Отделённые

Кнави Нико

Разведчик нахмурился, прикидывая, сколько придётся его парням работать.

— Не великоват ли охват слежки?

Мурмярл опять мяукнул, будто поддакивая. И Эйсгейр, и Виркнуд кинули взгляд на кота, но тот, оказывается, заинтересовался чем-то невидимым на полу.

— У нас до этого вообще никакого охвата не было, — напомнил рыцарь. — Столько бесполезного перелопатили уже. Хватит же людей?

Эйсгейр и сам знал, что хватит.

— Людей достаточно. Вопрос в том, куда посылать лучших? Малкир ведь ещё.

—

Это я оставляю на твоё усмотрение. И отряди шестерых парней последить за Ледяным дворцом. Из того, что мне рыбка набулькала, получается, она знала о нашей слежке за Гилрау. И пусть ещё трое проверят, нет ли хвостов на Эамонде и его сыне.

— А надёжна ли эта ваша рыбка? — спросил помрачневший Виркнуд.

— Не очень, будем и за ней присматривать.

— Думаете, за нами следят, милорд?

— Сожри меня кракен, если это не так, — усмехнулся Эйсгейр. — Не удивлюсь, если все следят за всеми. Даже за коро...

Рыцарь замер. Сердце его похолодело.

— Океан-отец... — только и смог прошептать он, поняв, к кому должен во что бы то ни стало послать разведчиков.

К Анмару III, год назад взошедшему на трон Королевства людей.

***

Из трапезной в кабинет Эйсгейр шёл, погрузившись в раздумья и почти не замечая ничего вокруг. Как он так опростоволосился? Не подумал о короле?! Болван первого ранга!

Ведь если предположить, что всё это ради сокровищ и земель, то кому как не Анмару перепадёт больше всех от завоевания Светлого Леса? Просто потому, что он король. А что уж говорить о славе того, кто наконец покорил непобедимых Детей Леса?

«Но ведь Анмар не такой, — убеждал себя Эйсгейр. — Не может он участвовать в этой игре!»

Эйсгейр знал короля. Анмар несколько лет жил в семье Ормунда как воспитанник. Юный принц охотно учился и вникал в то, как ведутся дела на Севере, обнаруживая недюжинный для своих лет ум и рассудительность. Вёл он себя не заносчиво, не задирал детей Ормунда, уважительно обращался с прислугой и всеми, кто был ниже по статусу. Пусть Эйсгейр сам не занимался воспитанием и обучением Анмара, приглядеться к нему он успел. Весёлый, живой мальчишка ему очень понравился.

«Возможно, те, кто начал эту игру, — думал рыцарь, — решили, что неопытным правителем будет легче манипулировать. А может, Анмар вообще не при делах».

Эта мысль приободрила Эйсгейра.

— Милорд, осторожнее!

Паренёк, в котором Эйсгейр узнал новичка, который сообщал ему о прибытии Миррина пару недель назад, отдёрнул с пути владыки тяжёлую тележку. Рыцарь, погружённый в раздумья, чуть не наткнулся на неё.

— Да что за обозы-то во дворце?! — в сердцах воскликнул он.

Слуга застыл, открыв рот и не зная, как ответить.

— Груз из Всесвета, по распоряжению милорда, — послышался голос Утреда: он, в отличие от недавно работавшего во дворце паренька, знал, как следует говорить с владыкой

Эйсстурма. — Смотри себе под ноги, отец.

А вот так говорить имели право лишь он и Одрин, его жена. Эйсгейр нашёл Утреда около трёхсот лет назад младенцем среди обломков корабля, вынесенных после шторма на берег Айсена. Море не могло причинить водорождённому никакого вреда, но ребёнок был истощён от голода и умер бы, если бы не рыцарь. Теперь приёмный сын Снежной Длани служил хранителем порталов. Рыцарю третьего ранга подчинялись все, кто составлял расписание, открывал порталы и проверял проходящих через них людей и не только.

Эйсгейр разглядел наконец тележки: даже не тележки, а телеги, да ещё и заставлены сверху донизу небольшими флаконами. Рыцарь хлопнул себя по лбу. У него из головы совсем вылетело, что Нирия сегодня везла свои кремы и прочие штуки.

— Извини, парень, — сказал он и хлопнул по плечу служку, который никак не мог освоиться во дворце. — Всё в порядке? — спросил рыцарь, оглядываясь в поисках Нирии.

Она, по-видимому, ещё не прибыла.

— Да вроде, — сказал Утред, махнув в сторону проверяющих.

Те усердно закивали, шлёпая на тележки пропускные метки — синие ленточки . Несколько служащих откручивали жёлтые крышечки у флаконов и смотрели, что внутри.

— Проверять каждую склянку, — напомнил всем Эйсгейр. — Каждую! Будто от этого зависит наше будущее.

Сказав это, рыцарь тут же пожалел своих людей. От количества флаконов рябило в глазах. И тележки были не самыми маленькими. Сколько же Нирия собирается продавать этого своего крема?

— Приветствую в Эйсстурме, магистр, — сказал Утред, и Эйсгейр обернулся к порталу.

Выглядела Нирия расстроенной, но, увидев рыцарей, постаралась улыбнуться. Вышло не очень.

— Миледи? — обратился к ней Эйсгейр и заметил, как Утред поднял брови, с ехидцей улыбаясь. — «Отлучу от воды на неделю, если ты, медузий сын, будешь мне шутки шутить».

«Медузий сын» мгновенно посерьёзнел.

— Милорд, — Нирия присела в реверансе, — это слишком большая честь, что вы встречаете меня лично.

Голос её был тихим и грустным.

— Я случайно мимо проходил. Случилось что-то? — спросил её рыцарь и вдруг понял: — Тунор и у вас побывал, да?

— Всё в порядке, милорд, такой пустяк не стоит разговоров.

— Он и сюда утром заявился, орал всякое. Не берите в голову, миледи. А будет слишком докучать, скажите мне, я найду на него управу.

«Ради маскарада своего спустил на женщину акул, слизняк», — недовольно подумал рыцарь.

Нирия чуть улыбнулась.

— Миледи, это весь ваш груз? — спросил Утред, последовав примеру отца и сменив обращение.

Она кивнула.

— Вам придётся подождать, пока мы не закончим проверку, — сказал он, но взгляд его, обращённый на Эйсгейра, был капельку вопросительным.