Отряд Неудачников
Шрифт:
— Вот для этого у нас и есть я! Итак, загуститель нужен, чтобы эта гадость прилипала к чему угодно. Намек понял?
— Нет.
— Вон там стоит фаер, у которого руки-огнеметы, но сам он старается держаться от огня подальше. Думаю, у него есть на это причина — градусов этак в тысячу триста. У твоих мыльных пузырей ведь вязкость повышенная, да?
— Мыльных сфер. Ну да, и что?
— И ты можешь закинуть их куда угодно?
— Дистанция броска метров пятнадцать-двадцать. Генерации в выбранной точке пространства —
За два дня, проведенных в Исследовательском центре, надо мной провели кучу опытов и экспериментов, взяли анализы всего, чего только можно и даже того, что нельзя. Я плевал, чихал, мочился в баночку, обмазывался собственным «мылом», наполнял им разные емкости, создавал и швырял эти треклятые сферы-пузыри на дальность, на точность, на скорость и так далее.
Все это тщательно записывалось и изучалось десятками ученых. Так что помимо общей информации о Базе и обучения управляться с интерфейсом вживленного в меня микрочипа, я узнал много о своем особом умении и способах его использования.
— Ну вот и создай свои пузыри ему вокруг рук. И когда фаер снова попытается выпустить огонь, то при смеси бензина и мыла получится дешевый кустарный вариант напалма, который обляпает и подожжет его самого.
— Дистанция не больше пяти метров, — напомнил я.
— Так это не проблема. Сейчас доставим тебя в лучшем виде… Физик!
Взревел мотор, и «Транспортер» рванул с места, выруливая прямиком на долбанного супера! Разумеется, тот сразу же заметил этот самоубийственный маневр и, злобно оскалившись, вытянул в нашу сторону руки ладонями вперед.
— Он же нас поджарит! — выкрикнул я, и вцепился в кресло.
— Не ссы, новенький, эта детка и не такое выдержит, — спокойной отозвался водитель, когда две струи пламени ударили прямо в лобовое стекло, тут же покрывшееся следами копоти, — Кстати, надо бы тебе ее помыть… Если выживешь, конечно.
Расстояние в полсотни метров мы преодолели в считанные секунды. А потом завизжали тормоза, запахло палеными покрышками, машину развернуло на девяносто градусов, и я оказался лицом к лицу с мутантом-огнеметчиком.
До которого оставалось навскидку чуть меньше десяти шагов.
— Конечная! — крикнул Химик и вытолкнул опешившего меня наружу, прямиком под ноги психу, швыряющемуся пламенем.
Сами же Неудачники не стали задерживаться, и «Транспортер» снова рванул с места, стремительно удаляясь с неприлично большой для такой громадной развалюхи скоростью.
Впрочем, у меня внезапно нашлись дела поинтереснее и поважнее, чем любоваться грязным задом микроавтобуса и посылать ему вслед проклятья.
— А вот и жаркое доставили! — прямо как в самых дешевых боевиках проревел фаер, наставляя на меня свои руки-огнеметы и делая несколько шагов в мою сторону.
Какие, в жопу, мыльные сферы?! В смысле ему на руки, а не в жопу — я в тот момент забыл даже
«…огнеупорное, химически пассивное, устойчивое к повреждениям…» — вдруг отчетливо вспомнились слова завхоза Михалыча, выдававшего мне оранжевый спецкостюм.
— Сука, а вот и флэшбэки с наставником поперли — ну точно как в дешевых боевиках… — пробормотал я, левой рукой опуская на лицо очки, а правой натягивая на нижнюю часть маску-респиратор.
Надевать капюшон уже не было времени, так что я просто вскинул руку, прикрывая ей волосы от ударившей в меня ослепляющей струи пламени.
Снаружи заметно потеплело. Я бы даже сказал погорячело, но это оказалось вполне терпимо, хвала огнеупорному «МФК» от неизвестного производителя.
— Сдохни! — взревел мутант, и выпустил вторую струю пламени.
И сделал еще один шаг в мою сторону.
Разумеется, о своих супермыльных суперпузырях я так и не вспомнил. Зато вспомнил про удлиняющуюся супершвабру. Сорвал ее с пояса и резким движением выставил вперед, одновременно со всей силы вдавливая клавишу масштабирования.
И полуметровая дубинка удлинилась вчетверо, вытягиваясь и ударяя концом прямо в солнечное сплетение подобравшегося слишком близко фаера.
Тот вздрогнул и закашлялся, непроизвольно делая шаг назад и глядя на меня с обидой и недоумением.
Разумеется, я никогда не обучался ни владению шестом, ни даже банальной шваброй, так что больше никаких трюков в рукаве у меня припрятано не было. Но если тычок дрючком в дыхальце сработал один раз, то почему бы его не повторить?
Подумано — сделано.
Я снова вдавил кнопку и отставил руку назад, для замаха.
Двухметровая трубка уменьшилась до своей изначальной длины.
Фаер нахмурился и сделал шаг назад, быстро сообразив, что сейчас случится, и стараясь выйти из зоны поражения этого странного огнеупорного придурка, размахивающего коварной палкой-удлинялкой.
То есть меня.
Разумеется, я шагнул к нему, снова сокращая дистанцию.
Мутант вполне разумно отступил назад, и еще раз, и еще.
«Раз-два-три», — мысленно считая шаги, снова подошел я к нему, одновременно выбрасывая вперед правую руку с зажатой в ней шваброй-дубинкой.
И тут же второй рукой срывая с пояса пластиковый диск сложенной «МФЁ» и бросая ее за спину не на шутку озадаченного огнеметчика.
Удлинившаяся рукоять не достала до противника всего-то пару десятков сантиметров, потому что тот снова сделал короткий шаг назад…
И наступил прямо на коварный пластиковый диск, который тут же с громким щелчком разложился, превращаясь в обычное десятилитровое ярко-оранжевое ведро.
Фаер по инерции сделал еще один шаг, запнулся, споткнулся и завалился на спину, выпуская из обеих рук две яркие длинные струи пламени в небо.