Отблески света
Шрифт:
– Возьми. – Из клубов Тьмы на ладони Тэана неожиданно возникает книга, которую я забрала у мертвого Повелителя Огня. – Вольхфар нашел эту книгу несколько десятков лет назад. Там многое написано, в том числе способ призвать Первозданную Тьму. Он знал, как это сделать, но не мог осуществить, ведь не хватало последней составляющей – наличия физического тела у единственного проводника, Души Тьмы. Совсем недавно аллир увидел сон, где голос невидимого собеседника сообщил ему, что наконец время настало, теперь все получится. Я запретил Вольхфару причинять тебе вред, но он решил
Я послушно сжимаю книгу в руке и собираюсь уже идти, когда решаюсь еще кое-что уточнить:
– То есть, достаточно было одного ритуала, чтобы выпустить Тьму через тебя, но каждый новый ритуал ускорял ее распространение?
– Да. Как только Тьма впервые прорвалась на свободу, необходимость в ритуалах отпала.
– Теперь ты управляешь Тьмой, заставляя заполнять все большие пространства?
– Скорее позволяя, чем заставляя, – поправляет Тэан.
– Сейчас она это делает с твоей помощью, но спустя какое-то время начнет распространяться сама, без твоего участия?
– Ты все правильно поняла. Как только наберется достаточное количество Тьмы, чтобы проникнуть в структуру мира, она начнет разрастаться сама.
– То есть она будет одновременно завладевать миром и уничтожать его?
– Да. Но это не так страшно, как ты думаешь, – усмехается Тэан при виде моего возмущенного взгляда. – В моем мире тоже нет структуры – только Тьма и тени вместо душ.
– Что ж, ясно, – киваю я. В голове возникает настолько страшная идея, что оформить ее в слова, пусть даже мысленно, я не решаюсь. Обдумаю после, иначе просто не выдержу! – Мне пора, Тэан.
Я смотрю на него. Понимаю, что нужно уходить, пока еще есть силы сопротивляться этому притяжению, но не могу сделать и шага. Протягиваю руку к шелковистым волосам, уверяя себя, что в последний раз. Да, этих длинных волос, прохладных, как сама Тьма, мне тоже не хватало.
Скольжу рукой вниз, от виска и дальше по всей длине, пропуская между пальцев струи гладких черных прядей, пока они совсем не растворяются, постепенно превращаясь в неосязаемые клубы Тьмы. Нужно уходить, но я стою, продолжая смотреть прямо в янтарные глаза, такие внимательные, понимающие.
– Хочешь немного прогуляться со мной? – предлагает Тэан.
– Да, хочу, – облегченно вздыхаю я, хватаясь за малейшую возможность еще ненадолго отсрочить расставание.
И мы отправляемся в глубь этого невероятного мира, столь удивительного, непохожего на все остальные. Тьма клубится вокруг, ненадолго расступаясь, чтобы показать свои владения, и вновь смыкаясь. Деревья выглядят особенно невероятно. Из густого тумана они выныривают яркими линиями, чуть мерцающими, светящимися, от чего создается впечатление, будто листья у деревьев стеклянные с фиолетовыми лампочками внутри.
Мы идем с Тэаном, держась за руки, и я любуюсь удивительным зрелищем. Несколько раз краем взгляда я улавливаю какие-то странные тени.
– Это души погибших? – почему-то шепотом спрашиваю я.
– Да. Они уже начали свое превращение в тени.
– Чего они боятся?
– Меня. Они всегда меня боятся, пока не привыкнут к своему новому существованию.
– А ты… ты ведь когда-то говорил, что в мире Тьмы являешься владыкой душ. Им есть чего бояться?
– Обычно нет. Но бывают исключения, когда души чем-то недовольны и каким-либо образом бунтуют. Не люблю, когда мне перестают повиноваться. – Небрежный тон, с которым Тэан произносит эти слова, никак не вяжется со смыслом сказанного. Оттого получается еще более зловеще.
– О каком повиновении или неповиновении может идти речь? – удивляюсь я. – Ты так говоришь, будто это самое настоящее королевство, со своими законами, правилами.
– Алиса, это ведь отдельный мир, где на самом деле существуют свои законы и правила, – таинственно улыбается Тэан. – Здесь есть своя, особенная жизнь, хотя в привычном понимании этого слова существование теней жизнью не назвать. Да, пусть не жизнь, но здесь есть что-то совершенно другое. Ты поймешь, когда станешь частью созданного мной нового мира Тьмы.
А может, все не так ужасно, как я думала? Привычный мир разрушается, но, как оказывается, мир может существовать и без упорядоченной структуры. На его месте рождается что-то новое, непостижимое, пропитанное Первозданной Тьмой. Люди умирают, их души изменяются, в некотором роде тоже разрушаются, однако не перестают существовать, как когда-то говорил Дербиан, впервые поведавший нам с друзьями о том, что будет, если Тьма завладеет мирами. Не жизнь, но и не полное исчезновение – новый уровень, качественно иное существование. Настолько ли это плохо, как я привыкла считать? Нет, человеческим умом не постигнуть того, что нас ждет во Тьме, так имею ли я право судить?
И сама же себя обрываю: «Хватит! Пора уходить отсюда, пока окончательно не потеряла рассудок».
Чувствуя, как моя рука напрягается, Тэан останавливается и создает портал, клубящийся густой черной дымкой.
– Можешь идти, если хочешь.
Я понимаю, насколько бесполезно то, что я собираюсь сделать, но не могу не попытаться. Хотя бы в последний раз.
– Тэан… – Я внимательно смотрю ему в глаза. – Пожалуйста, откажись от своей идеи. Прекрати погружать мир во Тьму, пока еще не поздно остановиться.
– Нет, Алиса. Это не обсуждается. Я встречу тебя возле того места, где ты сможешь отправить близнецов в другой мир. И… держись подальше от Ахши. Он мне не нравится. Не знаю, в чем дело, но этот ребенок излучает странный ореол.
– Да, встретимся, – киваю я, глотая слезы. О предостережении ничего не говорю. Протягиваю руку, кончиками пальцев осторожно касаюсь лица Тэана, провожу по щеке, очерчиваю изгиб тонких губ. Сердце рвется на части, кричит, требует остаться здесь, забыть обо всем и просто быть рядом с тем, кого так люблю! Но нельзя. Я должна быть сильной.