Отчаяние
Шрифт:
Я закончил сборной солянкой из других комментаторов – биоэтиков, генетиков, социологов, – которые отметали все тревоги. «Мистер Ландерс имеет право жить как ему угодно и растить детей, как считает нужным. Мы не преследуем амишей за близкородственные браки, странные технологии, стремление к независимости. Зачем же преследовать его за такие же, в сущности, „преступления"?»
Готовый вариант занимал восемнадцать минут. В передаче будет время только для двенадцати. Я безжалостно укорачивал, слеплял, упрощал, стараясь работать профессионально, но не переживая, что какие-то подробности выпадут. Цель передачи ЗРИнет – привлечь общественное внимание, вызвать отклик в более традиционных средствах массовой информации. «Мусорная ДНК» будет транслироваться
Вечером пятого дня – в точности по графику, повод себя поздравить – я повычистил последних вошек и в последний раз прокрутил весь фрагмент. Я старался отрешиться от съемок, от собственных предубеждений, смотреть глазами рядового пользователя ЗРИнет, который ничего об этом прежде не знал, только видел рекламу самого фильма.
Ландерс вышел на удивление трогательным – я-то думал, что был с ним куда суровее. Мне казалось, я дал ему полную возможность вывернуть на людях все свои бредовые амбиции. А он получился скорее добродушным, чем надутым и чванным, даже шуточки отпускает. Питаться автомобильными покрышками? Впрыскивать себе ВИЧ? Я смотрел, не веря своим глазам. Что это – сознательная ирония, которой я прежде не замечал, или нормальный человек просто не в состоянии принять всерьез то, что Ландерс несет?
Что, если Саммерс права? Что, если это всего лишь прикрытие, отвлекающий маневр, клоун-виртуоз? Что, если тысячи богатейших людей планеты вознамерились обеспечить себе и своим потомкам полную генетическую изоляцию, полный вирусный иммунитет?
А если это правда, то стоит ли сильно переживать? Богатые всегда так или иначе ограждали себя от черни. Уровень загрязнения среды будет снижаться, независимо от того, исчезнет потребность в чистом воздухе благодаря водорослям-симбионтам или нет. А всякий, кто последует за Ландерсом, – невеликая потеря для человеческого генофонда.
Оставался один маленький вопрос, и я старался особо им не задаваться.
Абсолютный вирусный иммунитет… против чего?
4
«Дельфийские биосистемы» проявили чудеса щедрости. Они не только выделили мне своих представителей по связям с общественностью (в десять раз больше, чем я мог бы при всем желании опросить), но и завалили меня дисками с соблазнительнейшей микрографикой и обалденной анимацией. Блоксхемы программ для имплантов «Охраны здоровья» подавались в виде нарисованных аэрографом фантастических хромированных машин: смоляно-черные конвейеры везут серебристые катышки «данных» от подпроцесса к подпроцессу. Молекулярные схемы взаимодействия белков перемежались дивными – и совершенно даровыми – картами электронной плотности; голубые и розовые призрачные облачка сливались и таяли, превращая скромные химические свадьбы в микро-космические грезы. Я мог бы положить их на Вагнера (или Блейка) и впарить сторонникам «Мистического возрождения» – пусть смотрят всякий раз, как захотят войти в транс.
Тем не менее я переворошил всю кучу и, как оказалось, не зря. Между всей этой технопорнухой и психоделическим наукообразием обнаружилось кое-что действительно ценное.
Импланты «Охраны здоровья» используют последние программируемые схемы-анализаторы: набор белков на кремниевом основании, примерно как в домашнем фармаблоке, только они не синтезируют молекулы, а считают. Предыдущие поколения схем включали множество высокоспециализированных антител, Y-образных
Новые сенсоры используют белки, похожие больше на мыслящую венерину мухоловку, чем на пассивную матрицу антител. «Убийца» в состоянии активности – длинная воронкообразная молекула, расширяющаяся вниз трубка. Эта форма метастабильна, распределение зарядов в молекуле делает ее в высшей степени чуткой. Как только достаточно большое тело касается воронки с внутренней стороны, молекула немедленно сворачивается, обволакивая пришельца. Микропроцессор замечает, что ловушка захлопнулась, и определяет тип пленной молекулы по форме плотно облекающей ее воронки. Это уже не случайная толчея, когда молекула инсулина без толку тычется в холестериновые антитела. «Убийца» всегда знает, что в него попало.
Это техническое достижение стоило донести до публики, разъяснить, демистифицировать. Каковы бы ни были социальные последствия внедрения имплантов, это не должно происходить в вакууме, в отрыве от технологий, сделавших такое устройство возможным, и наоборот. Как только люди перестают понимать, как работают окружающие их машины, мир оборачивается непонятным сном. Технология развивается бесконтрольно, ее невозможно даже обсуждать, она порождает лишь благоговение или ненависть, зависимость или отчуждение. Артур Кларк предположил, что любая достаточно развитая технология неотличима от магии. Он имел в виду возможную встречу с инопланетной цивилизацией, но долг журналиста, рассказывающего о науке, следить, чтобы люди не стали смотреть на людскую технологию по закону Кларка.
(Громкие слова… А чем я занимаюсь? Клепаю франкенштуху, потому что эта экологическая ниша еще не заполнена. Я успокоил свою совесть – или немного приглушил – избитыми соображениями о троянских конях и о том, что систему можно изменить изнутри.)
Я взял картинку «Дельфийских биосистем» с работающей мухоловкой и программно убрал излишние красивости, чтобы виднее стала суть. Выбросил их восторженный комментарий и написал свой. Компьютер прочитал его дикторским голосом, который я выбрал для всей «Мусорной ДНК» – смоделированным по записям английской актрисы Джульет Стивенсон. Давно исчезнувшее «стандартное английское» произношение, в отличие от существующих в Британии теперь, остается понятным всему англофонному миру. Если пользователь захочет услышать другой голос, он просто переключит язык; я для тренировки часто слушаю программы, дублированные на особо трудных для меня местных диалектах: юго-востока США, Северной Ирландии, Восточно-Центральной Африки.
Гермес – мой коммуникационный пакет – запрограммирован так, что, когда я монтирую, не пропускает почти ничьих звонков. Лидия Хигучи, исполнительный продюсер ЗРИнет по Западно-Тихоокеанскому региону – одна из немногих, для кого сделано исключение. Зазвонил ноутпад, но я переключил звонок на компьютер: экран здесь больше, изображение четче. Внизу появляется строка «AFFINE GRAPHICS EDITOR MODEL 2052-KL» и время. He очень изящно, но такая цель и не ставится.
Лидия сразу перешла к делу:
– Я видела окончательную версию Ландерса. Добротно. Но я хотела поговорить о том, что будет дальше.
– Об имплантах «Охраны здоровья»? Что-нибудь не так?
Я не скрывал раздражения. Она видела куски сырого метража, видела мои замечания. Если хочет, чтобы я что-то всерьез изменил, то пусть бы чесалась раньше.
Она рассмеялась.
– Эндрю, осади немного. Не о следующем сюжете «Мусорной ДНК». О следующей работе.
Я вытаращился, как будто она предложила мне немедленно лететь на другую планету. Потом сказал: