Шрифт:
Глава 1
– Папа, а нельзя ли клад какой-нибудь найти или поехать на золотой прииск, накопать золота примерно на миллиончик?
Такие предприимчивые слова сказал Матвей, ученик пятого класса в школе одиннадцатого микрорайона на окраине пыльного степного города Джетыгары, что на севере Казахстана.
– Можно, – ответил его рассудительный папа. – В озере Шайтанка. Это в Челябинской области, в тех местах, где мы жили. Поищи информацию об этом озере в твоей папке «Все чудеса в одной папке»… Однако не собираешься ли ты отправиться туда в одиночестве? Тебе обязательно
Вот с этой идеи и начинается история группы ребят, которые в начале летних каникул 1992 года решили искать сокровища в таинственном озере Шайтанка.
Матвей – обыкновенный курносый мальчик среднего роста с каштановыми, слегка кучерявыми волосами и карими глазами. Его закадычный друг Серёжа ростом чуть пониже, у него простодушное лицо, бирюзовые глаза с искринкой и светлые, с тёмным оттенком, волосы. Прошедшей весной он познакомил Матвея со своими новыми друзьями Васей и Олегом…
– Правда, Олега мы зовём Цыпой, потому что у него фамилия Цыплаков, – пояснил Серёжа Матвею.
Оба новых друга оказались внешне довольно противоположными личностями: Вася – худощавый, круглолицый и лопоухий парнишка с однозначно слабой конституцией тела, но, как позже выяснилось, неожиданно отличными футбольными навыками. Цыпа, старший из всех четырёх, – настоящий дворовый пацан, с короткой причёской, накачанными мускулами, а также ссадинами и царапинами от многочисленных драк. Следуя своей натуре не скрывать собственное мнение, он уже на первой общей встрече четвёрки скептически произнёс:
– Матвей, для такого похода требуется много разных вещей: палаток, резиновых лодок, мячей… Мячей надо много потому, что я их быстро теряю, а мне нужно заниматься спортом в походе. Ну, позарез! И где же это всё нам взять? В магазинах ничего нет. Э-э, дефинитивный дефицит!
– Ну, кое-что можно взять из дома… Если у кого-то из вас дома хоть что-нибудь есть, – ответил ему Матвей. – Да не волнуйся! Мы с папой видели в универмаге в отделе досуга четырёхместную палатку, ещё резиновые лодки, акваланги…
Вообще их команде, лишь недавно сколоченной, повезло: родители Матвея и Серёжи не без серьёзных разговоров, разумеется, но согласились отпустить своих сыновей-пятиклассников в многодневный поход. Папа Матвея даже активно участвовал в подготовке и снаряжении, что заняло, впрочем, период времени от весенних до летних каникул. Цыпа, живущий одной ногой на улице, ни гроша не получил от своих приёмных родителей в дорогу, но и вымогать разрешение на поездку особо не надо было. А вот Зинаиде Петровне, маме Васи, с которой они жили вдвоём в двенадцатиподъездном монстре напротив дома Матвея и Серёжи, пришлось больше всех поволноваться…
– Вася заболел, – услышал Матвей от Серёжи новость, как гром среди ясного неба. – Сугубо постельный режим.
Что между строк означало: мама всё-таки не разрешила.
Мальчишки в последний раз перед походом собрались у Матвея, и хозяин начал толкать речь. При этом он шнырял туда-сюда по комнате, что являлось его любимым занятием, когда он находился в напряжённом или удручённом состоянии. И сейчас тоже была причина поволноваться: один член команды не мог участвовать в походе!
– Нам осталось, друзья, избрать командира нашей маленькой команды. Кто будет им?
– Я думаю, в командиры
Цыпа был против. Он заявил:
– Лично я выдвигаю в командиры себя!
В связи с тем, что их круг вправду был тесным, голос Цыпы математически уже не имел веса, чем он остался крайне недоволен.
– Ты, Цыпа, лучше будешь типа нашим телохранителем, – успокоил его Матвей, – потому что ты, как мне недавно посчастливилось наблюдать, очень сильный и ловкий.
– Это да!
– Итак, – в заключение сказал командир, – готовьтесь, завтра выезжаем. Но только смотрите у меня…
Обошлось, однако, без дальнейших сюрпризов.
На следующее утро они в полном составе, то есть втроём, встретились у автобусной остановки. У всех были походные рюкзаки за спиной. Ещё не прибыв на железнодорожный вокзал, расположенный в семи километрах от города, они уже конкретно устали в битком набитом людьми автобусе.
Их маршрут поездом пролегал через столицу области Кустанай, далее – через Челябинск до конечной остановки – города Миньяра в западном «кулаке» Челябинской области (если контуры области принять за изображение танцующего человечка). Матвей выбрал Миньяр не случайно, так как жил там и ходил в садик четыре года. Разумеется, из своей драгоценной папки, составленной вместе с папой, он взял с собой в дорогу вырезанную из газеты статью о Шайтанке, бывшей по сути лужей, но невероятно глубокой – аж двести метров! В народе она пользовалась дурной славой. Домашний скот боялся близко подходить к этому озерцу, в котором в Гражданскую войну белогвардейцы якобы потопили несметные богатства. А после Великой Отечественной войны в него бросали боеприпасы. Само название «Шайтанка» происходило от башкирского «шайтан», что означало «дьявол»…
Выбрав Серёжу в качестве походного повара (потому что он посещал кружок кулинарии в школе), ребята беседовали о необъяснимых чудесах: НЛО, снежном человеке, Бермудском треугольнике и других. Информация о них была собрана в папке Матвея, увлечённого этой темой с третьего класса.
«А про чёрный туман-то я им ничего не сказал, – мысленно вернулся Матвей к Шайтанке. – Ладно, озеро и так уже страшное. Зато его дно, если оно вообще есть, наверное, полно сокровищ…»
В поезде приключений не было. Если не считать Цыпу, глубоко уснувшего на верхней койке и нечаянно свалившегося вниз. Его угораздило упасть прямо на столик у окна, за которым Серёжа и Матвей сидели и обедали. Оба отделались лёгким испугом, а Цыпа даже не проснулся.
Юные путешественники прибыли в Челябинск второго июня. За день побывали на Алом поле, в краеведческом музее, в цирке, зелёная зубчатая крыша которого похожа на перевёрнутую крышку от бутылки с газировкой. Дальше их путь лежал в Миньяр, и наблюдать довелось уже совсем иные ландшафты по сравнению с предыдущим отрезком Джетыгара-Челябинск. Прежде была в основном степь, изредка с берёзовыми околками и маленькими озёрами, теперь – самая настоящая лесостепь. Также, конечно, за окном мелькали горы Южного Урала, покрытые густым, в основном хвойным, лесом. Горы сменялись лугами, на которых иногда можно было увидеть одиноко стоящие деревянные домики.