Отмели Ночи
Шрифт:
– Не сочти меня за дурака, – настойчиво проговорил колдун, – но нам надо бежать отсюда. И как можно скорее.
Ронину на глаза навернулись слезы, когда он перестал ощущать ожоги ветра на глазах и губах. Горы как будто подернулись рябью. Небо бесцветно, земля бесплотна. Его ноги налиты свинцом. Сердце бешено колотится в груди. К Ронину снова вернулись чувства. Его как будто ожгло огнем. А до этого не было ничего. Никаких ощущений. Так бывает, когда заживает глубокая рана – когда сама она зарубцевалась, а нервы еще не восстановились. Полное онемение. Тело само защищает себя. Но всему есть предел. Его сознание сжалось,
– ...пора.
До Ронина постепенно дошло, что его дергают за рукав.
– Ронин, пожалуйста, нам надо идти.
Слова донеслись до него словно откуда-то издалека.
Они зависли над ним, точно горящие лампы. Они вертелись вокруг какой-то невидимой оси, а их блеск...
– Холод тебя побери, Ронин, нам надо идти! Пока снизу не организовали погоню.
И только теперь до Ронина дошло значение искрящихся в воздухе слов, и он встрепенулся, словно очнувшись от глубокого сна.
– Да, – хрипло выдавил он. – Да, конечно, нам надо идти.
Его бесцветные глаза прояснились, взгляд их стал острым и проницательным.
– Но куда?
– Туда. – Колдун указал рукой вдаль, в сторону бескрайнего моря льда, темнеющего за обрывом.
Ничего, кроме плача морозного ветра. Стена древней скалы – неровная, испещренная трещинами, в которых скопился лед, она ускользала от взгляда вверх, сантиметр за сантиметром. Звук, подобный стенаниям проклятых. Из льдистых бороздок образуется изменчивый узор, приковывающий внимание Ронина, пока он ищет опору для ног и рук. Спускаясь вслед за Борросом по необъятному склону вниз, к ледяному морю далеко-далеко внизу, он явственно ощущал пустоту у себя за спиной. Необъятная эта пустота манила его, убаюкивающие завывания ветра казались ему пением сирены. Расслабься, отпусти руки, почувствуй, как это приятно, когда теплая плоть отделяется от холодного камня и падает вниз, медленно, без усилий, на мягкую подстилку ветра... и тебя уносит в сияющую пустоту...
Такого конца он себе не желал.
– Что, через край? – спросил он.
Лицо колдуна странным образом оживилось.
– Да-да! Ты разве не видишь?!
Он произнес это так, словно всю свою жизнь только и ждал этого момента.
– Это единственный путь вниз, к ледяному морю. Мы пойдем на юг. Туда, где живут люди.
И Ронин пошел следом за Борросом по ненадежному льду – к самому краю обрыва. Теперь он наконец был свободен от уз, что связывают каждого человека с домом. Оставшийся без господина, но знающий направление, он шел вперед. По своему пути.
Они осторожно прошли вдоль выступа – примерно тысячу метров, – а потом Боррос соскользнул вниз. Не оглядываясь, Ронин шагнул следом.
Ронин не сразу заметил, что колдун, спускавшийся впереди, неожиданно остановился. Он окликнул колдуна, чтобы выяснить, в чем дело, но вой ветра не позволял общаться на таком расстоянии. Он осторожно опустился к Борросу.
– Дальше дороги нет, – прокричал
Ронин вгляделся вниз, сквозь снежное марево. Дороги действительно не было – прямо под ними свежевыпавший снег и кристаллы льда покрыли поверхность утеса немыслимым крошевом, в котором никак невозможно нащупать опору. Спускаться на ощупь – верное самоубийство, но им надо было пройти. Во что бы то ни стало.
Ронин перевел взгляд вправо, где незадолго до этого боковым зрением отметил какой-то темный участок на фоне искрящейся снегом скалы. Он кивнул колдуну, мол, пойдем туда.
Пядь за пядью продвигались они по узкому карнизу, и вскоре темный участок приобрел четкие очертания. Как Ронин и предполагал, это оказалась довольно просторная пещера, у входа в которую они нашли хотя какое-то укрытие от ветра и холода.
Сбросив капюшон, Боррос глубоко вздохнул. Его голый череп, слегка отсвечивающий в тусклом свете, как нельзя лучше подходил к этому чужому, запретному месту – своеобразный шафрановый оттенок кожи вполне мог сойти за известковый налет, образовавшийся за столько веков на застывших камнях.
Ронин встал на краю пещеры. Из-под ног уходил вниз крутой склон утеса. Под толстым слоем свежевыпавшего снега, цепко прилепившегося к скале, должен скрываться путь вниз, к ледяному морю. Но как Ронин ни всматривался туда, он разглядел лишь серебристую полоску поверхности ледяного моря, искрящегося в сумеречном свете. Но он не увидел пути вниз. Справа проходил узкий карниз, по которому они пробрались сюда, но и этот жалкий выступ сливался с поверхностью скалы лишь в нескольких метрах от входа в пещеру. Ронин пнул ногой снег, разлетевшийся по ветру, и вернулся в полумрак пещеры.
Боррос был встревожен.
– Что нам делать? – спросил он, расхаживая взад-вперед. – Нам нужно спуститься вниз. Нас, наверное, уже ищут.
Губы Ронина скривились в подобие мимолетной, холодной улыбки.
– Ты и вправду думаешь, что они выпустят кого-нибудь Наверх? Да они скорее всего решат, что мы здесь погибли.
Взгляд колдуна метнулся от входа в пещеру на лицо Ронина и обратно.
– Ты не знаешь Фрейдала. И нашу службу безопасности. Мой побег...
Он опять посмотрел в сторону входа.
– Он убьет меня, если поймает.
Его взгляд вновь скользнул по лицу Ронина, словно облако, набежавшее на солнце.
– И тебя тоже убьет. Если они найдут меня, то найдут и тебя.
– Никто за нами не гонится, – как можно спокойнее произнес Ронин.
Боррос натянул капюшон на голый череп.
– Ты ошибаешься, но это уже неважно. Даже если за нами не гонится Фрейдал, у нас все равно нет выбора. Нам надо спуститься к морю. Здесь мы долго не протянем.
– Лучше погибнуть во время спуска, чем умереть здесь, в пещере, – саркастически заметил Ронин.
Боррос пожал плечами.
– Так ты идешь?
Ронин ответил не сразу. Он отошел в глубь пещеры, вдыхая едкий запах минералов и каменной пыли, прислушиваясь к затихающему вою ветра. Только звук был какой-то странный, совсем не похожий на ветер...
Ронин прошел довольно далеко, как вдруг услышал приглушенный оклик Борроса, но отзываться не стал. Он весь обратился в слух. Он шел на звук, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Теперь он уже не сомневался. Он вытянул руки, шаря вслепую по стенам пещеры, и медленно, чтобы не промахнуться, пошел вперед.