Отрок
Шрифт:
— А почему на черном поле?
— В этом и есть главный смысл деяний нашего рода: несение света Истиной Веры во тьму язычества. С этим наши пращуры пришли в Погорынье сто лет назад, это святое дело возглавили Лисовины, когда прадед Агей Алексеич стал сотником, это же дело продолжать и нам! Черное поле — тьма языческая, Лис, несущий сияющий крест — род Лисовинов. А в подтверждение того, на знамени будет надпись: "Тя, Господи, уповахом, да не постыдимся вовеки"!
Роська понимающе кивнул и о чем-то задумался, но, неожиданно, возражение нашлось у Артемия:
— Как-то оно… — Артюха неопределенно пошевелил в воздухе пальцами —
— Не хитрый, а умный! — поправил Мишка. — Приходится умом брать, потому, что слабее тех же волков, рысей, медведей. Но если надо, то и зубы показать может, и крови не боится!
— Верно! — поддержал Мишку Илья. — Когда наша сотня в Погорынье пришла, она же слабее всех вместе язычников была, однако выстояла и победила! И Корней, хотя воин изрядный, не отнимешь, но все больше норовит умом взять, а не силой. Сыновья у него тоже — Фрол-то, больше, конечно, воином был, а Лавр муж умственный, кузнец, каких поискать! И внуки у Корнея: — Илья, кажется, решил вернуть все комплименты разом — Михайла науки превзошел, Кузьма, не хуже отца, мастером станет, Демьян… — Старейшина Академии запнулся, не найдя подходящей к случаю характеристики — … Ничем братьев не хуже, а Сенька, даром, что дите еще, сам не свой до оружия, да до драки — в отца пошел. Вот они Лисовины: сила, ум и благочестие!
"Угу, благочестие. Послушал бы ты, дедовы откровения по поводу выгодности христианства для хозяина холопов".
— Благодарствую на похвальном слове, господин наставник! — Мишка, в очередной раз, слегка поклонился в сторону Ильи. — Еще, кто-нибудь сказать чего хочет?
Выдерживая положенную после такого вопроса паузу, Мишка оглядел присутствующих и зацепился взглядом за мрачно-удовлетворенную ухмылку Демьяна. Было похоже, что Демка не просто обиделся на то, что для него не нашлось персонального комплимента, а испытал при этом что-то вроде самоедского удовольствия, мол, так я и знал: как всем, так похвалы, а как мне, так фигу с маслом.
"Что-то с парнем происходит, срочно надо к Нинее тащить!".
— Клеймо трудно сделать будет. — Озаботился техническим вопросом Кузьма. — Чтобы знамена на деревьях выжигать.
— Придумаешь что-нибудь. — Отмахнулся, занятый другими мыслями Мишка. — Заодно, поразмысли: из чего и как сделать щит с нашим знаменем, который над воротами крепости повесим.
— Так и ворот еще нет! — удивился Кузька.
— Нет, так будут! Нинея обещала после Велесова дня работников прислать, строительство сразу ускорится…
— Не велесова, а дня Преображения Господня! — поправил Роська таким тоном, словно прямо сейчас, не сходя с места, готов был принять муки и смерть за веру, подобно первохристианам.
"Достал, святоша! Хотя, приличия соблюдать, все-таки, надо. Назвался христианином, полезай в… неважно, куда христианину положено, туда и лезь. Кстати, Пимен покойный, кажется про велесов день что-то другое толковал, кажется, про святых Бориса и Глеба. Перепутал или речь о разных днях идет? Блин, мне только еще этих заморочек не хватало!".
— Срок назначала боярыня Гредислава. — Мишка всем своим видом показал крестнику, насколько неуместно тот влез со своей поправкой. — Ей удобнее считать от велесова дня, вот она так и считает. Учитесь слушать и понимать других людей, не будьте баранами упертыми!
— Да, но промеж своих-то… — не желал успокаиваться Роська.
— Хватит! —
В горнице, уже в который раз, повисла тишина. Можно было, конечно, задав этот вопрос, объявить перерыв, например, до завтра, и предложить подумать. Пользы, скорее всего, было бы больше, но Мишка добивался совсем иного эффекта. Вот так — сразу, без подготовки, члены Совета заговорят, в первую очередь о тех проблемах, которые представляются им наиболее важным, волнуют больше всего. По поднятым ими темам можно будет судить об их склонностях, а следовательно, и об участке работы, который им можно будет поручить.
"Ну-с, сэр Майкл, вот сейчас-то момент истины и наступит. Все, что вы разыгрывали до сих пор, было только «разогревом» аудитории, настройкой ее на нужный склад мышления. Радиальный тип системы управления, с которого только и стоит, в нынешних условиях, начинать какое-то серьезное, на долгие годы, дело, в графическом изображении напоминает паутину или несколько концентрических окружностей, рассеченных радиусами. В каждом узле (месте пересечения радиуса с одной из окружностей) находится один человек — ближник, как ЗДЕСЬ принято выражаться. В центре «паутины», разумеется, лидер.
Радиальный тип системы управления самый надежный, в смысле самосохранения, наиболее защищен от внешних воздействий и, даже утратив, вследствие неблагоприятных обстоятельств, подчиненные структуры, способен быстро их восстановить. Кадровые потери тоже легко возмещаются перемещением с внешней окружности на внутреннюю. Кроме того, «паутинка» великолепно защищена от проникновения в нее посторонних субъектов и от несанкционированных утечек информации, поскольку кадры в ней подобраны по принципу личной преданности. В этом заключается ее главное достоинство. Увы, и главный недостаток тоже, поскольку выбор между профессионализмом и личной преданностью делается в пользу последней.
Недостаток профессионализма компенсируется привлечением экспертов (когда без этого не обойтись), но, главное, работой методом "мозгового штурма" — все занимаются всем (или почти всем), все знают обо всем (или почти обо всем). Плюс к этому, то, что вы, сэр Майкл, сейчас и собираетесь проделать — выявление склонностей кадров из ближнего круга. Если «попасть» удачно, кадры будут заниматься тем, что им более подходит по складу характера и кругу интересов. В такой ситуации наиболее вероятен рост уровня профессионализма, без потери достоинств системы управления радиального типа. Не кадры подбираются под работу, а работа под кадры.