Остатки

Requiem for a dream

– Конечно, тебе всегда можно. Как спалось?

По правде Сэту следовало ответить, что он совсем не спал, так как извращенные образы не давали сну подойти хотя бы на сто метров ближе к сознанию.

– Прекрасно.

И так незаметно, как вода сквозь пальцы, исчезли недомолвки. Все осталось во вчерашнем дне, заключенном под мощный замок. Эта прижившаяся черта их отношений прочно пустила корни.

– Сегодня такой приятный ветер, – снова закрывая глаза и откидывая голову на спинку, облегчено вздохнул принц.

Сегодняшнее утро было свободным по графику, так как готовилась свита для поездки в другой штат для составления договора о мире.

Бывший учитель ничего не ответил, а только сел рядом и впервые внутри кровь забегала быстрее от чувства, что это маленькое творения Афродиты сидело и не подозревало ничего необычного.

– Когда отправляемся? – спросил Нетроут.

– Думаю, после обеда.

– Что, не спал? – с издевкой в голосе спросил парень.

Но Джей не отреагировал дерзостью на его выпад. Он просто приоткрыл глаз, посмотрел на него, думая, в порядке ли его телохранитель, а потом очаровательно улыбнулся, снова закрыв веки.

– Не спал.

– Сказал бы что мило, если бы не… – усмехнулся Сэт.

– Это ты сейчас о чем?

– Да так.

– А подробнее?

– Не скажу, – улыбнулся парень.

– Ты упрямый, – проявив безрассудность, принц положил голову на колени парню, таким образом, приняв лежачее положение.

– А ты наивный.

– Скорее доверчивый, – отрицательно поднял палец он.

– Не слишком своевольно себя ведешь?

– Хм… Ты против? – наконец прямо посмотрев на телохранителя, спросил подросток.

– Не то чтобы, но это опрометчиво.

– Опрометчиво то, что ты себя выдаешь, – резко раскрылся принц, поднимаясь. И сказал это с таким видом, когда подозреваемому говорят, что он попался: с толикой сочувствия, жалости, злости и уверенности, но ему говорят об этом.

Сэт посмотрел на его спину широко раскрытыми глазами.

– О чем ты?

– Думаешь, я не вижу? Сэт… твой взгляд, – нехотя намекнул Джей.

– А что с ним?

– Он не такой, как раньше. Теплее, что ли. Твоя терпеливость теперь не принужденная, а саморождающаяся. Я долго присматривался, думал, мне кажется. Но ты так выдаешь себя.

– Выходит, зря я из себя злого дядю строил. Нужно было догадаться. Ты же самый проницательный, – без тени иронии проговорил парень. Горечь, перекачиваемая сердцем, разносилась по всему телу.

– Прости, нужно было аккуратнее. Я бесчувственная скотина, – присаживаясь перед ним на корточки, посмотрел по-настоящему теплыми глазами, в которых вспыхивала жалость, сейчас так похожая на преданность.

– Все нормально.

– Тебе, наверное, будет тяжело со мной ехать. Оставайся, я пойму. Приди в себя, съезди к друзьям. Развейся.

– Ты так сильно любишь его? – вместо ответа спросил парень.

– Я…- подросток оборвался. Любит? До этого

момента он как будто не сомневался в своих чувствах, но так прямо поставленный кем-то посторонним вопрос, заставил его за доли секунды усомниться во всем, что было. С чего вдруг? Не потому ли, что его задал Сэт – человек, который, скорее всего, знает его лучше, чем кто бы то ни было.

Но Сэт воспринял это, как согласие. Так уж выходит: когда человек безнадежно влюблен, он остро переживает отказ, делая акценты на каждой мелочи, делая из нее проблему мирового масштаба, и начинает видеть все в пессимистичном свете.

– Все нормально, принц, – так часто в шутку он называл подростка, дружески похлопав по плечу – Я поеду. И сделаем вид, что ничего не было.

Что мог ответить Джей?

– Тогда будь готов к полудню, – тускло отозвался принц, поникнув. Словно это ему сейчас отказали.

Встав, мальчик вышел из комнаты. Тот, кто сейчас больше всего нуждался в отдыхе и раздумьях – был он сам.

Возражать было глупой затеей. Оставалось только подчиниться и поддержать идею телохранителя.

– Когда ты вернешься? – спросил Сэм, отменив несколько заседаний, чтобы проводить любимого.

– Не знаю. Как только разберусь с делами – сразу приеду обратно, – неопределенно повел плечом подросток. Он усердно делал вид, что с ним все в порядке, но слова путались, отказываясь связываться в фразы, и взгляд все никак не хотел фокусироваться на короле. Было ощущение, что ему стыдно за то, что он знает, что Сэт чувствует к нему.

– Что такое? Волнуешься? – проведя по щеке, взволнованно спросил он.

– Да. Именно волнуюсь, – слегка резко ответил Дикинс, но быстро оступился, смягчившись – Не так часто приходиться выезжать за пределы государства.

К слову сказать, Джею нужно было во внешний мир. Но это последнее, о чем волновался подросток. Поездка вообще не особо волновала его.

– Ладно, нужно ехать, – заметив, как Сэм готовиться сказать что-то важное, якобы случайно прервал он еще не сказанную мысль – Отдыхай побольше.

Вместо привычного поцелуя в губы, он кратко коснулся щеки короля и сел в машину.

Сэм находился в замешательстве. Что произошло за такое короткое время? Всего пара часов, не больше. Очередной каприз любимого?

Посмотрев на Сэта за возможностью ответа, встретился с наглым выражением лица и глазами, бросающими вызов, наглой ухмылкой, прорезавшей губы. Облокотившись на машину, он по обыкновению сложил руки крестом и, отправив продолжительный и значительный взгляд, сел в машину следом за принцем.

– И что это было? – тихо спросил Сэм после отъезда.

– Я совсем странно себя вел? – обеспокоенно глядя в окно и отвернувшись от Нетроута, проговорил принц, нервно сжимая подлокотник, отделяющий его от телохранителя.