Шрифт:
Вместо предисловия
Когда-то давным-давно гнэльфы жили и там, и сям, и даже повсюду. Но потом народу на земном шаре потихоньку прибавилось, и гнэльфам пришлось ужаться и поселиться в пределах нынешней территории. Старейшины гнэльфов срочно провели границу, а их жены придумали и сшили красивый красивый государственный флаг из разноцветных лоскутков. Потом самый мудрый и грамотный гнэльф по имени Альтерфатти заперся на три дня и три ночи в своем кабинете и сочинил за этот кратчайший срок для сородичей Конституцию и Свод Законов. Когда с формальностями
Глава первая
Однажды в Гнэльфбурге на Яблоневой улице появилось настоящее чудовище. Тихо повизгивая и покряхтывая, оно проползло мимо дома, в котором жил Крюшон, и остановилось в тупичке на ничейной территории в тени двух каштанов. Это чудовище было стареньким ржавым трейлером, с вмятинами на боках и запыленными окошками, задернутыми изнутри линялыми занавесками. Тащил трейлер такой же древний, как и он сам, автомобиль синего цвета, покрашенный почему-то в отдельных местах ядовитой оранжевой краской.
– Интересно, кто бы это мог быть? – спросил Крюшон своего долговязого приятеля Морса и кивнул на странную чудо-технику.
– Наверное, путешественник…
Морс почти угадал: за рулем автомобиля сидел старый морской волк Торнадо Нордвест, известный всему Гнэльфбургу бродяга и скиталец, ушедший полвека назад из отчего дома на поиски приключений и только теперь вернувшийся к родному очагу.
– Привет, ребятишки! – сказал он, вылезая из тесной машины, и дружески помахал Крюшону и Морсу загорелой рукой. – Когда-то здесь, – Торнадо ткнул указательным пальцем куда-то вниз себе под ноги, – стояла хижина старины Нордвеста. Ее случайно не смыло волной во время шторма?
– Нет, – ответил ошарашенный странным вопросом Крюшон, – не смыло. – Он перевел дыхание и торопливо добавил: – Сколько себя помню, тут ни волн, ни шторма не было, одни каштаны и клумбы, да еще наш дом! А господин Нордвест давно отсюда уехал.
Седенький гнэльф, услышав его слова, печально вздохнул:
– Этого и следовало ожидать… Что ж, остались наши каштаны, а это уже немало!
Он похлопал ладонью по стволу старого дерева и принялся отцеплять автомобиль.
Морс и Крюшон подошли к нему поближе и спросили хором:
– Вам не помочь?
– Спасибо, ребятки, но я привык все делать сам. – Старичок на секунду оторвался от своей работы и протянул мальчикам мозолистую ладонь: – Будем знакомы: Торнадо Нордвест, в прошлом – моряк, а теперь – пенсионер. Ваш земляк и сосед, между прочим!
– Мы о вас кое-что слышали, – признался Крюшон, – в Гнэльфбурге о вас помнят.
– Я был первым из тех, кто стал моряком. Гнэльфбуржцы раньше не стремились к морю. Один я нашелся такой смелый!
Морс и Крюшон пожали руку старому морскому волку и, назвав свои имена, еще раз предложили помощь.
– Принесите холодной чистой водички
Седенький гнэльф открыл дверцу трейлера, залез внутрь и вскоре выбрался оттуда с большой клеткой в руках, в которой сидел красавец – попугай.
– Знакомься, Круз, это наши новые соседи и друзья!
– Стррелять из ррогатки гррех, – ни с того, ни с сего заявил вдруг попугай и добавил: – Прриятней прроводить врремя на морре: фиррма «Пилигррим» гаррантиррует ррадостное настрроение и укррепление вашего здорровья!
– Скорее воды! Крузейро начал заговариваться! – испугался старик Торнадо и поставил клетку в тень.
Морс и Крюшон со всех ног бросились за водой. Когда попугай напился и немного пришел в себя, он заявил:
– Прроклятая жарра! Мог бы сварриться! Прропасть в ррасцвете лет – прреступление!
После чего внимательно посмотрел на юных гнэльфов оценивающим взглядом и веско изрек:
– Хоррошие рребята! Гррех не подрружиться!
– Я тоже так думаю! – расплылся в улыбке его хозяин.
Глава вторая
С этой минуты Морс и Крюшон стали постоянно пропадать у морского волка в его стареньком трейлере. Рассказы Нордвеста о былых путешествиях по морям и океанам буквально околдовывали юных гнэльфов, иногда мальчишкам даже начинало казаться, что они в этот момент не сидят в тесном домике на колесах, а находятся на белоснежной яхте где-то далеко-далеко от Гнэльфбурга и открывают новые земли и новые острова.
Попугай тоже охотно слушал истории своего хозяина, но иногда позволял себе нахальство прерывать их плавный ход какой-нибудь репликой. Так, например, когда Торнадо Нордвест рассказывал о сражении с пиратами в Проливе Морской Феи, Крузейро важно сообщил:
– Три дня шли бои, на пятый все смолкло!
А когда Торнадо повествовал о поисках Волшебного Меча на Змеиных Островах, попугай по секрету шепнул Крюшону и Морсу:
– Старрик брредит, на этих острровах прропало сокрровище пиррата Грринго!
Иногда Крузейро и сам принимался делиться воспоминаниями, и у него это получалось не хуже, чем у хозяина. Так вскоре Крюшон и Морс узнали, что разговорчивый попугай – «сиррота с ррождения», но когда-то и у него был родной и любимый брат по имени Артуро, с которым он сидел в «рроскошной и пррекррасной» клетке у одного морского капитана целых двенадцать лет и еще три месяца. Однажды в Сказочном Море произошло кораблекрушение, и капитан перед гибелью судна успел совершить благородный поступок – он открыл клетку и выпустил на свободу братьев-попугаев.
– Крругом был мррак, морре рревело, – рассказывал Крузейро мальчишкам, нервно переступая с лапки на лапку и подергивая головой при воспоминании о былых ужасах. – Грром грремел, рраскат за рраскатом… Морре прроглотило коррабль… Я посмотррел вокрруг – прропали все! Я кррикнул: – «Арртурро! Арртурро!..» Но бррат исчез…
Проговорив эти слова, Крузейро взглянул на Крюшона и Морса, ища у них сочувствия. И найдя его в их добрых и по-детски наивных глазах, он нервно склюнул зернышко у себя под лапками и громко, явно играя на публику, крикнул: