От двух до пяти
Шрифт:
Но стоит только вдуматься в эти "нелепости", и мы будем вынуждены раз навсегда отказаться от такого скороспелого мнения: мы поймем, что в этих "нелепостях" проявляется жгучая потребность малолетнего разума во что бы то ни стало осмыслить окружающий мир и установить между отдельными явлениями жизни те прочные причинные связи, которые ребенок стремится подметить с самого раннего возраста.
Правда, это не всегда удается ему.
Однажды в дачной местности под Ленинградом случилось такое событие:
– Опять там бешеную собаку убили!
Легко глумиться над юной мыслительницей, воображающей, будто из-за какого-то дохлого пса небо запылало огнем! Но разве здесь не сказывается та драгоценная тяга к установлению связи между отдельными фактами, которая является движущей силой всех созданных человеком наук?
Эта тяга зачастую приводит ребенка к самым фантастическим выводам. Вот, например, каким образом четырехлетняя Тася усвоила слово "ученый". Впервые с этим словом она встретилась в цирке, где показывали ученых собак. Поэтому, когда полгода спустя она услыхала, что отец ее подруги - ученый, она спросила радостно и звонко:
– Значит, Кирочкин папа - собака?
Ошибка опять-таки чрезвычайно почтенная: в ней сказывается великолепная способность человеческою разума применять ко всякому новому комплексу незнакомых явлений результаты жизненного опыта, добытые в других областях.
Но опыт ребенка микроскопически мал, и оттого ребенок пользуется им иногда невпопад.
Поезд налетел на свинью и разрезал ее пополам. Катастрофу увидела пятилетняя дачница Зоря Котинская и пролила много слез. Через несколько дней ей попалась навстречу живая свинья.
– Свинья-то склеилась!
– закричала в восторге Зоря.
Вот до чего ребенку неведомы простейшие вещи, с которыми ему приходится сталкиваться! Новичок в окружающем мире, он на каждом шагу попадает впросак, громоздя ошибку на ошибку.
Каждый малыш совершает несметное множество подобных ошибок, основанных на глубочайшем незнании самых элементарных вещей и явлений.
Мой трехлетний сын впервые познакомился с сосновыми шишками, когда они валялись на земле под деревьями. И лишь через месяца два увидел их на ветках сосны с верхнего этажа нашей дачи:
– Шишки на дерево полезли как-то.
До чего скудны сведения малых ребят о простейших закономерностях жизни, лучше всего можно видеть из тех потрясающе наивных вопросов и домыслов, с которыми они обращаются к старшим:
– Мама, кто раньше родился: ты или я?
– Папа, а когда ты был маленький, ты был мальчик или девочка?
– Я люблю снег больше солнышка. Из снега можно крепость построить, а из солнышка что?
– Я люблю чеснок: он пахнет колбасой!
– Мама, крапива
– Да.
– А как она лает?
– Море - это с одним берегом, а река с двумя.
– Под кроватью живут мышкины птенчики.
– А если оторвать голову и я ее в руки возьму, будет она разговаривать?
– Страус - это жираф. Только птица она.
– Индюк - это утка с бантиком.
Крошит курам капустные листья, которые они не едят.
– Это я им в запас, на потом, когда они станут кроликами.
– Мама, что это радио говорит: война, война! Что это такое - война?
– Это когда враги нападают на мирную страну, убивают людей, поджигают города, села, деревни.
Анка снимает радио.
– Куда ты понесла радио? Поставь на место!
– Несу на помойку.
– Зачем?
– Чтобы не было войны!
– Что ли, ножик - вилкин муж?
– Ой, луна вместе с нами летит и в трамвае и в поезде! Тоже на Кавказ захотела!
– Папа, да сруби ты, пожалуйста, эту сосну... Она делает ветер; а если ты срубишь ее, станет тихо в я пойду гулять.
Солнце опускается в море.
– Почему ж оно не зашипело?
Впервые увидал полумесяц:
– Ой, ракета луну поломала.
– Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?
– Если я вырасту тетей, буду врачом. А вырасту дядей - инженером.
Валерик четырех лет:
– Мама, ты была девочкой?
– Да, была.
– В школу ходила?
– Ходила.
– А с кем я дома оставался?
Леша взял кость от говядины, зарыл ее у себя под окном, чтобы выросла корова. По вечерам он поливал эту кость, а по утрам бегал проверять, не показались ли из-под земли коровьи рога.
Моя Мура, трех с половиною лет, совершила такой же безумный (и в то же время вполне закономерный) поступок, который я тогда же попытался прославить в стихах:
Мура туфельку снимала,
В огороде закопала:
"Расти, туфелька моя,
Расти, маленькая!
Уж как туфельку мою
Я водичкою полью,
И вырастет дерево,
Чудесное дерево!
Будут, будут босоножки
К чудо-дереву скакать
И румяные сапожки
С чудо-дерева срывать,
Приговаривать:
"Ай да Мурочка,
Ай да умница!"
– Собаки нужны охотнику, чтобы на него зайцы не напали?
Увидала на Невском огромный термометр:
– Улица заболела.
У Славы в папиросной коробке пчела.
– Зачем ты мучаешь пчелу? Выпусти ее.
– Как же! "Выпусти"! Я ее доить буду! Она мне будет мед давать!
Эвакуированная семья устроилась спать под открытым небом у вокзала.
– Мама, почему мы не взяли с собой нашу крышу?
И солнце и звезды в одно мгновение создаются ребенком из маленького пламени в печке: