить. Стоило мне только затянутся, уже шаркал в засаленных тапочках! А он даже не курил. Делал вид, что проверяет почтовый ящик и случайно натыкался на меня, – вспомнила я мерзкого Тимохина-старшего. – Рассказывал байки про свою разгульную молодость.
– Он, кажется, к моей маме подкатывал. Папа ходил разбираться.
– Да, я помню этот масштабный скандал, и как тётя Вера полночи орала на своего мужа, – я тихонько засмеялась.
– Чудилы, – Ник хмыкнул в ответ. Кажется, удалось немного перевести разговор.
Минут пятнадцать мы лежали молча и думали о своём. Тот полицейский, Александр, часто звонил и помогал собрать всё необходимое. Порывался даже приехать сам, но, как я поняла, он был уже далеко за городом, поэтому не хотела и его подвергать опасности. Пока связь не пропала, мы с Сашей часто созванивались. Из разговора я узнала, что своих родителей и сестру он потерял в похожей ситуации, придя домой с ночной смены. Я успела дать ему наш новый адрес, но через пару часов связь пропала.
– Доброй ночи, – подавляя зевоту, шепнул Ник.
– Спокойной ночи, – в ответ прозевала я, но не лишила себя удовольствия зевнуть полноценно.
Ночь была светлой, луна хорошо освещала весь лес. Проснулись ночные птицы, за много километров завыл волк и у меня побежали мурашки. Наверное, я никогда не привыкну к этому. Хоть я и понимаю, что на дерево волк не залезет и у нас есть оружие, но сам звук нагоняет жути и пронизывает до костей.
Первая ночь за пределами дома всегда тяжелая. Я потеплее укуталась, накинула капюшон на голову и провалилась в сон. Из сна меня вырвал женский крик. Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. Была ещё ночь, сознание медленно приходило и с собой привело страх. Я повернула голову и увидела Рэма, смотрящего в сторону деревни. Он дал понять, что мне не показалось.
– Зоя? – шепнул мальчик.
– Слышала, – прошептала я в ответ, сбрасывая остатки сна.
Внутри начала происходить немая борьба. Может стоит посмотреть? Нет, я не сумасшедшая из фильмов ужасов, которая идёт в лапы маньяка из любопытства. Нам нужно разведать обстановку, может где-то горит костёр или из окон горит свет. Если там кто-то живёт, значит нам нет смысла обыскивать дома. Они уже пусты. А вдруг там такие же как мы – люди, которые выживают и прячутся как мышки. Может мы сможем узнать что-то новое: телевиденье не работает, радио молчит, последние новости мы видели, когда закончилась мобильная связь. А вдруг у них тут целое поселение? Я не исключаю тот факт, что они могут быть людоедами или плохими парнями, которые мучали сейчас несчастную жертву.