От грозы к буре
Шрифт:
Вот за такими мелочами весь день и прошел. Это они ведь только на первый взгляд пустяшными кажутся, а если призадуматься, то на их решение куда как больше времени уходит, чем на что-то глобальное. Да и нет в таких делах мелочей. Кажется только, что вот это – главное, а то и то – пустяк ерундовый. На деле же иная ерундовинка, вовремя не сделанная, таких бед наворотить может, что держись.
Разошлись друзья уже затемно. Но едва Константин их отпустил, как новое соображение в голову пришло. Подумал, поколебался малость, но, вздохнув, все-таки послал Епифана за воеводой. Тот еле догнал Вячеслава, который уже на
– И чего еще ты удумал, что так срочно с седла меня сорвал? – начал было возмущаться Вячеслав, зайдя в малую гридницу.
– С коня – не с бабы, – хмуро буркнул Константин. – Как слез, так и обратно вскарабкаешься. Да ты сядь, сядь, – махнул он ему рукой и огорошил: – А если все это – деза?
Воевода от таких слов не сел, а плюхнулся на лавку.
– Какая деза? – не понял он.
– Дезинформация, – пояснил князь.
– Костя, ты чего, перегрелся в своем тереме?! Это же тринадцатый век, а не суровые будни Великой Отечественной! Если бы Любомира вычислили, то его просто в петлю сунули бы, и всего делов. Ну, может, попытали бы малость, а потом все равно бы удавили. Никто про эту перевербовку и думать бы не стал, поверь мне.
– Я, кстати, о перевербовке и не думал, – вздохнул Константин. – Я о другом. Что если князья решили об истинных целях похода помалкивать, а всем своим пока говорить, что так, мол, и так – идем Литву бить и орденских немцев. А на самом деле они сразу на нас нацелились.
– Слушай, старик, я в географии, конечно, не силен. Знаю, что есть, там юг с севером и запад с востоком, вот и все. Нам, воякам тупым, много знаний ни к чему, а то голова опухнет и фуражка не налезет, но даже этих знаний вполне хватает, чтобы понять – где мы, а где эти дикие литвины с немцами. Мы же с ними в противоположных сторонах. По-твоему, ратники такие дубовые у них, что проглотят эту липу и не засмеются. Или будут брать Рязань и удивляться, что город этот почему-то совсем на Ригу не похож, так, что ли?
– Им под самый конец можно сказать. Не горит.
– Под какой такой конец? Когда все княжество наше, виноват, твое завоюют?
– Нет, чуть раньше, когда на Угре соберутся.
– То есть ты предлагаешь из-за своей идеи, которая на девяносто пять процентов является обычным плодом чрезмерной подозрительности, плавно переходящей в надвигающуюся шизофрению, все маневры и учения отменить. Я правильно понял? – возмущенно осведомился Вячеслав.
– Я предлагаю еще раз все взвесить и обсудить.
– Хорошо, – покладисто согласился воевода. – Давай вспомним, что посланец на словах сказал.
– Ну, что литвины совсем обнаглели и орденские немцы тоже. Какой раз уже на Полоцкую землю ходят, да и на Смоленск со Псковом, и никакого сладу с ними нет.
– Эти данные достоверны?
Константин пожал плечами:
– Вообще-то, да. Там действительно война затяжная – то эти паразиты на нас прутся, то мы на них. Короче, с переменным успехом. А в этом году еще и датский король Вальдемар II [57] должен высадиться в Прибалтике.
57
Вальдемар II Победитель (1171—1241) – король Дании с 1202 г. По призыву рижского епископа Альбрехта в 1219 г. высадился с многочисленным войском
– Ему-то какого черта там понадобилось? – удивился Вячеслав. – Где Дания, а где Прибалтика?! Или у него, как у меня, большие проблемы с географией?
– Он идет по просьбе рижского епископа Альберта, – пояснил князь. – Помочь окрестить язычников – дело богоугодное. Хотя, конечно, это так, для отмазки. На самом деле у него задумка – все поморские земли под свою руку взять.
– И как долго он этим богоугодным делом будет заниматься? – деловито осведомился Вячеслав.
– Возьмет Ревель у эстов, то есть нынешних эстонцев, заложит там замок каменный и домой двинет. Когда точно – не знаю. Потом он еще будет грызться с Альбрехтом из-за Эстонии. Там у них спорные моменты возникнут насчет…
– Это уже детали, – прервал воевода. – Ну, хорошо. С врагами все ясно. А теперь освети мне действия русских князей в эти годы. Что там говорят твои историки?
Вячеслав важно заложил ногу за ногу, изобразив внимание на лице. Видя, как Константин растерянно чешет в затылке, поинтересовался невинно:
– Знания наружу выскребаешь?
– Я тебе компьютер, что ли? – проворчал Константин. – Погоди немного, может, что и всплывет на поверхность.
– Всплывает знаешь что? – не утерпел подпустить шпильку воевода, но, заметив, что друг начал злиться, сам же ответил: – Мед, конечно. А ты о чем подумал?
– О чем и ты… вначале, – буркнул князь, но тут же его лицо осветилось улыбкой. – Кажется, вспомнил. По-моему, у Соловьева говорилось, что новгородцы в эти годы несколько раз ходили в Ливонию. Вроде бы в этом году тоже. Кажется, под Венден, – неуверенно произнес он.
– Вроде или точно? – спросил Вячеслав.
– Вроде бы… Точно!.. – твердо ответил Константин. – Какой-то там успех имели, но Венден не взяли. Их полки простояли под городом и ушли обратно.
– А про полки из других княжеств ничего не говорилось у Соловьева? – продолжал выпытывать исторические данные воевода.
– Кажется, нет… – заколебался с ответом его друг.
– Кажется, – передразнил его Вячеслав, заметив назидательным тоном: – История, брат, она наука точная. Тут, сам видишь, всякие «может» да «кажется», «скорее всего» и «вроде бы» не подходят. Я, конечно, понимаю, что ты не компьютер, но я же про самое элементарное тебя спрашиваю, а ты и здесь ни в зуб ногой. У тебя чего по истории в зачетке стояло?
– Пятерка, – гордо ответил Константин.
– У меня тоже, – вздохнул Вячеслав и тут же вынес нелицеприятный приговор: – Раз оценки одинаковы, значит, и знания на одном уровне. Чего, спрашивается, я у тебя выпытать хочу, когда с тобой все ясно. Впрочем, с Прибалтикой тоже.
– И чего тебе с нею ясно?
– Все. Обстановка там сложная. Борьба идет с переменными успехами. Следовательно, какой вывод напрашивается?
– Какой?
– А такой, что, прежде чем на Рязань идти, народ решил свои тылы обезопасить, причем надежно, чтоб ни одна собака не тявкнула.
– Не складывается у тебя, – поморщился Константин. – При чем тут Мстислав Удатный со своим зятем, киевляне, а особенно черниговцы и новгород-северцы? У них-то тылы в порядке. А наш старый знакомый Ярослав и вовсе никаким боком тут не вписывается.