Отчаянная девчонка
Шрифт:
– Твоя правда. Что же делать?
– Можно, к примеру, заорать у него над ухом: «Пожар! Пожар!» Он с перепугу вскочит и, уж конечно, брюки второпях надевать не станет.
– Да, представляю, как ты бежишь за ним с воплями: «Дяденька, покажите ногу!»
Смех смехом, но ничего умного мы не придумали. И вдруг меня осенило.
– Мотька, идея! Мы сейчас пойдем на кукушкинскую дачу и скажем, что нам надо повидаться с Кириллом. Заметь себе, на вполне законном основании! Скажем, что дедушка
– Так, интересно!
– Если он к нам выйдет, мы все ему расскажем и спросим про родимое пятно!
– Аська, гениально! Дешево и сердито! Идем сейчас же!
Мы быстренько повернули назад, начисто позабыв о землянике, не до нее сейчас!
Подойдя к кукушкинской даче, мы сразу увидели на террасе Генашу. Он опять пил пиво. Мы решительно открыли калитку и направились к нему.
– Здравствуйте! Извините, пожалуйста, нельзя ли нам поговорить с Кириллом? – нарочито вежливо спросила я.
– С Кириллом? Спит Кирилл, дрыхнет, можно сказать, без задних ног! А зачем он таким молоденьким девочкам понадобился? – как-то гнусно засмеялся Гена.
– Мой дедушка хочет с ним поговорить!
– Это на какой же предмет?
– Я не знаю, он просто просил позвать к нему Кирилла.
– Ладно, попробую его шугнуть! – Он лениво поднялся и исчез в доме.
– Жалко, что он шорты не носит, – прошептала Мотька мне на ухо.
Вскоре на террасе появился Кирилл, бледный, заспанный, небритый!
– Вот он, голубчик! Еле добудился! – сообщил Гена.
– Ася! В чем дело? – спросил Кирилл заплетающимся языком.
– Дедушка просил вам передать, чтобы вы непременно зашли к нему!
– Зачем?
– Понятия не имею. Что-то хотел вам сказать.
– Спасибо, я обязательно зайду, вот только приведу себя в божеский вид!
– Что не так-то просто, учитывая, сколько ты вчера выпил! – ехидно заметил Гена.
– Да отвяжись, Генаша. Сил нет! – Кирилл плюхнулся в кресло и потянулся за пивом.
– Бессовестные твои глаза! При таких кралечках похмеляться будешь? – ухмылялся Гена.
– Ладно, девочки, вы идите, а я приду. Через час!
– До свидания, – благовоспитанно попрощались мы и ушли.
– Аська, надо его на полпути перехватить, незачем Игорю Васильевичу нас лишний раз вместе видеть.
Мы выбрали местечко, мимо которого Кирилл обязательно пройдет, направляясь к нам на дачу, и засели там в придорожных кустах. Не прошло и получаса, как на улице появился Кирилл, чистый, бритый, с уже нормальным цветом лица. Только глаза у него еще были красные. Мы выбежали ему навстречу.
– Девочки, вы что, напугать меня решили?
– Нет, Кирилл, нам надо с вами поговорить. Дело серьезное!
– Что-то с Котей?
– Нет! Это вам грозит беда!
– А Игорь
– Нет, просто мы, чтобы не вызвать подозрений, это придумали.
– Хитрые, бестии, – улыбнулся Кирилл. – Ну, что вы там еще пронюхали?
– Пойдемте куда-нибудь, не говорить же такое посреди дороги! – предложила Мотька.
– А куда? – растерялся Кирилл.
– Пошли в березовую рощу! – сказала я. – Там можно спокойно поговорить.
Мы провели Кирилла по тропинке, ведущей в березовую рощу.
– Ох, как здесь хорошо, светло! Я темный лес не люблю, – признался Кирилл, – как-то мне там не по себе, а здесь… чудно! Ну, так что стряслось?
Мы сели на травке и подробно пересказали ему разговор Федора Тихоновича с Генашей. Он слушал внимательно, только изредка хмыкал.
– Такие, значит, дела! – сказал он, выслушав нас. – Один меня клофелином травануть хочет, а другой – курьером сделать, и скорее всего наркокурьером. Уж не знаю, что лучше. Пожалуй, клофелин гуманнее. По крайней мере быстрее! – усмехнулся он. – В Италии, значит, учиться можно! Ценит меня Федор Тихонович.
– Кирилл! – вдруг вспомнила я. – Скажите, у этого вашего Гены есть на ноге родимое пятно?
– Родимое пятно? Нет, не видел. А почему это вас интересует?
Я объяснила ему, что Валерка нашел старое милицейское объявление.
– Будь у него такое пятно, я бы заметил, хоть и не разглядывал особо его ноги. Хотя постойте, где, ты говоришь, у него это пятно?
– На левой ноге, сзади под коленом!
– Точно! У него там не пятно, а шрам! Он, наверное, это пятно удалил! Ну и что вы теперь с этим делать будете?
– Может, в милицию заявить, он ведь в розыске? – предложила Мотька.
– Нет уж, я сам с ними разберусь!
– Но как? – воскликнули мы.
– Девчонки, я сейчас поеду к брату. Надо с ним посоветоваться, а вас попрошу держать с нами связь, если что узнаете, сразу сообщите.
– Вообще-то мы так и делаем, просить нас об этом не надо! – гордо заявила Мотька.
– Ну не сердитесь! Влип я, здорово влип, и теперь сам должен выпутаться.
– Вы в чем-то серьезном замешаны? – спросила я.
– Да нет, пока бог миловал, первое серьезное дело было с этими камнями, сдуру подставил брата и вообще… Но тут, благодаря вам, все закрыто! А я ведь… героем себе казался! Вот уж точно герой!
– А вы хотите учиться петь?
– Больше всего на свете! Но я только недавно это понял, а тут судьба еще поманила – с вашим дедушкой свела… Но все-таки сдавать Генку в милицию – не могу, непорядочно это.
– Но он же преступник!
– Так-то оно так, но все же сколько я с ним соли съел, уж никак не меньше пуда…