Острова

Орлов Алекс

Грузовой лифт поднял их на четвертый ярус как раз в тот момент, когда к узким овальным иллюминаторам сбегались все, кто слышал этот грохот.

Примеру прочих зевак последовали и Джек с Шойбле и, прилепившись носами к бронестеклу, увидели перехватчик «сармат», висевший вниз носом.

Он удивительным образом держался рядом с десантным кораблем и совершал плавные движения, раскачиваясь из сторону в сторону, как попавший в реку лист.

– Посторонитесь! Отойдите! Всем отойти от стены – немедленно!

Джек узнал этот голос,

не было нужды оборачиваться, чтобы понять, что это майор Браун, отвечавший в отряде летчиков за внутреннюю безопасность. А может, он отвечал за весь корабль, ведь СГБ своих структур не открывало.

– Уйдем? – спросил Шойбле.

– Ну вот еще. Будем стоять, пока не оттащат. Эй, смотрите, пилот внутри кабины, кажется, он просит о помощи!

После этого сообщения Джека в коридоре поднялся невообразимый гвалт, и все, кого майору удалось отогнать от иллюминаторов, снова бросились к ним, ведь там за прозрачным колпаком кабины действительно был виден пилот. Он сбросил шлем, колотил руками по «фонарю» и что-то кричал.

– Эй, смотрите – эвакуатор!

И действительно, откуда-то сверху, с ремонтных ярусов, к беспомощному истребителю стал подходить буксир с манипуляторами. Заметив его, пилот возбудился еще сильнее.

– Наверное, кислород кончается, – предположил Шойбле.

– Ужас просто, – вздохнул Джек, невольно почувствовав удушье.

– А ты знаешь… Мне кажется, он похож на Реми.

– На Реми? – переспросил Джек, и в этот момент кабину закрыл клепаный корпус буксира. Он спеленал истребитель сочлененными манипуляторами и, коротко отрабатывая двигателями, стал разворачиваться в сторону шлюзов ремонтных ярусов.

38

Когда буксир со своей добычей исчез, смотреть стало не на что, и Джек с Шойбле отошли от иллюминатора. Майора Брауна уже не было.

– Хорошо бы к ремонтникам сунуться, посмотреть, Реми это или нет, – сказал Шойбле.

– Ну, туда-то нас точно не пустят. Ты видел, какие там ворота?

– Видел. Никакие часовые не нужны.

И приятели были правы, потому что закрытыми оказались не только ворота ремонтных ангаров, но даже сам выход на ярус, поэтому, потоптавшись перед створками, перекрывавшими выход из лифтового холла, они отправились восвояси, а за двумя рядами ворот тем временем проходила операция по спасению пилота.

Машина была заведена в просторный бокс, в который снова закачали воздух, и затем осторожно, под защитой изолирующих костюмов с дыхательными масками, к ней стали приближаться две бригады ремонтников.

Чуть поодаль у стены, тоже в герметичном костюме, находился командир летного отряда полковник Стоун.

Майор Браун шел вместе с бригадой спасателей, он должен был лично убедиться в состоятельности лейтенанта Ренатто.

Рядом с ним следовал врач, вооруженный целым набором инструментов, в том числе анализатором, определяющим стабильность материи, в данном случае это было не лишним,

поскольку дистанционные анализаторы еще до заведения истребителя в док определили на его корпусе признаки нестабильности.

Поначалу даже представитель производителя и главный инженер ремонтной службы не были уверены, что обшивка машины на воздухе не загорится, но повторные измерения показали, что этого не случится, и тогда было получено разрешение на спасательную операцию.

– Сэр, мы ждем вашего приказа, – произнес по радио бригадир спасателей.

– Действуйте, сержант, – ответил майор Браун, поочередно подключаясь к панорамным камерам, которые снимали все происходящее со стен бокса.

– Начали, – скомандовал бригадир, и тотчас к истребителю подкатили две платформы с лесенками.

– Как думаете, доктор, он еще жив?

– Трудно сказать, майор, вроде бы шевелится, но…

– Это могут быть судороги?

– Все, что угодно, учитывая обстоятельства, в которых он оказался.

– Сэр, они подцепили фонарь! – сообщил бригадир. – Снимать?

– Снимайте, сержант, – разрешил Браун.

Щелкнули захваты, гидравлика разомкнула замки, и колпак из бронированного стекла штатно поднялся и встал на стопор.

– Как будто порядок, а, сержант?

– Как будто, сэр.

– Доктор, вы готовы? – спросил Браун.

– Готов.

– Тогда – вперед. Сержант, обеспечьте доктору доступ к пилоту.

– Есть, сэр. Прошу вас, доктор.

Доктор начал взбираться по лесенке, не расставаясь с металлизированным чемоданчиком и приемником спектрометра на запястье.

Браун нервно покосился на висящие под плоскостями истребителя ракеты. Четыре штуки «бласт-четыреста». Одна такая ракета могла разнести треть этого корабля, а уж четыре… Разумеется, они не были поставлены на боевой взвод, но все же.

«А не могли норзы намеренно испортить машину?» – подумал майор. Вот только вопрос, как это можно сделать? Нужно хорошо разбираться в такой технике – это раз, нужно пройти несколько уровней охраны – это два, и, наконец, нужно находиться на этом корабле, но и это майор Браун очень даже допускал. Десять тысяч военных – это почти наверняка шпион, а то и пара.

Во все сферы человеческой деятельность норзы с фризами напихали столько агентов, что они порой начинали следить друг за другом, из-за чего часто попадались в руки контрразведчикам.

39

Доктор добрался до открытого фонаря, и Браун весь превратился во внимание. Вот доктор сунул в кабину тестер, потом убрал его и достал из чемоданчика еще какие-то приборы.

Брауну так и хотелось окликнуть его, дескать, ну как там?

Снова подключившись к панорамным камерам, майор заметил, что как будто в кабине есть какое-то движение. Впрочем, возможно, это док тряс пилота, проводя какие-то реанимационные действия.

– Майор Браун?

– Да, док, я на связи!