Отблеск
Шрифт:
– Аве! — Повторив её жест поднятой ладони, ответил на приветствие.
– Ты специально? — Она подошла ко мне и заглянула в глаза.
– Ты о чем? — Не понял я её, стараясь не обращать внимание на то, что она, хотя и выглядела как школьница, но как школьница, вполне сформировавшаяся. А полупрозрачная футболка на таком расстоянии через распахнутый пиджак почти ничего не скрывала.
– Я с тобой поздоровалась древним приветствием краснокожих, и ты мне ответил еще более древним, дошедшим до нас из Древнего Рима.
– Случайно получилось. — Пожимаю плечами и сажусь за парту, чтобы сменить угол зрения.
–
Кивнув нам, скандинав молча сел в первом ряду и, достав из папки тетрадь, положил её перед собой. После чего парень уставился в стену, почти не моргая.
– Ей! — Клэр тут же забыла обо мне и уселась на край его стола, проведя ладонью у парня перед глазами.
– Да? — Спросил её Ян, не поворачивая головы, словно на его столе и не сидела привлекательная девушка.
– Ты странный. — Повертела Клэр пальцем около виска. — Еще более странный, чем вот он. — Она совершенно без стеснения ткнула пальцем в меня. — И он… — Этот жест уже был обращен на как раз входящего в помещение Кристиана.
– Я нормальный. — Безэмоционально ответил ей скандинав, по-прежнему не сводя взгляд со стены. А затем, внезапно повернулся, да так резко, что девушка дернулась от неожиданности, и произнес: — Это вы все тут… — Запнулся, но затем подобрал нейтральное слово. — Эксцентричные.
– Ага, мы такие! — с ходу, даже не разбираясь, о чем речь, отвечает ему Кристиан. — Всем привет!
Ян тут же словно опять потерял интерес к общению. Клэр подошла к новоприбывшему поздороваться, а тот под видом приветственных обнимашек тут же попытался немного полапать девушку. Невинно так, но полапать, за что сразу получил довольно профессиональный тычок твердыми девичьими пальцами в селезенку и к парте уже шел, постанывая и держась за бок. Что характерно, Клэр совершенно не обиделась на подобное распускание рук или сделала вид, что не обиделась.
– Без двух минут девять. — Словно в пустоту произнес Ян.
Девушка и Кристиан тут же бросили препираться и заняли свои места. Как и положено истинному аристократу, Габриэль появился в аудитории за пять секунд до звонка.
Мы, как прилежные и воспитанные студенты, тут же вскочили со своих мест и приветствовали преподавателя. Увы, приветствие получилось не слитным, впрочем, “граф”, как показалось, не обратил внимание на этот разнобой. Ответив нам, доктор астрофизики не стал заходить за кафедру, а встал рядом с первым рядом.
– Рад, что присутствующие здесь решили принять моё предложение. — Это была во многом формальная фраза, но он говорил с нами, словно с равными, и на Кристиана, Клэр и Яна эта простота явно произвела нужное впечатление. — Увы, Майкл Щагай не присоединится к нам. — И, выдержав небольшую паузу, пояснил. — Он уведомил меня о своем отказе, прислав письмо на электронную почту. — Причину отказа Майкла “граф” не озвучил. — Что же касается леди Майи Гримм, то она попросила еще один день на обдумывание… Вы наверняка уже знаете, что вчера поздним вечером Рыцари Излома Вилфлееса участвовали в отражении Прорыва… И так как леди Майя принимала непосредственное участие в сражении, рискуя своей жизнью, я конечно пошел ей на встречу.
Как оказалось, для одного из нас известие о недавнем Прорыве стало настоящей новостью. Ян
Пока мы обменивались жестами, Габриэль рассказывал о регламенте нашей учебы. По его словам, каждый из нас продолжал официально числиться на своем курсе, но при этом из нас сформировали отдельную группу ”экспериментального обучения”. По факту, мы теперь представляли из себя пусть совсем небольшой, но отдельный факультет. Насколько я понял, из нас собирались сделать технических специалистов широкого профиля. Это только подтвердило мои мысли о том, что в будущем мы станем не столько инженерами, сколько инспекторами.
Пробежавшись по регламенту, Габриэль не удержался и еще полчаса вдохновенно рассказывал о тех перспективах, которые может подарить космос человечеству, а то словно слепое их не видит. Так как ”граф” был превосходным оратором, то и меня подхватила волна энтузиазма, гордость за то, что я могу стать частичкой в большом проекте космической программы. По мозгам остальных речь преподавателя ударила еще сильнее, так что даже Клэр так и просидела все это время с чупа-чупсом в руках, не сделав и попытки его развернуть. Завершил учебный час Габриэль тем, что раздал нам каждому по папке.
– Здесь ваши новые расписания занятий на эту четверть, а также список учебников и литературы. С расписанием на ближайшую неделю просьба ознакомиться прямо сейчас.
Следуя приказу, открываю папку и погружаюсь в чтение.
– У тебя какой-то вопрос? — Спрашивает граф. Я еще не дочитал, а Кристиан уже поднимает руку. — Задавай.
– У нас у всех одинаковое расписание? — Парень чувствует себя неуютно под взглядом аристократа, но вопрос задает не дрогнувшим голосом.
– Нет, примерно пятьдесят на пятьдесят. Половину занятий вы будете посещать всей вашей группой, половину отдельно от остальных. Это обусловлено индивидуальным подходом, чтобы максимально использовать те сильные стороны, которые каждый из вас показал на тестировании. Для тебя, — ладонь Габриэля указывает на задавшего вопрос студента. — Больший упор сделан на программирование и проектирование цифровых систем. Для Яна этот акцент на математике и теории игр. Для Изао — физика и особенно оптика. Для Клэр — теормех и материаловедение.
Для меня значит оптика? Впрочем, логично, я всю прошлую жизнь возился с объективами и прочим подобным, а так как увлекался тем, что делаю, то и знаний нахватался по этой теме изрядно. Наверное, и для остальных выбор направления обусловлен именно использованием их сильных сторон. Яна, к примеру, граф видимо готовит в аналитики. А так как я стал невольным свидетелем того, как парень подошел к обдумыванию приглашения Габриэля, то, пожалуй, соглашусь. Задатки классного аналитика в скандинаве определенно есть. А вот Клэр удивила. Теормех был для меня в прошлой жизни адом на земле, как и для всех моих знакомых, а девушка, похоже, рада. Неужели ей легко дается эта дисциплина? В который раз убеждаюсь в том, что внешность бывает чертовски обманчива.