Острые края
Шрифт:
Собственно, ему всегда не нравились высокомерные, слегка тронувшиеся на искусстве типы. Разумеется, Кэти, узнав о его рещении, придет в ужас и рассвирепеет, ведь она мечтала переселиться в тот мир, в котором обитал Дэмиен Но некоторые мечты, как говорил дедушка Бо, не оправдывали даже стоимости входного билета.
— Кубок Аида обладает рядом интересных свойств, — педантичным тоном снова заговорил Дэмиен. — При искусственном освещении кажется, будто он изготовлен из янтаря.
— И что?
— Смотри, что происходит, когда я направляю луч света так, чтобы он не столько проходил
Марч слегка изменил положение лампы, освещавшей витрину.
— Черт возьми, — пробормотал Сайрус.
Кубок изменил цвет, стал темно-красным, как кровь.
— Пожалуй, нам пора. — Дэмиен отпустил лампу и, слегка вздернув рукав серого итальянского костюма, взглянул на швейцарские часы с корпусом из золота и стали. — Наш богатый друг из Техаса, наверное, уже с нетерпением дожидается нас.
Сайрус посмотрел на свои часы с кожаным ремешком и смешным попугаем на циферблате. Перья у него бирюзовые, красные и желтые, как узоры на гавайской рубашке хозяина.
— Мы не выбились из графика. — заметил он. Губы Марча снова скривились в высокомерной улыбке.
— Умение рассчитывать время — главное и в жизни, и в бизнесе.
— Дедушка Бо тоже говорил что-то в этом роде.
Через два часа, услышав свист пули, Сайрус понял, что слишком долго тянул, партнерские отношения с Дэмиеном нужно было разорвать еще вчера, но тут сильнейший удар в спину развернул его и швырнул на землю. К сожалению, он поздно осознал свою ошибку, пуля уже пробила ему левое плечо, цветастая гавайская рубашка стала быстро пропитываться кровью, Сайруса утешало лишь то, что пуля угодила в плечо, хотя стрелявший наверняка целился в позвоночник. Слава Богу, инстинкт охотника, который с раннего детства развивал в нем дед, спас ему жизнь.
Да, Сайрус остался в живых, но, проснувшись на следующее утро в больничной палате, он понял, что мир, в котором он жил, изменился.
Его жена Кэти погибла, как сказали полицейские, кто-то убил ее, чтобы завладеть машиной, Дэмиен Марч испарился, прихватив большую часть наличности и ценностей, принадлежавших фирме «Служба безопасности Марча и Колфакса», и оставив ее на грани разорения.
Кубок Аида тоже исчез.
Глава 1
Юджинии Свифт потребовалось все ее терпение, чтобы не взорваться.
— Ради всего святого, Табита, в охране я не нуждаюсь. К чему мне телохранитель?
На губах Табиты Либрук появилась уверенная улыбка. Так улыбаются люди, которые всю жизнь обладают богатством и влиянием, а потому имеют о себе очень высокое мнение.
— Телохранитель просто мера предосторожности, Юджиния, что-то вроде ремня безопасности.
— Или прививки от гриппа, — с готовностью добавил Сайрус Чендлер Колфакс.
Юджиния задумчиво сжала руку, и под ее пальцами захрустело недавно отпечатанное приглашение на ежегодный прием по случаю основания Музея стекла Табиты Либрук.
Она размышляла, каким может быть наказание за удушение очень крупного мужчины, носящего аляповатые гавайские рубашки, брюки
До этого момента Колфакс молчал, ему, по всей видимости, доставляло удовольствие наблюдать за бурной сценой, разыгрывавшейся в комнате, но при этом никак в ней не участвовать. Он выжидал, когда Табита утомит Юджинию Свифт, и та понимала его тактику. Конечно, Сайрус будет держаться в тени, пока не решит, что сопротивление Юджинии в достаточной мере ослабло, затем вступит в игру, чтобы нанести решающий удар.
В своей цветастой сине-зелено-оранжевой рубахе он, казалось бы, должен выглядеть смешным в отделанном деревянными панелями и обставленном дорогой мебелью кабинете с персидским ковром на полу. Однако никто не решился бы сказать, что это так и есть. Сайрус, разумеется, не вписывался в дорогой интерьер, хотя никому бы не пришло в голову утверждать, что он здесь не на месте. Скорее, кабинет выглядел чересчур элегантным и даже вычурным.
Тем не менее Юджинию ни на секунду не ввели в заблуждение уловки Табиты и Сайруса. Она обладала талантом видеть то, что люди пытались скрыть, и этот дар позволил ей сделать карьеру сначала в качестве помощника куратора музея, а затем его директора.
Да, Колфакс может создать ей серьезные проблемы. Тропический наряд не скрыл от нее личность Сайруса Колфакса. Он напомнил Юджинии героя вестерна, приехавшего верхом с двумя шестизарядными «кольтами»у пояса, чтобы очистить город от всякой швали. Медленные движения, медленная речь. Он походил на шерифа-мстителя с Дикого Запада, даже руки у него были такие, какие, по представлениям Юджинии, должен иметь человек, который борется со злом, нажимая на курок револьвера. Сильные и в то же время изящные кисти Сайруса говорили как о его эмоциональной восприимчивости, так и о безжалостности.
Сайрус Колфакс не делал никаких лишних движений, не барабанил пальцами по столу, не вертел в руках ручку. Он просто занимал определенное пространство. Нет, поправила себя Юджиния, контролировал определенное пространство.
На вид она дала бы ему лет тридцать пять, но в определении его возраста можно легко ошибиться. У Колфакса было лицо того типа, которому возраст лишь придает значительности. В темных волосах кое-где блестела седина, пожалуй, единственное свидетельство, что Сайрус Кол-факс не так уж молод, хотя фигура безупречна, ни намека на дряблость или ожирение.
Но больше всего Юджинию поразили его глаза — холодные, таинственные, глубокого зеленого цвета. Ей никогда не приходилось видеть ничего подобного, таким цветом мог обладать только материал, изготовленный в условиях высоких температур.
Отбросив смятое приглашение, Юджиния сложила руки на полированном столе вишневого дерева. Это ее кабинет, здесь командовала она.
— Ваше предложение в высшей степени неэффективно и ведет к напрасной потере времени, — сказала она, метнув сердитый взгляд на Табиту. — Кроме того, я рассчитывала, что у меня будет отпуск.