Остров
Шрифт:
— Что это может означать: «наше величайшее, тайное и ужасное сокровище»?
— Не знаю. Возможно, они полагали, что меч обладает магическими свойствами. И что он напугает Окхема. Что-то вроде испанского Экскалибура.
— Сомнительно. Не забывайте, наступил век Просвещения, а Испания была одной из самых цивилизованных стран Европы. Не мог тайный совет императора верить в средневековые суеверия, не говоря уже о том, чтобы решать на их основании государственные проблемы.
— Если только меч действительно не носил в себе печати проклятия, — шутливо пробормотал Хэтч, для большего эффекта широко
Однако Сент-Джон даже не улыбнулся.
— Вы уже показывали эти документы капитану Нейдельману?
— Нет. Честно говоря, я подумываю о том, чтобы послать их по электронной почте старому другу, живущему в Кадисе. Маркизе Гермионе Конча де Гогенцоллерн.
— Маркизе? — уточнил Сент-Джон. Хэтч улыбнулся.
— Вы бы никогда не догадались, глядя на нее. Но она любит рассказывать о своей длинной и славной родословной. Я познакомился с ней, когда работал с «Врачами без границ». Она весьма эксцентрична, ей уже почти восемьдесят, однако она превосходный исследователь, читает на всех европейских языках и знает многие древние диалекты.
— Наверное, вы правы, лучше попросить помощи, если есть у кого, — сказал Сент-Джон. — Капитан настолько погружен в проблемы Водяной Бездны, что у него просто не будет времени в этом разбираться. Вы знаете, вчера, после отъезда страхового агента, он пришел ко мне и попросил сравнить длину и ширину Бездны с данными шпилей различных соборов. Затем он хотел нарисовать опоры, которые используются в соборах, чтобы воссоздать нагрузки исходного шпиля. По существу, сделать Бездну безопасной.
— Так я и понял. Непростая задачка.
— Ну, с технической точки зрения это не так уж сложно, — заметил Сент-Джон. — Самым трудным оказалось провести соответствующие исследования. — Он указал на разложенные на столе книги. — Я потратил остаток дня и всю ночь только для того, чтобы сделать наброски.
— В таком случае вам необходимо немного поспать. Я иду на склад, чтобы взять вторую часть дневника Макаллана. Спасибо за помощь с переводом.
Хэтч забрал папки с архивом и собрался уходить.
— Одну минуту! — остановил его Сент-Джон.
Хэтч остановился, англичанин встал и обошел письменный стол.
— Я уже упоминал о том, что мне удалось сделать открытие.
— Да, вы говорили.
— Оно связано с Макалланом. — Сент-Джон машинально поправил узел галстука. — Косвенно. Взгляните сюда.
Он взял со стола лист бумаги и протянул его Хэтчу. Малин посмотрел на сплошную строку заглавных букв:
ETAONISRHLDCUFPMWYBGKQXYZ
— Бессмыслица какая-то, — сказал Хэтч.
— Посмотрите более внимательно на первые семь букв.
— Е,Т, А, О… — начал читать вслух Хэтч. — Ой, подождите, Эта Онис! Именно ей посвятил свою книгу об архитектуре Макаллан.
Он помолчал, глядя на лист бумаги.
— Это таблица частоты употребления букв английского языка, — объяснил Сент-Джон. — Какие буквы чаще всего используются. Дешифровщики постоянно пользуются этими таблицами в своей работе.
Хэтч присвистнул.
— И когда вы это заметили?
Сент-Джон заметно смутился.
— На следующий день после смерти Керри. Но ничего никому не сказал. Я чувствовал себя ужасно глупым. Подумать только — эта строка была у меня перед глазами с самого начала. И чем больше я
— Как вы сказали?
— Это действительно завораживает. Дело в том…
Неожиданно Сент-Джон замолчал и посмотрел через его плечо.
Хэтч вдруг понял, что Сент-Джон смотрит в направлении комнаты Уопнера, ожидая ядовитого замечания программиста, и посочувствовал англичанину.
— Пойдемте со мной, — предложил Хэтч. — Вы можете рассказать мне по дороге на склад.
— Черная палата, — продолжал Сент-Джон, когда они вышли в утренний туман, — была тайным отделением английской почты. Они перехватывали подозрительные письма, описывали их содержание, а затем вновь запечатывали при помощи фальшивых печатей. Если они сталкивались с шифрами, то обращались в отдел дешифровки. Раскодированный текст обычно отправляли королю или высокопоставленным министрам.
— Неужели в Англии Стюартов кипели такие шпионские страсти?
— Не только в Англии. Во всех европейских странах имелись похожие службы. Более того, считалось, что это весьма подходящее место работы для самых способных молодых аристократов. Если им удавалось расшифровывать сложные послания, они получали денежные премии и выгодные должности при дворе.
Хэтч покачал головой.
— Я об этом даже не слышал.
— Мало того, изучая королевские архивы, я пришел к выводу, что Макаллан мог быть двойным агентом, работавшим на Испанию из-за своих ирландских симпатий. Однако его раскрыли. Он покинул Англию, чтобы спасти свою жизнь. Возможно, его отправили в Америку не только для того, чтобы он построил собор для Новой Испании, но и по другим тайным причинам.
— И Окхем положил конец этим планам.
— Да. Но Макаллан дал пирату больше, чем тот рассчитывал.
Хэтч кивнул.
— Все это объясняет, почему Макаллан так хорошо владел разными шифрами и умел пользоваться невидимыми чернилами.
— И почему его второй шифр был таким дьявольски сложным. Немногим хватило бы мужества сохранить выдержку и решиться создать такую хитрую ловушку, как Водяная Бездна. — Сент-Джон немного помолчал. — Я упомянул об этом Нейдельману во время нашего вчерашнего разговора.
— И?
— Он сказал, что все это очень интересно и что он обязательно вникнет во все детали позднее, но сейчас ему необходимо укрепить Бездну и забрать золото. — Бледная улыбка промелькнула по усталому лицу Сент-Джона. — Поэтому нет смысла показывать ему документы, которые вам удалось обнаружить. Он слишком занят работами в шахте, чтобы думать о том, что не имеет к ним непосредственного отношения.
Они подошли к складу. После первых находок в лагере пиратов простой ангар приобрел более приличный вид. Два маленьких окошка были закрыты решетками, у входа стоял охранник, который внимательно следил за всем, что вносили и выносили со склада.